Паспортист

–Идём, – подошла я так, чтобы она меня увидела.
–О, Анна, как всё прош… что с тобой? Ты плакала? – суетливо подскочила она. – Что у тебя на шее? Что произошло?
–Просто идём. Пожалуйста, – попросила я, еле сдерживая истерику, которая упорно пыталась вырваться из-под моего контроля и овладеть мной.
Мы направились к выходу, обходя танцпол. Мне не терпелось покинуть это проклятое место и никогда сюда больше не возвращаться. Мне вообще не хотелось больше никуда и никогда не выходить. Только лежать дома, у себя в комнате.
–Да ну нах, приятель, ты посмотри, какая соска идёт, – услышала я возглас со стороны от каких-то пьяниц.
–Ох и натянул бы я её, – ответил второй. – Ты посмотри на эти груди. А ведь она даже без лифака пришла, ну и чика.
Я старалась не обращаться внимание на них и хотела пройти мимо, но второй подскочил и что есть силы шлёпнул меня по заднице. Я дёрнулась: одновременно и от испуга, и от боли. В любой другой день, я бы устроила им лютую взбучку, но сегодня я могла лишь заплакать в ответ и скромно идти дальше.
–Пошёл нахуй, тупой урод, – невероятно разгневанно прошипела Скарлет и дала ему настолько сильную пощёчину, что тот еле устоял на ногах.
Люди, которые стояли вокруг и наблюдали эту картину, засмеялись, после чего отвлеклись и продолжили заниматься своими делами.
–Идём отсюда, – повела меня дальше Скарлет.

***

В тот вечер, Скарлет проводила меня до самого порога моего дома, после чего мы попрощались. Она сказала, чтобы я звонила ей в любое время дня и ночи и, в случае чего, мы сможем обсудить любые темы. Скарлет даже сказала, что приедет ко мне, тоже в любое время, если я вдруг позову. Настоятельно советовала обратиться в полицию по поводу того, что произошло в клубе. Она хотела отыскать того придурка, с которым я, грубо говоря, переспала, и наказать его по закону. Но я была против этого. Не хотела тормошить то, что пройдено. Всё равно это ничего для меня не изменит.
Когда я уже зашла домой, мама попробовала вытянуть из меня объяснения, где я, такая красивая, была и почему у меня на ноге и шее синяки. Мне не хотелось ни о чём говорить даже с ней, поэтому я просто молча поднялась наверх, разделась, закрылась в душе и, включив тёплую воду, села на холодную плитку, поджала колена и сидела так где-то полчаса. Пока вода обливала меня, я всё время вспоминала прошедший день, который начался так позитивно и закончился так ужасно. Словно жизнь обрушила на меня самые тяжёлые испытания и смотрела, как я прохожу через них. Осталось только вылететь из института, ко всему в добавок, чтобы собрать полный букет чёрных полос моей жизни. Время от времени, я плакала.
После душа я накинула халат и спокойно ушла в свою комнату, где заперлась на замок, легла на кровать и, как мечтала на протяжении последних двух часов, просто лежала. После нескольких минут депрессивных размышлений об ужасном дне, я заснула.

***

За весь следующий день, я только один раз вышла из комнаты в туалет. Ничего не ела, попить мне хватило стакана воды, который стоял у меня на тумбочке всё время. Скарлет писала сообщения, спрашивала, как у меня дела, а также напоминала, чтобы я при желании сразу звонила или писала ей. Но я ей ничего не отвечала.
Мама пыталась стучать в дверь и дозваться меня, чтобы я вышла поесть. Оба раза я отказывалась и просила оставить меня в покое. Мне ничего не хотелось.

***

Я проснулась после очередного сна и посмотрела на часы, которые показывали час ночи. Спать больше не хотелось совершенно, но и лежать разглядывать потолок в темноте тоже не было желания. Тем более, я боялась, что мысли о вчерашнем дне снова накатят на меня, загонят в тоску и депрессию.
Я встала с кровати и подошла к окну. С моего второго этажа открывалась «прекрасная» панорама на город. И всё же, вдалеке, ближе к центру города, я видела, как горят ночные огни. Город живёт, даже не смотря на террор маньяка.
Моё внимание привлекли огни, которые горели недалеко от парка. Я решила пройтись и подышать свежим воздухом. В одиночестве.
Не торопясь, я дошла до парка, где оказалось темнее, чем казалось из окна. Вокруг нет ни души. Как иронично, я убежала от одной депрессии, чтобы оказаться в другой. Блуждая между аттракционов, я вспоминала былые времена и детство, когда всё шло радостно и беззаботно. Не происходило ничего страшного, жизнь была весёлой и безопасной.
Развлекательные аттракционы совмещались с окружающей тьмой и отсутствием людей и даже животных. Угнетающая картина.
Удивительно, как один человек может разрушить тихую и спокойную жизнь целого города. Держать в страхе каждого из его жителей, включая полицию, которая обязана найти его как можно скорее. Потому что от этого зависят жизни людей. Жизнь города.
Какое бы дерьмо не происходило, я всегда верила в то, что в будущем, когда-нибудь, всё станет лучше. Жизнь наладиться, и каждый забудет о тёмных периодах в ней, как о ночных кошмарах, которые снятся нам по ночам. Это произойдёт не сразу и пройти через это может быть сложно, но всегда возможно.
Так и этот город когда-нибудь забудет о существовании такого кошмара, как Паспортист. Когда его найдут и посадят, люди снова вернутся к нормальной жизни. Смогут водить своих вторых половинок или детей в парк и кафе после девяти вечера. Не будут переживать за жизни: свои и своих близких.
Может, стоит послушаться Скарлет и заявить в полицию на того придурка. Пусть он и не Паспортист, но жизнь девушкам портит. Вдруг, я не единственная жертва его моральных и физических унижений? Боюсь представить, что он так поступает с каждой. Нет. Я должна обратиться в участок. Пусть не ради своего блага, которое уже не вернуть, но ради безопасности других девушек, которые могут с ним столкнуться, ничего не подозревая, а потом быть униженными и разбитыми, как я.
Закончив раздумья, я перестала смотреть на безжизненное колесо обозрения, развернулась и вышла на безлюдную аллею. Холодный летний ветер хорошо продувал её, заставляя меня слегка трястись от холода. Не лучшее место для прогулок. Я решила направиться обратно в центр и оттуда пройти до полицейского участка.
Пройдя чуть вперёд по аллее, я услышала сзади хруст веток и шелест листвы. Обернувшись, я лицезрела, как в паре десятков метрах от меня пёс выскочил из-за дерева и жалобно залаял в ту сторону, откуда сам появился. Шелест в кустах продолжился, только нарастая. Чтобы там не двигалось, оно приближалось ко мне.
Я хотела завизжать на весь парк, но неразборчивая тёмная фигура уже выскочила из кустов, схватила меня, зажав рот, и потащила в кусты. Я пыталась кричать, но рука не давала моим крикам вырваться наружу. Изо всех сил я старалась вырваться и дёргалась как могла, но его хватка была чересчур крепкой. В глубине души, несмотря на искренний страх, я понимала, что это мой конец. Это понимание нарастало и буквально за пару секунд вогнало меня в истерику. Я начала рыдать, пыталась выговорить мольбы о пощаде, сказать, что пойду на всё, лишь бы он меня не убивал. Но его рука так крепко закрывала мой рот, что все мои слова и крики превращались лишь в тихое и отчаянное мычание.