По праву короля

Не будет он ничего есть, вот! Пусть ему мама Мэри готовит! Только она это умеет! Ыыыыыыы!
Герцогу об этом даже не докладывали – к чему отягощать голову господина мелочами, которые может решить и дворецкий? Эти люди не пленники, сказано следить за ребенком – ребенок сидит в детской. А что нянька его то на кухне возится, то за продуктами ходить помогает… что в этом странного? Или необычного?
Пусть возится, все слугам проблем меньше, да и капризничать мальчишка поменьше будет. Выдрать-то нельзя, герцог с тебя самого шкуру сдерет…
Мэри ходила на рынок, изучала Кардин, приглядывалась… и потихоньку разговорилась с одной старушкой, у которой покупала рыбку. Слово за слово…
Мэри призналась, что после смерти мужа приехала к родственнице, та пообещала ее на работу устроить, и слово-то сдержала, да вот, хозяин уж сильно против ее сына. Чуть не силком в постель тащит, а мальчишку говорит, в работный дом отдать, в самый раз. Рыбачка покачала головой, но в принципе, в этой истории не было ничего странного. Выглядела Мэри замечательно, ее возраста ей бы никто не дал, а за налитые бока так и тянулась рука ущипнуть.
Хороша!
Конечно, Мэри такое дело не по душе было, и тетку подводить неохота, но и терпеть такое… хоть уходи, да куда?
Рыбачка тут же развила тему, и заявила, что уходить-то можно, да скорее… господи знатный? Ах, лэйр… это плохо. Он ведь и заявить может, что ты чего украла, и стража тебя искать будет, а коли найдет – кто там разбираться будет? Сначала по кругу пропустят, а потом в тюрьму бросят, и не выйдешь ты оттуда никогда…
Мэри схватилась за голову…
Слово за слово, намек за намек…
Этой ночью Мэри решила, что пора настала.
Вояк в доме не было, одни слуги. На кухне она терлась давно, подсыпать сонного порошка в кувшин с вином было несложно, а по разу, считай, каждый приложится. К ней привыкли, на нее просто не обратили внимания.
Так что…
Господ дома не было, стражу Робер выгреб всю, справедливо рассудив, что если он сам устраивает беспорядки, то в его дом не полезут, слуги засыпали один за другим… и Мэри решилась. Попросила Генри одеться потеплее – и направилась в кабинет герцога.
Она искала что-то маленькое, легкое, что можно будет продать, на что можно будет прожить… были у нее сбережения, да разве надолго их хватит?
Первыми под руку попались покои ее величества Альбиты. Мэри решила, что семь бед – один ответ, и прихватила шкатулку с ее драгоценностями. Безумно дорогих побрякушек там не было, но и что было… им хватит. Им не дома с каретами покупать, а устроиться с сыном где-нибудь, где потише…
Так что Мэри не побрезговала драгоценностями, и все же зашла в кабинет. В столе она нашла несколько мешочков с золотом, и дальше даже искать не стала.
Зачем?
Ей хватит, сына она вытащит, а остальное… да пусть они хоть перегрызут друг друга, эти знатные господа! Тьфу!
Поздно ночью, когда в королевском дворце кипела самая каша, еще пока не выплескиваясь на улицы, две тени – мать и сын вышли из особняка герцога Альсина, и пошли по направлению к рыбачьей слободке.
Ночь они перебедуют, а завтра их отвезут вниз по течению реки, до залива. А дальше…
Дальше – будет видно.
Одно Мэри знала доподлинно, сына она никому не отдаст. Глотки зубами рвать будет, солжет, убьет, ляжет под кого угодно, но сына – не отдаст. И маленькая ладошка Генри в ее ладони добавляла ей сил и мужества.
Альдонай помогает тем, кто сам себе помогает, а потому, забегая вперед, скажу – все у них так и получилось.
 
***
Герцог Альсин о таких планах не знал, а потому…
Что теперь делать?
Хотя чего тут петушиться и переживать? Все просто. Были же у него еще двое мальчишек, которые так же жили со своими мамашами. Просто он сюда приказал привезти именно Генри.
Что ж.
С утра дворянскому собранию представят ее величество Альбиту. Первую.
А ее сына представят чуть позднее, как привезут. Надо просто отправить гонцов к обеим мамашам, кто первый приедет, того и на трон посадим. А уж родство с Гардвейгом… кто там разбираться будет?
Альбита о его планах не знала, и металась по комнате так, что за ней прическа не успевала.
– Что же делать, что делать…
– Успокойся, дорогая. Я найду подходящего мальчишку.
– Но это будет не мой сын!
– Тебе важнее сейчас трон – или сын?
– Трон. Но…
– Еще одного родишь, ты еще молода. Или твоего найдем, не могли их далеко увезти… тогда вообще придумаем, как подменить. Успокойся, я решу эту проблему.
Мысль о побеге Роберу и в голову не приходила.
Да с чего им бежать? Зачем? Куда? Ведь ничего с ними не собирались такого делать, наоборот… нет, никак не приходили в голову Робера Альсина нормальные опасения матери за своего ребенка… не до того ему было.
Он коснулся плеча Альбиты, погладил мимоходом.
– Дорогая, ты готовься, скоро соберется дворянское собрание, надо быть во всем блеске.
Альбита кивнула, подставила губы для поцелуя, ну и получила его, конечно. Робер развернулся и вышел.
С одной стороны – неплохо. Столица, считай, в их руках, королевский дворец… но где же главные фигуры? Куда они идут?
И во что превратятся?
 
***
Коней ивернейцы не жалели.
Прошлый раз они малым не день до Кардина ехали, так то понятно, обоз, телеги, кареты, дамы – в этот раз за три часа весь путь пролетели.
Джесу было жалко лошадей, но себя как-то еще жальче. А потому…
Вот она – крепость Шедар.
И что тут происходит?
Хорошо хоть с налета не выскочили, с дамами воевать как-то несподручно. Но спохватился Мигель быстро.
Ссадил с коня сестру, Джес рядом ссадил Марию, строго наказали дамам ждать под елочкой – и тут уж стоять не стали. А разогнали еще раз коней – и врубились наемникам в тыл.
А дело было так.
Робер приказал отправить в крепость сто пятьдесят наемников. При удаче этого хватило бы.
Удача посмотрела на герцога сверху вниз – и решительно повернулась задом.
Ну кто ж знал, что именно в эту ночь рядом с крепостью остановится на ночлег здоровущий, составленный аж из сорока повозок караван?
Не повезло купцам, и ось на одной из телег сломалась, и несколько лошадей захромали, требовался отдых. Ну так что б и не передохнуть рядом с крепостью, а уж с утра, с новыми силами в Кардин?
На них и вылетели наемники Альсина.
Охрана каравана решила, что это разбойники – и приняла их, как надлежало, на копья. Кто успел, конечно.