Лорд Хаоса
«Что ж, ладно. Оставлю свои знания при себе».
Когда мы достигли грунтовой дороги, мимо проскакал человек на лошади. На нем была высокая конусообразная шляпа и широкий белый воротник. Придержав поводья, мужчина окинул нас подозрительным взором, и у меня екнуло сердце.
«На меня смотрит человек, живший несколько сотен лет назад!»
Место, в котором мы оказались, нисколько не походило на ад, но я знала, что в здешних тенях таятся злые побуждения. Орион очень живо расписал, как соседи ополчались друг на друга. Из-за доносов и клеветы людей бросали в тюрьмы, тем самым обрекая на смерть.
Холодный ветер что-то нашептывал мне на ухо, пока мы брели по дороге мимо покосившихся домишек и высокого белого зала собраний с многостворчатыми окнами. Я с тоской смотрела на теплый свет, мечтая оказаться внутри.
Встретив несколько женщин, закутанных в теплые шали, с чепцами на головах и корзинами в руках, мы снова поймали на себе настороженные взгляды.
Справа от нас извивалась река, несущая свои воды на юг.
– Где нам его искать? – прошептала я, когда мы остались одни.
– В старом Осборнском лесу, – негромко отозвался Орион.
Я натужно сглотнула. Именно там погибла моя мама.
Хоть мы и находились в движении, холод все равно покусывал кончики пальцев на ногах, заставляя громко стучать зубами.
– У нас же ведь монеты, можно купить горячего супа или какой-нибудь другой еды.
– Хорошо, я знаю одно место. Но ты говори тише.
Урчащий живот красноречиво давал понять, что я снова успела проголодаться.
Казалось, мы уже целую вечность шагали на холоде: мимо ферм, церкви, кладбища с поросшими мхом надгробиями и черепами, следящими за нами пустыми глазницами. Время от времени мимо проезжали запряженные лошадьми телеги. Изредка люди кивали нам и желали доброго утра.
Достигнув скалистого холма, я поняла, что мы оказались в городке Салем с его Гэллоуз-Хилл – Холмом виселиц, – на котором вздернули девятнадцать человек. В современном городе с этого скалистого выступа открывается вид на парковку за аптекой.
Однако сейчас я находилась в мрачном Салеме из прошлого и видела болтающееся в петле тело – эдакое угрюмое предупреждение. Это была старуха, чьи длинные седые волосы закрывали лицо, ноги покачивались над землей, а пальцы выглядели отвратительно костлявыми. Она посерела и задубела, кожа вся покрылась бородавками, наверное, от долгого пребывания в тюрьме.
При виде нее у меня сжалось горло, и я едва не задохнулась от поднимающейся в груди жалости. Должно быть, ее повесили прямо на глазах у родственников.
Никогда еще я так сильно не хотела поскорее убраться из этого места.
Ветер трепал длинные полы плаща и серебристые волосы Ориона, но он даже не сбавил шага. То ли торопился удалиться от трупа, то ли его это и в самом деле не волновало.
В попытке согреться я энергично растерла ладони и подула на них. Дыхание изо рта вырывалось облачками пара. Я ускорилась, чтобы не отставать от Ориона, но мерзлая земля все равно холодила ноги через подошвы тонких кожаных ботинок.
К тому времени, когда мы достигли знаменитого Дома о семи фронтонах, расположенного рядом с пристанью, мое тело совсем онемело. Суровый готический особняк, возвышающийся над серо-стальными водами Атлантического океана, был выкрашен темно-коричневой, почти черной краской. Сходство с жилищем ведьм усиливалось благодаря многостворчатым окнам и острым шпилям.
Маленькие домишки со всех сторон обступили городскую площадь, на которой раскинулся рынок, где стоящие за прилавками торговцы продавали овощи и хлеб.
Прямо перед особняком у позорного столба висели закованные в колодки мужчина и женщина, чьи вымазанные в грязи головы и руки оказались просунуты в узкие деревянные отверстия. Скорее всего, им было жутко неудобно находиться в такой позе: в полусогнутом состоянии и со скрюченными шеями. Табличка у подножия столба обвиняла их в грехе прелюбодеяния.
– Потаскуха! – выкрикнул кто-то из окна, и женщина вздрогнула, словно от удара камнем.
Похоже, такие, как Джек Корвин, существовали на свете с незапамятных времен.
Я старалась не глазеть на отбывающую наказание парочку, но женщина сама посмотрела на меня из-под завесы грязных волос, и на ее лице отразилось страдание.
«Должен ли блуд караться столь сурово? – задумалась я. – Пожалуй, зависит от того, кто с кем согрешил».
Переходя дорогу позади них, я скривилась при виде голых спин, покрытых коркой засохшей крови. Так их еще и пороли плетьми! Ниже пояса они были голыми, с потеками крови на коже.
Орион со скучающим видом повернулся ко мне.
– Мы можем поесть вон там.
– Что? – резко вскрикнула я, будучи под впечатлением от увиденного. Взяв себя в руки и понизив голос, я продолжила: – Орион, неужели тебя это не беспокоит?
Он посмотрел на выпоротую пару, как будто только что заметил ее присутствие.
– Ты вроде хотела есть? Следуй за мной.
Он привел меня к деревянному зданию с изображением котла на висящей над дверью серой вывеске. Стоило войти внутрь, как от запаха еды у меня потекли слюнки. Я осмотрела помещение с темными деревянными стенами и тянущимися по потолку толстыми балками. На разведенном в очаге огне стоял большой железный котел, в котором что-то булькало, а сидящие за столами люди попивали пиво. Несколько человек сгрудилось у деревянной стойки в центре. Я порадовалась, наконец оказавшись в тепле.
В таверне повисла тишина, и на нас обратились взгляды всех присутствующих: мужчин, женщин, детей. Кажется, даже развалившийся на стойке кот удостоил своим вниманием! Царящая здесь атмосфера уюта так и манила: пляшущие по стенам отблески пламени, поднимающийся от котла пар. Несколько мгновений спустя все вновь занялись едой и питьем.
Орион пересек комнату и сел за стол у окна. От жара стекло запотело, и я провела по нему рукой, чтобы посмотреть на улицу. Отсюда открывался вид на городскую площадь, и я тут же отыскала глазами закованную в колодки пару, терпящую неимоверные страдания. Похоже, так и было задумано. Публичное наказание – тоже своеобразный способ контроля над жителями. Ужасно унизительно, зато другим неповадно будет. Никому не хотелось оказаться на месте тех двоих.
Я не сразу сообразила, что Орион с кем-то разговаривает. Очнувшись от мрачных дум, увидела стоящую у нашего стола молодую женщину с убранными под белый чепец волосами. Она не сводила с моего спутника широко распахнутых голубых глаз.
– И зачем это вам в Осборн понадобилось, досточтимый господин Ашур? Сама-то я там отродясь не бывала. – Она похлопала ресницами. – Сказывают, будто там что ни шаг, то злая магия али прелюбодеи. И селение демонов неподалеку, хоть бы к нам не полезли, окаянные. Еще я слыхала, сам дьявол в тех лесах шастает. Пережил он Войну-то Великую, остался невредим, да и связывающие чары ему нипочем. Не ходите вы туда, сделайте милость, а то ведь и сгинуть недолго.