Дом Неба и Дыхания
– Весенняя атака на Город Полумесяца говорит об обратном, – возразил Хант.
– Произошла ошибка, – сказал Аидас. – Те, кто хлынул сюда, были чем-то вроде домашних зверюшек. Животные. Микай открыл двери их загонов. Естественно, они разбежались. К счастью, ты справилась с ситуацией раньше, и нашего вмешательства не понадобилось.
Он улыбнулся Брайс.
– Но было много жертв! – прорычал Итан. – Погибли дети.
– В нынешней войне жертв будет еще больше, – холодно парировал Аидас. – Армии Хела должны нанести удар, а ты поведешь их, Брайс Куинлан.
Эти слова были сродни брошенной бомбе.
– Грязное вранье, – поморщился Рунн. – Вы дождетесь удобного момента, когда мы будем воевать друг с другом, и тогда наконец-то найдете способ вторгнуться в этот мир.
– Ни в коем случае. Я уже знаю способ проникновения в ваш мир. – Лапой Аидас указал на Брайс и наклонил голову. – Через мою прекрасную Брайс и Рог на ее спине.
Хант подавил рычание, услышав слово «мою». Остальные посмотрели на Брайс. Она глядела только на Аидаса, поджав губы.
– В конце концов, это твой выбор, – сказал принц Пропасти. – Он всегда был твоим.
Брайс покачала головой:
– Давай напрямую. Ты явился сюда, чтобы при свидетелях убеждать меня взбунтоваться против астериев? И каким образом? Примкнуть к Офиону? Нет уж, спасибо.
Аидас лишь усмехнулся:
– Тебе следовало бы повнимательнее приглядеться к кошкам, что нынче утром рылись в отбросах на Чернильной улице. И выбрать более уединенное место для разговоров с Фьюри Акстар о мятежниках.
Брайс зашипела, но ничего не сказала. Аидас продолжал:
– Да. Всеми доступными тебе способами присоединяйся к мятежникам. Помоги Офиону, если тебе требуется высшая инстанция для подчинения. И, упреждая твой несомненный вопрос, скажу: я не располагаю никакими сведениями о контактах между Даникой Фендир и Зофи Ренаст.
– Я не знакома ни с кем из офионских мятежников, – буркнула Брайс.
Аидас вытянул передние лапы и выгнул спину.
– Неправда, – зевая, возразил демон; Хант весь напрягся. – Один из них стоит у тебя за спиной.
Брайс стремительно повернулась. Хант повернулся вместе с нею, готовый ударить молнией.
В дверях стоял Кормак Доннал. Тени вились вокруг его плеч.
– Привет, агент Сильбо, – промурлыкал Аидас и исчез.
16
– Может, я что-то не расслышал? – выпалил Рунн, глядя на авалленского принца, застывшего в дверях. – Как он тебя назвал?
Брайс смотрела то на единокровного брата, то на двоюродного. Итан осторожно принюхивался к Кормаку, явно догадываясь, кто стоит перед ними.
– Значит, агент Сильбо? – спросил Тарион.
– Твой отец знает об этом? – не унимался Рунн. – А мой?
Брайс переглянулась с братом. Это им пригодится. Возможно, теперь она вывернется из этой истории с помолвкой.
– Нет. – Услышав про обоих королей, Кормак помрачнел. – И не должны знать.
В каждом его слове гремела угроза.
Возможно, Брайс тоже присоединилась бы к расспросам, если бы не звезда на груди, светившая через ткань футболки. Она зажала это место рукой.
Ловко же Аидас раскрыл секрет Кормака, а сам исчез. У Брайс было сильное ощущение, что и в квартире Кормак появился не сам собой, а с помощью нечестивой силы принца Пропасти.
Проклятый демон.
Кормак сердито оглядел присутствующих:
– Что, Хел побери, вы знаете о Зофи Ренаст?
Брайс до боли вдавила руку в грудь, загораживая свет:
– А что ты, Хел побери, знаешь о Зофи Ренаст… агент Сильбо?
Кормак повернулся в ее сторону и подошел ближе.
– Отвечай! – потребовала Брайс.
Хант как бы невзначай оказался у него на пути. Над крыльями ангела танцевали молнии. Альфа-придурок до мозга костей, но внутри Брайс что-то потеплело.
Тарион плюхнулся на диван, лениво обнял подушку и стал разглядывать собственные ногти.
– Кто ты вообще? – спросил русал.
По рукам Кормака побежали тени. Их сгустки вокруг плеч напоминали клочья дыма. Они были похожи на тени Рунна, но темнее и свирепее. Увиденное впечатлило Брайс, но лишь отчасти.
– Меня зовут Кормак Доннал! – прорычал авалленский принц. – Еще раз спрашиваю, русал. Что тебе известно о Зофи?
– Откуда ты знаешь, что я русал? – спросил Тарион.
Солас палящий, неужели он решил вывести принца из равновесия?
– Потому что от тебя разит рыбой, – презрительно бросил Кормак.
Тарион, храни его боги, поднял руки и обнюхал подмышки. Итан усмехнулся. Большинство ваниров узнавали русалов в их гуманоидной форме по запаху воды и соли, не сказать чтобы неприятному, но весьма характерному.
Хант и Рунн не улыбались. Брайс призналась себе, что брат выглядит внушительно. Ему она никогда не говорила об этом.
– Сдается мне, Зофи – твоя… подружка? – усмехнувшись, спросил Тарион.
Брайс заморгала. Кормак зарычал, и рычание эхом отдалось у нее в костях.
– Впечатляет, – пробормотал Хант, но ее не тянуло улыбаться.
– Ты знаешь Зофи? – Кормак снова повернулся к ней.
– Не знаю и не знала. – Брайс встала рядом с Хантом. – До вчерашнего дня я вообще не слышала о ней… пока вот он не пришел и не начал задавать вопросы. – Она кивнула на Тариона, и тот поднял руки с длинными пальцами. – Но у меня более чем достаточно своих вопросов. Почему бы всем нам просто не сесть и не поговорить? Это дурацкое противостояние ничего не даст.
Брайс захлопнула входную дверь и уселась на табурет у кухонного стола, сбросив туфли на высоком каблуке. Рунн сел слева от нее, Хант устроился справа. Кормак остался стоять посреди гостиной.
– Почему твои тени отличаются от теней Рунна? – спросила она.
– Это твой главный вопрос? – удивился Хант.
Брайс даже не взглянула на него.
– Откуда ты знаешь Зофи? – вместо ответа спросил Кормак.
Брайс округлила глаза:
– Я тебе только что сказала: я ее не знаю. Тарион, просвети его по этой части.
Тарион скрестил руки на груди, поудобнее устроившись на диванных подушках:
– Меня попросили подтвердить ее смерть.
Ответ Тариона можно было расценить как констатацию смерти опасной мятежницы. Умный ход.
– И ты подтвердил? – тихо спросил Кормак.
Он содрогался, словно едва сдерживал желание прыгнуть на Тариона. В волосах авалленского принца вспыхивали угольки.