Дом Неба и Дыхания
– А разве тебе не ясна причина? – удивился Хант вопросу друга. – Хел решил поквитаться с нею за истребление демонов весной. Вот оттуда и прислали лучших ассасинов для расправы.
Кажется, Исайя купился на это объяснение.
– Как ты сумела разделаться с обоими? – спросил он у Брайс.
– У Итана был пистолет. Мне удалось застрелить первого. А со вторым разобралась королева Гипаксия.
Это было почти правдой.
– Готово, – объявила Гипаксия, отходя от исцеленного, но все еще обмякшего тела Итана. – Когда восстановительный процесс закончится, он очнется.
Она подобрала метлу, коснулась ручки, и та вновь превратилась в брошь с изображением Ктоны. Гипаксия приколола брошь обратно на лацкан и повернулась к Исайе:
– Твои солдаты могут переместить его в посольство ведьм? Я бы хотела понаблюдать за ним, пока не придет в сознание.
Брайс не могла спорить с таким решением. Но… ей было некого оповестить о случившемся с Итаном. Ни семьи, ни друзей, ни стаи. Никого, кроме…
Она позвонила Рунну.
Лазутчики смерти. Нужно было разослать предупреждения сразу же, как только он увидел снимки из Нены и по хвосту опознал тварь. Нужно было оповестить каждого солдата в городе.
Но Брайс… каким-то чудом она совсем не пострадала от столкновения. Не получила ни царапинки.
Такое просто невозможно. Хант знал, насколько быстры и проворны лазутчики смерти. Даже фэйцы не могли превзойти их. Ведь этих тварей выводил не кто иной, как Аполлион собственной персоной.
Разговор с Брайс пришлось отложить до тех пор, пока оба не оказались в вестибюле посольства ведьм. Стены здесь были красивого золотистого оттенка. Ангелы, доставившие Итана сюда, передали волка Рунну и Деклану. Те осторожно перенесли его в комнатку, где он останется, пока Гипаксия не сочтет его вполне здоровым.
– А теперь я готов услышать, как все было на самом деле, – сказал Хант.
Брайс повернулась к нему. Ее глаза сверкали. В них читался страх вперемешку с возбуждением.
– У меня получилось. Я телепортировалась.
Она рассказала, как они с Гипаксией вели поединок с лазутчиками смерти.
– Это же было безумно рискованно.
Хант не знал, поцеловать ее или устроить нагоняй за беспечность.
– Вынужденные действия при ограниченных возможностях, – парировала Брайс.
Рунн с Декланом уложили Итана на койку. Гипаксия руководила ими, подсказывая, в какой позе он должен находиться.
– А где в это время болталась драконесса? – спросила Брайс.
– Трусиха долбаная, – угрюмо бросил появившийся в вестибюле Флинн. – Сказала Холстрому, что устроится на крыше. Дескать, вторая пара глаз.
– Ты ее упрекаешь?
– Естественно, – сердито ответил Флинн. – Мы оказали ей честь, а она вытерла о нас ноги. Она могла бы за считаные секунды испепелить этих демонов.
Раньше чем Брайс успела возразить, сын провинциального правителя отошел, презрительно качая головой.
– Как ты думаешь, принц Ямы отправил эту парочку для затравки? – спросила она у Ханта, дождавшись, когда вестибюль опустеет. – Хотел нас испытать?
– Да. Они подчиняются только ему.
– Но они собирались меня убить. А принц Ямы вроде бы не хочет нашей смерти. И устраивать такое, чтобы только меня испытать, – верх безрассудства. Ты не забыл, что мы – его главные противники?
– Есть другой вариант: демоны намеревались убить вовсе не тебя, – включился в разговор Рунн.
Дверь комнатки оставалась открытой. Рунн кивнул в сторону Гипаксии, затем оглядел вестибюль и несколько коридоров, уходящих в разные стороны. Убедившись, что рядом ни одной ведьмы, он продолжил:
– Возможно, демонов призвал ее ковен.
– Зачем? – нахмурилась Брайс.
– Ты отлично годилась на роль ширмы. Королева прогуливалась вместе с особой, которая весной жутко разозлила Хел. Этой особе собрались отомстить. Лазутчики смерти наводят на мысль о причастности принца Ямы. Если бы королева погибла, виновником оказался бы Хел. Все бы считали, что демоны метили в тебя, а она – жертва стечения трагических обстоятельств.
– А Итан при чем?
Хант уловил нить рассуждений Рунна:
– Еще одна случайная жертва. После весенних событий я сомневаюсь, что Сабине хватило глупости вызвать демона. Остается одно из двух: или наши враги, или враги Гипаксии. Но, вспоминая угрозы Аполлиона, я бы сказал… это все-таки его посланцы. Может, он хотел рискнуть. Если бы ты погибла во время небольшого испытания… возможно, он даже на это рассчитывал… ты оказалась бы недостойной поединка с ним.
– И куда эти рассуждения нас заводят? – спросила Брайс, устало массируя лицо.
Хант взял ее за другую руку и переплел их пальцы.
– Они заводят, точнее, подводят нас к нехитрому выводу: город должен проявлять максимальную бдительность, а ты постоянно должна быть вооружена.
– Не слишком-то полезная затея, – хмуро посмотрела на него Брайс.
Рунн благоразумно промолчал.
– Ты отправилась на встречу безоружной! – прорычал Хант. – У вас нашелся один нож на двоих. Тебе повезло, что Итан был при оружии. Тебе еще больше повезло, и ты верно догадалась воспользоваться магией Гипаксии для телепортации.
Рунн одобрительно хмыкнул, соглашаясь со словами ангела.
– Так вот как ты это сделала, – удивился Деклан, выходя в вестибюль.
Он прикрыл дверь, чтобы не мешать Гипаксии наблюдать за Итаном.
– Я включу этот номер в сольное выступление на программе школы талантов.
Деклан усмехнулся. Рунн внимательно посмотрел на сестру:
– Ты действительно телепортировалась?
Брайс снова рассказала, как все было. Хант инстинктивно прижал ее к себе. Когда она закончила рассказ, Рунн повторил слова Ханта:
– Нам сегодня повезло. Особенно тебе.
– И я собираюсь повторить свое везение, – сказала Брайс, подмигнув Ханту.
– Потрясающе, – пробормотал Рунн.
Деклан лишь усмехнулся.
Хант щелкнул Брайс по носу и сказал Рунну:
– Необходимо организовать патрулирование вокруг дома Брайс и вокруг посольства ведьм. Выдели самых надежных бойцов. Я, в свою очередь, сообщу Исайе и Наоми, чтобы сделали то же самое.
– Надо же! Тридцать третий легион и Вспомогательные силы сообща будут охранять мою скромную персону, – проворковала Брайс. – Я польщена.
– Сейчас не время обсуждать политику альфа-придурков, – проворчал Хант. – Как-никак это были лазутчики смерти.
– И я с ними разобралась.