Лорд Хаоса

Подойдя к деревьям, я осмотрелся по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. Солнце висело над рекой, а на противоположном берегу вырисовывался темный лес Ахерон. Армия Камбриэля здесь уже прошла и теперь маршировала в другом направлении – я ногами ощущал колебания. Однако скоро стражники разбредутся по всему городу и примутся обыскивать каждый закоулок.
Я нашел вход в подземелье, отмеченный медальоном с резьбой в виде змей, и, подняв крышку люка, спустился вниз, в темноту. Точнее, спрыгнул на каменный пол (там было неглубоко) и выглянул в отверстие, ожидая Роуэн. Она нагнулась, а я протянул руки и, обхватив ее за талию, втянул за собой. После чего закрыл крышку люка.
– Воспользуемся подземным ходом, чтобы выбраться, – прошептал я. – Мало кто из демонов знает о существовании этого лабиринта. Не говоря о том, чтобы в нем ориентироваться.
Роуэн со мной по-прежнему не разговаривала. Здесь, внизу, было холодно и сыро, стоял затхлый запах темниц. Оказавшись в темноте, я снова окунулся в воспоминания о прошлом.
Король Нергал капитулировал, сдавшись на милость смертных, а впоследствии перенял у них – особенно у пуритан – тягу к страшным зверствам. Они научили короля наводить ужас на своих жертв, показали, как сломить волю и подавить сопротивление.
Когда мой народ гнали в подземелья – женщин, детей, раненых, – их намеренно проводили мимо отрубленных голов. Я видел насаженную на колья и истекающую кровью голову своего брата, а потом и отца. Это сотворили смертные.
Тогда я впервые ощутил, как внутри что-то надломилось. Став свидетелем подобного надругательства, я больше не понимал, кем являюсь, а все вокруг воспринималось нереальным. Действительность обернулась ужасающим кошмаром.
Дело в том, что для большинства людей – хотя и для демонов тоже – не так-то просто лишить кого-то жизни. Когда ассоциируешь себя с другим, похожим на тебя существом, рука не поднимается его убить. Это сходство служило своего рода защитой, и Нергал на самом деле не хотел уничтожать женщин, детей и военнопленных. Это было бы аморально.
Королевские воины должны были сначала изменить нас. Этому Нергал тоже научился у смертных.
В Салеме людей бросали в тюрьмы. Большинство тех, кто попадал за решетку, там и умирали. У них в волосах заводились вши, а покусанные крысами тела покрывались струпьями. Те, кому удавалось выжить, становились полубезумными. Ко времени казни несчастные теряли человеческий облик, а такие уже не вызывали жалость.
Пуритане с их грязными тюрьмами научили нас контролю над другими. Это они надоумили, как можно добиться желаемых результатов, если задушить в себе сочувствие. Роуэн ошибалась, считая это качество исключительно человеческой чертой, поскольку смертные оказались способны подавлять его, как никто другой. Нечего удивляться, что я сделался монстром, когда сами научили, как стать сильным.
Пуритане подстрекали людей, натравливали друг на друга, заставляли обвинять членов своих же семей. Мортана переняла у них все это и предложила королю опробовать в действии заточение в подземелье и игры разума. Ничто так не ломает человека, как когда его заставляют убить собственных родичей.
Например, во время судов над ведьмами пуритане обвинили маленькую девочку в колдовстве и запугивали до тех пор, пока она не оговорила собственную мать. Женщину вздернули на виселице, а крошка-дочь сошла с ума.
Чтобы убить без вины виноватого, прежде следовало превратить его в несущего тарабарщину безумца. Раздеть женщину до пояса, привязать к задку телеги и возить по улицам, стегая кнутом. Или запереть в грязной вонючей камере вместе с младенцем, которого ей нечем кормить. Искра жизни в ее глазах скоро угаснет, оставив обтянутый кожей скелет, ненавидящий самое себя.
Такова цивилизация – изобретение смертных.
Но я все еще здесь. Я отмечен меткой Светоносца, и, хотя тьма почти поглотила меня, душа еще тлеет где-то в глубине тела. Красные угли в море мрака.
Я сумею все исправить.
 
Глава 11. Роуэн
Я следовала за Орионом по тянущейся под городом сети туннелей, стараясь запомнить каждый поворот. С высоких каменных сводов на голову и рюкзак текла вода.
Пользуясь тем, что шагаю позади, я достала телефон и начала судорожно писать Шай. Сигнал под землей ловил слабо, и я хотела использовать его по максимуму, пока не пропал совсем. Поэтому быстро рассказала ей, как найти вход в лабиринт и куда в нем поворачивать, а также напомнила о необходимости поспешить.
Кроме Шай у меня никого не осталось. Теперь она – моя единственная семья, и я готова была защищать ее до последнего вздоха. В отличие от Ориона, подруга не отвернулась от меня, узнав о демоническом происхождении.
Идущий впереди Орион открыл дверь в более просторный туннель, внутри которого струился свет, и я тут же его узнала. Именно сюда я прибежала, пребывая в растерянности, когда выяснила правду о своей истинной сущности. После того, как в первый раз исторгла из себя огонь.
Я быстренько набрала Шай еще одно сообщение.
Туннель вывел к каменному подземному переходу, который выглядел давно заброшенным: тут валялись старые газеты и жестянки, даже стоял сломанный холодильник. А за огромным мусорным контейнером скрывался узкий перешеек между миром демонов и смертных. Мрачным это место делали намеренно, чтобы никому и в голову не пришло сюда сунуться.
Выбравшись из-под старого железнодорожного моста, мы с Орионом окунулись в красоты Новой Англии. В воздухе кружились винно-красные и тыквенно-оранжевые листья – предвестники приближающейся осени. Вдоль извилистой дороги располагались викторианские кирпичные дома, рядом с которыми стояли машины.
Оглядевшись по сторонам, Орион подошел к элегантному «БМВ» стального цвета, припаркованному у подножия пологого холма. А меня внезапно обуял страх.
«Вдруг у нас нет ключей зажигания? Что, если Орион забыл их взять, потому что я отвлекла его…»
Казалось, кровь застыла у меня в жилах, но вскоре на смену ужасу пришло облегчение, когда Орион все же вынул из кармана ключи.
Приблизившись к машине, я с надеждой оглянулась на мусорный контейнер.
«Хоть бы Шай появилась прямо сейчас!»
На экране телефона светились два сообщения от нее: «ОК!»
Нажав на кнопку, Орион разблокировал дверцы и сел за руль.
– Забирайся давай!
Итак, в ад мы собрались ехать на авто стоимостью в сто тысяч долларов. Очевидно, шантажировать короля было весьма прибыльным занятием.
Только вот Шай к нам до сих пор не присоединилась. Я открыла для нее заднюю дверцу, мысленно приказывая пошевеливаться.
Орион пронзил меня острым взглядом.
– Роуэн, садись уже!
Когда я скользнула на переднее сиденье, подол платья задрался до самых бедер. Орион посмотрел на мои ноги, и его глаза тут же потемнели. В салоне внезапно сделалось очень жарко.