Последний реанорец. Том VI
Непонятным образом, но даже мне казалось, что время в смежной стигме течет быстрее, чем во внешнем мире. Начало нашей с Ростиславом войны изгоев началось меньше месяц назад с раннего утра, если извечный сумрак стигмы можно было так назвать. Путь до мнимой границы, через непроходимые пораженные трущобы, где располагался временный опорный лагерь с несколькими сотнями изгоев, занял у нас порядка нескольких часов. Правда, задерживались мы там недолго. Больше времени заняла беседа с тремя присутствующими там столпами. С Огинской, Пожарским и Орловым. Ведь как оказалось это именно они донесли Шувалову всю необходимую информацию о нашествии волны. С остальными же уникумами даже не удалось свидеться, ведь в данный момент те были распределены по стигме вместе со своими отрядами.
К тому же удалось узнать одну важную деталь. Оказывается, что множество вражеских изгоев концентрируют свои силы в форпосте Ясака, однако по какой причине они это делают неизвестно. А отряды, которые так или иначе приближались к полису были уничтожены.
Поэтому именно с изгоев древних кланов мы и начала свою войну, хотя точнее сказать… охоту. Но каково было наше удивление, когда на их землях нам стали попадаться множество других западных и амерских изгоев. И все они отнюдь не пылали доброжелательностью ко мне и Ростиславу.
Поэтому за чуть более чем две декады нам удалось устранить около шестнадцати групп, это была семнадцатая и самая малочисленная. Всего девять изгоев. Два архимага, два магистра, остальные же были воителями на ранге ратая. И по моим скромным прикидкам за эти дни удалось прикончить чуть более трехсот душ. Для прошлого меня это была бы капля в море, но для нынешнего солидная цифра. К тому же мы и не стремились с Ростиславом срывать звёзд с неба, а попросту методично истребляли враждебные отряды. Именно такой и была война изгоев. Взаимное кровопролитие, распространившееся по всей смежной стигме.
Само собой, во многом приходилось полагаться на реанорское чутье, а в особенности на слух и обоняние. Чтобы не сталкиваться со слишком многочисленными и сильными группами, а также минуя чересчур могущественных тварей Катаклизма, а здесь их было более чем в избытке.
‒ Этого отпускаем? ‒ вдруг спросил Ростислав, приподняв того за ворот одежды и пару раз приложил пощечинами изгоя по заплывшему кровью лицу, отчего тот вздрогнул и медленно приоткрыл единственный целый глаз, потому как от второго осталась лишь зияющая на полхари рана.
Ледяные осколки Романова были беспощадны, да и вдобавок сам изгой еле ворочал языком и всё пытался отползти в сторону.
‒ Беги. Беги, что есть сил… ‒ сухо отозвался я, кивком головы указывая на форпост вдалеке. ‒ Передай всей той гнилой швали, что собралась внутри, рано или поздно, мы вырежем тот гадюшник под корень. Понял? Ты ведь знаешь, как нас зовут?
‒ Х… рова… вы… Ла… сарь… и… Соло… фей… ‒ прохрипел невнятно тот.
‒ Вот и молодец, а теперь проваливай, пока мы не передумали…
Миг спустя испуг на лице мужика медленно преобразился в непонимание, но секунду спустя тот быстро закивал головой, видимо, до него, наконец, дошли мои слова. И стоило Ростиславу отпустить изгоя, как тот на всех парах помчался в сторону полиса, пытаясь выжать из себя остатки сил.
‒ Продолжаем дальше… охоту? ‒ протяжно выдыхая, осведомился цесаревич с усталой улыбкой.
‒ Само собой, ‒ тихо отозвался я, поворачиваясь спиной к форпосту. ‒ У нас ведь война изгоев как-никак, а отдыхать покамест рано.
***
Первое кольцо. Москва.
Московский Кремль.
Приёмная его императорского величества Всеволода Романова.
Три с половиной декады спустя.
12 апреля, 2023 года.
Поздний вечер…
От кропотливой работы императора отвлёк стук в дверь. И мягко потирая глаза, тот невольно взглянул на настенные часы, после на ночное небо за окном, а затем устало выдохнув, со старческим кряхтеньем откинулся в кресле.
‒ Входи, Тихон… ‒ негромко отозвался государь. ‒ Спину не гни. Докладывай. Я слушаю. Можешь по существу и кратко говорить, как есть.
Дверь кабинета тихо отворилась и миг спустя напротив императора в кресле уже сидел его верный регацц.
‒ Как скажете, ваше императорское величество, ‒ уважительно отозвался Голицын, и сделав пару пасов пальцами на экране планшетного компьютера, стал вкрадчиво вести отчет. ‒ Если кратко, то Трубецкие и Морозовы уже дошли до твердыни древнего клана Акаши. В течении месяца или меньше должны управиться.
‒ Хорошо, ‒ тихо изрёк государь. ‒ В Михаиле и Егоре я не сомневался.
‒ Третий тайный отдел и его светлость Александр Александрович… ‒ тут верный поверенный невольно замолк и поднял взгляд на государя. ‒ Полностью уничтожили древний клан Ханзо. Мятеж на их территории подавлен.
От данного факта Романов невольно скривился, но также утвердительно кивнул, грустно вздыхая.
‒ Саша в своем репертуаре, но поступил он верно. Придраться не к чему.
‒ Акинфовы, Воронцовы, Давыдовы, Аксаковы и Осокины ведут свои бои на территории древнего клана Камару и Агари. Успехов там мало, продвигаются они весьма медленно. Потери ощутимые.
‒ Скверно. Что на наших фронтах? Как мой сын? Мирослав? ‒ подняв глаза на поверенного, вкрадчиво поинтересовался император.
‒ Пройдена половина пути. Вы и сами, думаю, знаете, что Хиго и Ясака были сильнейшими из древних кланов, но его императорское высочество Владимир справляется с обоими противниками, ‒ честно признался Голицын. ‒ Мирослав Петрович держит смежную стигму Романовых в узде и не даёт врагам продыху.
‒ Это радует. Как на границах?
‒ Имперские войска наступают. После того, как туда были посланы столпы, ‒ со слабой улыбкой стал говорить Тихон, ‒ то Персия и Афганистан стали отступать. Разведка полагает, что они могут готовятся к затяжной войне.
‒ Странно, очень странно. Всё слишком просто. Зная наших экспатов и их поддержку с Запада, нужно готовиться к подвоху. Передай Владимиру и остальным, чтобы не торопили события. Загнанный зверь бывает очень опасным.
‒ Будет исполнено, ваше величество, ‒ тотчас отозвался мужчина. ‒ Разрешите идти?
‒ Постой, Тихон, ‒ вдруг махнул рукой государь, а сам в свою очередь поднялся с кресла и подойдя к окну, вгляделся в ночные огни столицы. ‒ Как дела у моего внука и Захара?
‒ Если говорить честно, ваше величество, то у них дела продвигаются лучше, чем у остальных… ‒ позволил себе широкую улыбку регацц. ‒ У них ошеломительные успехи.