Купить мужа, или Голая правда о драконах
– Ты паук, что ли? – перебил я, потеряв нить повествования примерно на двенадцатой секунде его длинной речи. – Или так и задумано, дабы запугать даму? Завязнет в тенетах твоих слов, затрепыхается, как мушка, испугается, и отдаст последние денежки, верно?
– Я предлагал лишь часть оплатить заранее, как выражение добрых намерений, что девушка не собирается игнорировать взятые на себя обязательства, как и свойственно женскому полу, ветреному и легкому, как всем известно, и…
– У этой представительницы женского пола очень тяжелая рука, – вновь перебил я, хмыкнув. – И не надо бледнеть, уважаемый, бить вас она не будет.
– Правда? – заинтересовалась Дэна. – Почему это?
– Потому что бить его буду я, дорогая, – чмокнул ее в щечку. – Это мужская работа!
– Уговорил, – она кивнула. – Учти, что он нагло втюхивал мне ненужную страховку стоимостью едва ли не в четверть суммы кредита.
– Но… – побледневший прыщ вскочил, рассыпав документы по полу.
– Никаких но, уважаемый, – я подхватил его за шкварник. – Надо – значит, надо!
– Ай-яй-яааай! – суча короткими ручками-ножками – и в самом деле, как паук, взвизгнул мошенник.
– Виси спокойно, тебе же лучше будет, – предупредил я, распахнув входную дверь. – Ну, если не лучше, то уж точно менее травматично!
– Не убивай его, дорогой, – попросила женушка, встав рядом и притворно вздохнув. – Вдруг его дома детки ждут?
– Да, сидят десять прыщиков и ждут, когда этот фурункул домой вернется, обманув еще с десяток доверчивых дамочек, чей кредит за неделю вырастет в пять раз! – я приподнял обманщика повыше и пнул в зад, отправив в полет над ступеньками.
– Ай, – шлепнувшись в центр лестницы, как только что выловленный осьминог, пожаловался Прыст.
Чувствовалось, что ему не привыкать к негостеприимным клиентам. Поднявшись, он отряхнул колени, обиженно на нас глянул и мстительно пообещал:
– Счет за прачечную я тоже включу в счет вашего долга!
– Даже так? – хмыкнул я. – А ты смельчак! В следующий раз тогда, если надумаешь опять к нам в гости заглянуть, надевай костюмчик попроще, который не жалко будет кровью замарать, понял?
– Вы… вы мне угрожаете?! – мужчина налился кровью, как только что насосавшийся комар.
Хм, кстати, подходит сравнение – кровосос он и есть, по сути.
– Да упаси же меня Богиня! – ахнул я. – Угрожать? Да никогда! Просто советую – ведь далеко не все прачки умеют хорошо кровь отстирывать!
– Да я!.. – он подскочил, сжимая кулачки. – Я!..
– Ты, ты, – вздохнув, сделал шаг к нему. – Иди уже, маленькие прыщики ждут.
– Вы пожалеете! – прошипел Прыст и резко развернулся, едва не упав.
– Ребята, проводите дорогого гостя, – я подмигнул Фене и Чипу, прискакавшим полюбопытствовать и, по возможности, принять участие в беспределе.
– Прррроводим, – заверил попугай, а малява-обезьянка довольно потерла лапки, хихикая.
– Ай! – прыщ подпрыгнул, когда ему в задницу угодило первое незрелое яблоко – пущенное меткой мармозеткой. – Кто?..
– Эй, козел! – Чип завис над ним, хлопая крыльями.
– А? – тот наивно задрал голову, и ему на лицо тут же угодила капля помета. – Ааааа!
– Не аааа, а удобррррение! – уточнил Чип.
Они с обезьянкой переглянулись и начали откручивать с пальмы кокос. Прыст подпрыгнул и припустил прочь – да так, что только подошвы модных штиблет засверкали!
Перепрыгивая с ветки на ветку деревьев, которые образовывали тенистую аллею, наши хулиганы гнали этого негодяя до самых ворот, заставляя ругаться и ойкать. Думаю, на его вредной тушке сегодня прибавится синяков и ссадин! И очень надеюсь, это надолго отобьет у него охоту заглядывать к нам на чай!
Жаль только, это не отучит его обманывать людей, наживаться на их бедах, втягивая в такие долговые ямы своими грабительскими процентами, что потом выпутаться из паутины долгов очень и очень проблематично. Мне ли не знать!
– А ты, смотрю, возглавил эту банду беспредельщиков? – осведомилась Дэна, прищурившись.
– Что ты, какое там, – отмахнулся с улыбкой, – я у них на подпевках!
– Дракон на побегушках? – глаза любимой заискрились смехом.
– И не говори, сели и поехали ведь! – осторожно притянул ее к себе. – Приходится подчиняться, главная там, говорят, какая-то художница, у которой муж дракон. И говорят, он ее во всем слушается, просто слова поперек сказать не может, потому что влюблен по самую последнюю чешуйку!
– Да ты что! – подыграла супруга, прильнув ко мне. – Сказки ведь какие-то рассказывают!
Я потерял нить шутливого разговора. По телу прокатилась обжигающая волна. Как же приятно быть с ней рядом, утопать в небесах этих прекрасных глаз, просто любить ее! Никогда не думал, что способен на подобные чувства – просто потому что раньше никогда не любил!
– Кстати, насчет сели и поехали на дракона, – голос супруги вплелся в мои бушующие мысли.
– На меня можешь сесть в любой момент, – торопливо заверил ее. – Забирайся, а там посмотрим, что получится!
– Озабоченный геккон, – она вздохнула, – опускай давай флаг, а то явишься к графу Аризорскому со своим бравым копьем наперевес, рыцарь чешуйчатый, он не оценит!
– А зачем мне вообще к нему заявляться? – в виду оттока крови на нижний ярус многострадального мужского организма мозг соображал плохо.
– За деньгами. Он должен был вчера отдать деньги за портрет, оставшуюся часть, но забыл. Договорились, что мы к нему приедем, и эта забывчивая фрикаделька расплатится. Вот поэтому ты к нему и заявишься, – Дэна лукаво улыбнулась. – Могу, конечно, я съездить, если ты не хочешь.
– Чего это не хочу? – вскинулся тут же. – Нечего тебе там делать!
– Умница, – она усмехнулась.
Вот ведь хитрюга! И понимаю, что дракона только что развели как последнего влюбленного идиота, а ничего с этим поделать не могу! Точно, она шнурки скоро из меня вить начнет! И ведь, самое главное, я совершенно не против!
Глава 20. Сыграть с судьбой в дурака– Как о вас доложить? – слуга, открывший дверь шикарного особняка, глянул на меня глазами унылого спаниэля.
– Черут Эдер, – ответил я. – От художницы Даниэллы Эдер.
– Ожидайте, – слуга посторонился, пропустив меня в дом, и медленно, шаркая ногами, удалился.
Пока его не было, я успел вдоль и поперек изучить холл в прохладно-синих тонах с легкими всплесками бирюзового, как море на отмели. Монументальная лестница хвалилась роскошью, как и огромная сияющая люстра наверху, но меня таким было не удивить. Похожее убранство имелось и в замке моего отца. Потрепанное, конечно, но из той же серии – подороже, чтобы нос повыше задрать.