Бояръ-Аниме. Романов. Том 10
Волков усмехнулся.
— Хорошо, я вас понял. Какие сроки вы можете мне назвать? — спросил он, все еще оглядывая трещину, сквозь которую можно было заглянуть внутрь строения.
— Не могу знать, Святослав Святославович, — честно признался Лазовский. — Комиссию я уже вызвал, будут проводить проверку, а уж сколько она займет, там только один Бог ведает. Царю-то уже отчитались, что мы закончили, так что теперь будут искать способы, как не сообщать наверх, и своими силами вопрос решить.
Боярич тяжело вздохнул, от него ощутимо повеяло холодом. Главный инженер даже отступил на пару шагов — во избежание. Царский человек-то он царский, да только если Волков тут контроль потеряет, самому Артуру Олеговичу уже все равно будет на том свете, как именно боярича наказали.
— Так, — выдохнул Волков. — Вызываете независимую экспертизу. Оформляете все по правилам. Мне все равно, кто там в вашей канцелярии прикрыться захочет, я нести ответственность за чужие ошибки не хочу и не буду. Делаем все по закону, Артур Олегович. Надеюсь, новый бетон хоть заказан?
— Заказан. Но когда будет готов, я тоже не скажу — заказов сейчас много, все заводы, можно сказать, на великое княжество Литовское работают до сих пор. Осваивают территорию бывшей Речи Посполитой. Нам и так по царскому личному указу материалы выделили...
— Литовское? — уцепился за сказанное Волков. — Хорошо. Держите меня в курсе, Артур Олегович. Назначаю вас главным по ситуации. Все отчеты предоставляете мне.
— А расходы, Святослав Святославович? — уточнил главный инженер. — Экспертиза тоже ведь денег стоит, и в смету она не входила...
— Расходы будут оплачены родом Волковых, — отмахнулся боярич. — Если на этом все — я отбываю.
— Пока что все, боярич, — с поклоном ответил Лазовский.
Только сев в машину, Святослав Святославович смог себе позволить выдохнуть:
— Великое княжество Литовское, значит. Ну, посмотрим, что на это скажет Дмитрий Алексеевич.
В том, что случившееся — месть великого князя за разработку роботов, Волков не сомневался ни на мгновение. Экспериментальное производство в Смоленске выступило бы конкурентом на рынке вооружений русской армии, так что ничего удивительного в том, что Апраксин решил сорвать Уральскому княжеству установленные государем сроки, не было.
Но это ведь теперь еще доказать надо.
* * *
Красноярская резиденция князя. Князь Романов Дмитрий Алексеевич.
Разумеется, встречать Ивана Михайловича лично я не поехал. Спокойно занимался своими делами, пока управляющий не сообщил, что прибыл князь Соколов, и наступило время обеда.
Уже собираясь покинуть рабочий кабинет, я протянул руку за телефоном. Но аппарат позвонил, заставив меня приподнять бровь. Вызовов от Волкова я не ждал, и если Святослав Святославович решил меня потревожить, произошло что-то важное.
— Передайте Ивану Михайловичу, что я приму его через десять минут, — велел я управляющему, прежде чем ответить бояричу.
Как только дверь закрылась, я поднял трубку.
— Слушаю, Святослав Святославович, — произнес я. — Что случилось?
— Дмитрий Алексеевич, у нас серьезная проблема, — сразу же перешел к делу боярич. — Один из корпусов, которые мы ставим на деньги государя, пошел трещинами от мороза.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы оценить полученную информацию.
— Как так вышло, Святослав Святославович? — уточнил я совершенно спокойным голосом.
А сам подумал, что время для столь негативного события невероятно подходящее. Только я решил, что все успокоилось и можно начинать жить без конфликтов, как случилась очередная проблема, которая наверняка потребует проливать чью-то кровь. Или хуже того — судиться на протяжении пары месяцев.
— Судя по всему, кто-то подменил маркировку бетона, Дмитрий Алексеевич, — сообщил мне Волков. — Строители установили блоки, все было нормально. А на днях морозы сильные ударили, вот и вскрылось. По всем документам наши корпуса уже готовы, а теперь придется разбирать и строить заново — эксплуатации здание не подлежит.
Я хмыкнул в трубку, и Святослав Святославович продолжил свой рассказ:
— Я, конечно, распорядился нанять экспертизу и оплачу счета, — продолжил боярич. — Но вы, Дмитрий Алексеевич, и сами понимаете — так просто такую диверсию не провернуть. Судя по тому, что мне удалось узнать, в этом может быть замешан Апраксин.
— Петру Глебовичу это зачем? — спросил я.
— Мы уже продаем царю наших роботов, Дмитрий Алексеевич, — пояснил Волков. — А его экспериментальное производство еще даже не запущено. Мы же будем конкурентами за царский заказ для армии, вот и...
Я протяжно вздохнул, запуская руку в волосы и слегка их потрепав.
— Во-первых, Святослав Святославович, никакие счета вы оплачивать не будете. Шлите все мне, я буду сам разбираться с финансами. И перед государем за срыв сроков тоже буду отчитываться сам, — велел я. — Во-вторых, с великим князем Апраксиным мы никакие не конкуренты, у нас разные сферы. Вообще никаких пересечений быть не может. Не спешите делать выводы.
Судя по голосу боярича, он был не слишком рад моему ответу.
— Хорошо, Дмитрий Алексеевич, — сказал он.
— И не спешите расстраиваться, Святослав Святославович, — произнес я, желая успокоить явно нервничающего коллегу. — Мы со всем разберемся. Любое преступление оставляет следы. Делайте все, что можете со своей стороны, а уж кто виноват и как его наказать, я разберусь.
— Как скажете, князь.
Разумеется, я его не убедил. Но насильно в голову молодому человеку, окрыленному собственными успехами, мысли вкладывать я не умею. Святослав Святославович хоть и весьма талантливый техник, однако в политике понимает еще меньше меня. И соваться в конфликт с великим князем ему уж точно не стоит. Апраксин сожрет его, и даже не заметит какого-то там боярича.
И это хорошо еще, никаких серьезных заявлений Волков не делал. Иначе Петр Глебович имел бы законное право начать с нами судиться. И отобрать все производство, которое основано на его найденном киборге — в качестве компенсации.
Положив трубку, я хрустнул шеей, ощущая, как внутри медленно поднимается злость.
Разумеется, скорее всего имеет место банальная халатность. Но если прав Волков, и кто-то намеренно не дает нам вовремя начать выполнять заказ царя, я же этого деятеля собственными руками рвать буду.
Убрав телефон в карман, я сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. И, натянув на лицо дежурную улыбку, толкнул дверь кабинета.
Теперь послушаем, что хотят предложить мне Соколовы.
Глава 3— Здравствуйте, Иван Михайлович, — с улыбкой произнес я, протягивая гостю руку. — Рад вас видеть! Надеюсь, вы успели проголодаться за время полета?