Дом Неба и Дыхания

Еще один архангел, сражающийся в тот день на их стороне…
– Я этого не сделала и с тех пор живу с угрызениями совести, – призналась Селистена.
– Зачем вы мне это рассказываете?
– До меня дошли сведения о том, как ты обошелся с Сандриелой. Я сама жаждала это сделать, едва узнала о смерти Шахары от ее рук. Меня подмывало это сделать всякий раз, когда я сидела в астерийском совещательном кабинете и слушала, как Сандриела поливает грязью память сестры.
Дерьмо священное!
– И еще я хочу извиниться, что не смогла вытащить тебя из рук твоих прежних хозяев, которые владели тобой после гибели Шахары.
– Это не ваша вина.
– Я пыталась, но моих усилий оказалось недостаточно.
– Как вы сказали? – удивился Хант.
Руки Селистены перестали двигаться. Она переплела пальцы.
– Я собрала деньги, чтобы… выкупить тебя, но астерии мне отказали. Я трижды пыталась, а век назад пришлось прекратить все попытки, иначе это вызвало бы подозрения.
Она сочувствовала падшим ангелам? Сочувствовала их мятежу?
– И все ради Шахары?
– Я не могла позволить, чтобы тот, кто был ей дорог, гнил в застенках. Я пыталась… – Она шумно выдохнула. – Жаль, мне не позволили тебя выкупить. Очень и очень многое было бы сейчас по-другому.
Слова Селистены могли оказаться враньем. Красивым, тщательно продуманным враньем, имеющим целью заручиться его доверием. Если она симпатизировала падшим ангелам, распространялись ли ее симпатии и на мятежников Офиона? Если рассказать ей о событиях, назревающих в Городе Полумесяца, поможет ли она ему или все погубит?
– В твоих глазах я вижу сомнение и испытываю стыд.
Хел побери, ее слова звучали на удивление искренне.
– Мне тяжело поверить, что, пока я барахтался во всем этом дерьме, кто-то всерьез пытался мне помочь.
– Понимаю. Возможно, я смогу искупить свои прошлые неудачи. Я бы хотела, чтобы мы… стали друзьями.
Хант раскрыл рот, закрыл, потом пробормотал:
– Спасибо.
Он вдруг понял, что ему действительно хочется подружиться с Селистеной.
Селистена улыбнулась, словно поняв его чувства:
– Если тебе понадобится моя помощь, можешь рассчитывать на меня. Во всем.
Это выражение искренней доброты на ее лице. Хант смотрел на Селистену и продолжал мысленно спрашивать себя. Знала ли она об Офионе, Кормаке и Зофи? Раз она каким-то образом узнала о его расправе над Сандриелой, она могла получить и другие тайные сведения.
Хант глубоко дышал, стараясь успокоиться.
– Спасибо, – еще раз сказал он и встал. – Раз уж мы говорим начистоту… прежние триарии Сандриелы – это отрава. Не знаю, с чего Баксиан вдруг стал играть в хорошего парня. Я вынужден извиниться, что не предупредил их потасовку.
– Ты не отвечаешь за все его поступки.
Тяжесть в груди Ханта отступила.
– Хорошо, но в остальном… Они – опасные типы. Хуже принцев Хела.
– Ты сравниваешь так, словно лично знаком с принцами, – усмехнулась Селистена.
Да, знаком, но ей об этом знать незачем.
– Я много лет охотился на демонов и умею распознать чудовищ. Поэтому, когда Гарпия, Ястреб и Лань приедут на вашу брачную церемонию, настоятельно прошу вас быть осторожной. Защитите горожан. Можно упрекать Баксиана за то, что прежде он стоял и пассивно смотрел, как Поллукс издевался над людьми и ванирами, но… я тоже был вынужден стоять и молча смотреть. Я видел, чтó вытворяет Поллукс и какое удовольствие ему доставляет зверствовать. Гарпия – его женский двойник. Ястреб действует скрытно и тоже опасен. А Лань…
– Я прекрасно знаю, какую угрозу представляет Лидия Сервос.
Даже архангелы побаивались Лани и того, что та могла знать о них. А Селистена, тайная подруга Шахары, продолжавшая помнить о ней и терзаться, что тогда не помогла…
– Все, что вам понадобится, – тихо сказал Хант, – любая помощь во время брачной церемонии и в усмирении шайки Сандриелы… можете на меня рассчитывать.
Возможно, астерии направили сюда бывших триариев Сандриелы не только для пополнения числа, но и для шпионажа. Для доносов на Ханта и Селистену.
– Спасибо, Хант, – кивнула ему архангелица.
Он прошел к двери и, прежде чем уйти, сказал:
– Не надо чувствовать себя виноватой из-за всего, что случилось со мной.
– Почему? – удивилась Селистена.
Он улыбнулся одними губами:
– Если бы я отправился с вами в Нену, то никогда бы не попал в Лунатион. – Улыбка Ханта стала еще шире. Он открыл дверь и сказал: – Я бы никогда не встретил Брайс.
Все ужасы, перенесенные им, все кошмары… все это стоило вытерпеть ради нее.

В конце коридора Ханта дожидался Баксиан. Он стоял, скрестив руки, с серьезной миной на избитой физиономии.
– Как пообщался с Селистеной?
– Чего тебе от меня надо?
Хант пошел к веранде, находившейся за спиной Баксиана. Он обещал в обеденный перерыв заглянуть к Брайс на работу. Может быть, они запрутся в ее кабинетике, разденутся… Все это выглядело очень привлекательно.
– Через месяц здесь снова соберется старая шайка. Думаю, ты предупредил Селистену.
– Все вы – компашка садистов и психопатов, – бросил ему Хант, выходя на пустую веранду. – Я бы не сказал, что вы – старая шайка.
Ветер зашелестел в волосах ангела, неся запах речной свежести со стороны Истроса. На горизонте собирались грозовые тучи. Хант чувствовал, как внутри его потрескивают молнии.
У Баксиана дрогнули уголки рта, растянув кожу вместе с синяками.
– Можешь сколько угодно рассказывать, как ты вчера отделал Поллукса, но я не куплюсь на твои россказни.
– Новый город, новые правила, – ответил Баксиан, шелестя черными перьями. – И новая начальница, которой совсем не по нраву Поллукс.
– И что? – Хант расправил крылья.
– А то, что мне больше не надо играть и делать вид. – Баксиан поднял голову, глядя на темнеющее небо. Гроза приближалась. – Будь осторожнее, когда полетишь.
– Спасибо за заботу.
Хант качнул крылом, приготовившись взлететь.
– Я не пытаюсь тебя обманывать, – сказал Баксиан.
– Ты пытаешься быть занозой у меня в заднице?
– Похоже что да, – усмехнулся Баксиан.
Хант остановился:
– А что за свары происходили у вас с Поллуксом из-за его подчиненных женского пола?
Баксиан сунул руки в карманы.
– Он – ревнивый мерзавец. И завистливый. Сам знаешь.