Младший сын мэра

Я замираю. Но всего лишь на мгновение. А затем, закинув ногу на ногу и красиво положив локоть на барную стойку, широко ему улыбаюсь.
— Приве-е-ет…
Кирилл на меня даже не смотрит. Сложив обе руки на стойке, задумчиво почесывает языком верхние зубы.
Такой красивый и такой… любимый. Холодный, далекий, неприступный, но для меня все равно самый лучший.
— Еще скажи, что не ожидала меня здесь встретить, — говорит ровно, награждая меня прохладным взглядом.
Залипнув на его полных губах, привычно сглатываю.
«Конечно, ожидала! Ты прекрасно знаешь, что я таскаюсь по этим тусам и впискам только из-за тебя!»
    
Глава 2
— При чем здесь ты, Кир? — хохотнув, задираю брови, — решил, что я к тебе пришла?
Повернув ко мне голову и подперев подбородок кулаком, Греховцев смотрит в мои глаза. С виду он спокоен, лицо не выражает абсолютно ничего. В серых глазах штиль. И только исходящая от него агрессивная аура выдает его истинное настроение.
— Меня Паша пригласил, — продолжаю врать самозабвенно, — не веришь, спроси у него сам.
— А я разрешал тебе сюда приходить? — спрашивает он обманчиво спокойным тоном.
— А я должна спрашивать твоего разрешения? — повторяю с той же интонацией.
— Я сказал, что тебе сюда нельзя.
— Почему?
— Потому!
— Думаешь, я не знаю, что ты здесь… вы здесь с девками трахаетесь?
— Хочешь стать одной из них? — парирует, слегка заломив одну бровь.
— Может, и хочу! Не твое дело!
Кир отворачивается и словно сам себе кивает.
— Ты права, Настя. Это не мое дело. Ты уже девочка взрослая, делай, что хочешь.
Сказав это, он встает и, больше не глядя на меня, уходит. Я остаюсь наедине со стаканом яблочного сока и горькой обидой.
Ненавижу его! Всю душу вымотал, всю кровь выпил! С третьего класса жизни не дает. Десять лет! Десять, мать вашу, лет я жду, когда он обратит на меня внимание! Десять лет я ищу в его глазах хоть какой-то намек на интерес ко мне, как к девушке.
Десять лет мечтаю о нем.
И ничего. Пусто. Ноль. Совсем.
Стоит ли говорить о том, что первый поцелуй, о котором я грезила, у него случился не со мной. Первый секс, соответственно, тоже.
Плакала ли я, когда узнала? Мне казалось, я умру. Я четыре дня не ела и не вставала с кровати. Я жить не хотела.
С тех пор мало, что поменялось. Он живет в свое удовольствие, а я продолжаю лелеять глупую надежду.
Отпив сок через трубочку, я слезаю со стула и иду наружу. Ноги за это время успели отдохнуть, так что, наверное, и потанцевать смогу.
— Денежка! — тут же кричит мне прыгающий с бутылкой пива в руке Ваня, — иди сюда!
Я подхожу ближе и с улыбкой смотрю на танцующих под модный трек девушек на лужайке. С нарядом я не угадала. Это блестящее платье и каблуки вообще не в тему. Все девчонки либо в шортах, либо в джинсах. Громко смеясь, красиво извиваются под музыку.
— Иди сюда! — повторяет Иван, подскакивая среди девчонок, — че встала, как неродная?
Греховцева поблизости не видно. Скользя глазами по толпе, выискиваю его шевелюру. И лучше бы я этого не делала, потому что обнаруживаю его в углу террасы, примыкающей к дому, целующимся с какой-то брюнеткой. Она сидит на парапете, широко разведя ноги, а Кир, стоя между них, орудует у нее во рту языком.
Он впервые делает это при мне. Теперь я понимаю, почему он не хотел, чтобы я сюда приезжала.
Мне плохо. Я отчетливо чувствую, как под ребра медленно входит нож. Сумасшедшая боль и невозможность сделать глоток воздуха. Музыка, голоса, смех приглушаются, земля под ногами начинает раскачиваться.
— Настя, — хватает за руку пьяный Ваня, — потанцуй со мной, крошка…
Я облизываю сухие губы и заставляю себя отвести взгляд от горячей парочки. Не смотреть. Ни в коем случае. Нельзя. Иначе свихнусь.
— Почему бы и нет?
Снимаю сумочку с плеча и бросаю ее в кресло из ротанга. За ней идут каблуки, а в следующее мгновение я врываюсь в танцующую толпу.
Знаете, кто всегда королева танцпола? Самая пьяная или самая несчастная. Это факт!
— Вань, — перекрикиваю музыку, — принеси мне коктейль… с водкой!
Иван мешкает всего секунду, а затем, закинув голову вверх, громко ржет.
— Конечно, крошка!
Не смотреть. Не смотреть. Ни в коем случае не смотреть в их сторону. Я специально танцую к ним спиной. Двигая телом в такт, громко подпеваю песне. А в груди в этот момент отмирает еще одна частичка моего сердца. Так случается каждый раз, когда я узнаю о его очередной подружке.
— Держи, — протягивает Иван бокал.
— Что это?
— Секс на пляже, крошка!
— Мерси! — не переставая танцевать, присасываюсь к трубочке.
— Все для тебя, крошка — ухмыляется он.
— Вкусно! — показываю ему большой палец.
— А то!
Дергаясь передо мной, парень пытается обвить свободной рукой мою талию. Я позволяю, хотя когда-то клялась себе, что прикасаться ко мне будет только Кирилл. Ему это не надо. Он готов прикасаться ко всем, кроме меня.
Не удерживаюсь. Проявляю слабость и оглядываюсь через плечо, мечтая о том, чтобы он это увидел. Но на террасе их уже нет. Где они? Забыв и про музыку, и про Ваню, резко разворачиваюсь и начинаю продираться сквозь толпу.
Ступни ног внезапно становятся ледяными. Торчащий из груди нож начинает медленно проворачиваться.
Но в тот момент, когда я уже готова бежать в дом, чтобы найти их, замечаю высокую фигуру Кирилла на выходе с заднего двора.
— Эй, Насть, ты куда? — окликает недовольный голос одногруппника.
Вряд ли он способен остановить меня. Босые ноги сами несут меня к Греховцеву. Только обойдя впереди стоящих людей, я вижу рядом ту брюнетку.
Они стоят, сцепившись кончиками пальцев и, кажется… собираются уезжать.
— Кирилл!
Услышав мой голос, он находит меня взглядом в толпе. Быстро оглядев, замечает бокал с коктейлем, босые ступни и скупо усмехается.
— Отлично повеселиться.
— А ты? Уже уезжаешь, да? — иду по влажной траве, — я с тобой!
Так было всегда с тех самых пор, как он получил права и стал водить собственную машину. Да меня родители отпускают только потому, что знают, что возвращаюсь я всегда с Греховцевым!
Он же не собирался оставить меня здесь?!
— Не в этот раз, Настя, — говорит он, когда я подхожу к ним вплотную, — вызови себе такси.