Лорд Хаоса

– Верно. – Я изогнула бровь. – Получается, ты боишься пожаров?
Он энергично закивал.
– Смертные ведь могут погибнуть от пламени. Пожарной сигнализации в особняке нет, а он определенно не соответствует нормам. – Его голос надломился, и парень снова уставился себе под ноги. – Вам еще что-нибудь нужно, леди Мортана?
Я склонила голову набок, изучая его. Судя по виду, костюм на нем был недешевый, а вот гладить одежду парень пока не научился: белая рубашка выглядела мятой. Очевидно, парнишка не привык ходить при полном параде. Интересно, замечала ли я подобное, будучи сама смертной?
«Черт! Да, замечала, так ведь? И вообще, это было всего несколько дней назад».
Внезапно меня поразило неодолимое желание взять парня под свое крыло, настоять, чтобы ему заплатили за работу. Проследить, чтобы никто не воспользовался его положением.
– Как твое имя, смертный?
– Карл, – краснея, отозвался он.
Тут Орион шагнул вперед и навис над нами, точно башня.
– Скукотища адская! Мы немедленно уходим.
Я снова вздернула бровь.
– Тебе, как я посмотрю, нравится слово «скука» и его производные! Только выучил его, что ли?
На сей раз мне определенно удалось вывести Ориона из себя, и я намеревалась продолжать в том же духе, принимая во внимание свое нынешнее к нему отношение.
Придвинувшись ближе к парню, я оперлась на стол.
– Вообще-то, я тут знакомлюсь с Карлом поближе. Думаю, мы станем друзьями. Он такой интересный. В нашем мире нечасто удается встретить кого-то нормального. Ты когда-нибудь думал об этом?
На челюсти Ориона дернулся мускул.
– Видишь ли, Карл, – продолжила я, – мой навязчивый спутник очень торопится и совсем не умеет веселиться. В отличие от нас с тобой. Поведай-ка мне, чем еще ты увлекаешься помимо пожарных сигнализаций и огнетушителей?
Парень натужно сглотнул.
– Вам и вправду любопытно?
Я лишь плечами пожала.
– Хочешь – верь, хочешь – нет, я сама помешана на пожарной безопасности, так что ты молодец, все делаешь как надо. Давненько я не встречала кого-то со схожими интересами.
Из груди Ориона вырвалось рычание, но настолько тихое, что смертные уши Карла едва ли его различили. Возможно, у Лорда Хаоса просто заканчивалось терпение, но не могла не отметить, как он взбешен тем, что я уделяю внимание дворецкому.
Карл переминался с ноги на ногу.
– Мои увлечения, значит. Что ж, ладно. Я люблю готовить тако и рисовать, в основном тушью по бумаге. Мне нравятся история и архитектура, например, суды над ведьмами и красивые старинные здания вроде этого.
«Святые угодники, да этот парень – мужская версия меня самой!»
– Кроме того, меня всегда интересовала Великая Война с демонами…
– Великая Война со смертными, – тут же поправил Орион. – Смертные были нашим врагом.
Глаза Карла нервно забегали.
– Это же было очень давно. Хорошо, что сейчас мы живем в мире. Демонам и людям есть чему поучиться друг у друга.
Прищурившись, Орион сунул руки в карманы.
– Сильно в этом сомневаюсь, Карл.
Казалось, парнишка его не слышал, поскольку смотрел исключительно на меня.
– Вы последняя, герцогиня. Последняя из лилит. Я читал о том, что случилось с вашим видом. – У него дернулся кадык. – Должно быть, для вас это стало ужасным потрясением.
Воздух вдруг сделался горячим, электрические лампы замерцали. Опять Орион со своими магическими фокусами?
– Если не прекратишь разговаривать с этим болваном, я ему все ребра переломаю, – как ни в чем не бывало предупредил Лорд Хаоса.
Теперь Карл обратил внимание на Ориона. Ойкнув, он начал отступать к столу, дрожа всем телом. Покосившись на меня, он плотно сжал губы и качнул головой, показывая тем самым, что больше не раскроет рта.
– Орион, – вздохнула я, – тебя и в самом деле следовало бы держать под замком на благо всего города.
Напустив на себя безразличный вид, я взмахом руки велела Карлу удалиться. А потом глубоко вздохнула и направилась к лестнице, намеренно не глядя Ориону в глаза. Как оказалось, он был гораздо хуже, чем я думала. А это говорило о многом, ведь, когда мы познакомились, он похитил меня и бросил в темницу.
Цокая каблуками по плиточному полу, я шла к крутой лестнице.
Прежде я считала, будто мы с Орионом похожи, поскольку оба жаждали мести. Но я хотела убить только одного человека. Что до Ориона, то, похоже, он мечтал целый мир сжечь дотла.
 
Глава 8. Орион
Я лежал на диване в особняке Мортаны, уставившись в потолок. Одеяла у меня не имелось, потому что едва ли удобно просить о чем-то подобном, когда прежде уверял, будто ненавижу и хочу ее смерти.
Повернувшись на бок, я стал смотреть в высокие окна, сквозь неплотно прикрытые створки которых доносилось далекое уханье совы и журчание мирно несущей свои воды реки Ахерон. Находящийся возле дома бассейн был укрыт покрывалом ночи.
Мне и в привычной-то обстановке бывало непросто заснуть, а сегодня сон и вовсе не шел.
Думать о Мортане – все равно что вдыхать смерть, а выдыхать пепел. А вот Роуэн другая. Даже если они с Мортаной одно и то же, трудно воспринимать их как единое целое. От близости Роуэн едва теплящиеся в моей груди угли воспламенились, и впервые за многие тысячелетия я чувствовал себя живым.
Без Роуэн мой мир был окутан холодом и погружен в безмолвие. Теперь же, зная, что она рядом, я пробуждался без ощущения ужаса. По телу разливалось тепло, остывшая зола вновь начинала искриться. К несчастью для меня, все, что касалось этой женщины, являлось ложью. Мортана всегда была не более чем обманом, призванным сокрушить мою душу.
Когда я увидел пылающую у нее во лбу звезду Люцифера, то сразу понял: все происходящее – лишь иллюзия, очередной садистский трюк Мортаны.
В оконной щели свистел ветер, но не он не давал мне заснуть.
Я не доверял ей настолько, чтобы думать, будто она действительно раскроет мне секрет Камбриэля, даже поклявшись на крови. По сути своей она была и остается Мортаной, которая в любой ситуации сумеет выйти сухой из воды. Я оставил бы ее в живых потому лишь, что чертовски слаб, чтобы убить.
Трудно было не думать о том, как Роуэн двигалась, как касалась моей кожи. Кто же она на самом деле такая?
Ведь она жутко напоминала Мортану! Но при этом пыталась спасти меня от пуль в подземном туннеле. Мортана никогда бы так не поступила.
Находясь в заброшенном особняке, я был уверен, что она играет в очередную игру. Когда девушка упомянула змею, будто наказывая за мои действия, у меня отпали всякие сомнения в том, что она ничего не помнит. Поступок совершенно в духе Мортаны, но откуда бы об этом узнать Роуэн, не будь она сама ею?