Олимпиец. Том V

И, похоже, в этот раз история планировала повториться вновь.
Я отогнал неприятные мысли и уверенным шагом направился к алтарю. Главный жрец по моей просьбе уже выставил из храма всех посетителей, так что в небольшом помещении я остался один.
Храму Двенадцати в Эфесе недоставало размаха и внушительной архитектуры его коллеги из столицы, но для моих целей размер не имел особого значения.
Я пришел поговорить.
— Афина Паллада! — громко воскликнул я, выливая церемониальное вино на подиум перед двухметровой каменной статуей богини. — Мне нужен твой мудрый совет!
Попахивает дешевым пафосом, но увы, мобильника самая прогрессивная богиня почему-то не носила. Так что как-то так… приходилось следовать проверенным ритуалам. Нет, можно, конечно и без них, — сомневаюсь, что Афина оставила бы мой призыв без внимания — но вот скорость ответа повышалась в разы.
Словно в подтверждение моих слов, не прошло и двух секунд, как с многотонной статуи посыпалась каменная крошка, а в пустых глазницах засверкал золотой свет. Богиня мудрости явилась на зов.
И… захватила с собой компанию. К моему удивлению, сразу за первой еще три статуи начали медленно оживать, после чего неловко, словно боясь упасть, спустились с постаментов на каменный пол.
— Не ожидал, что прихватишь друзей, — хмыкнул я, отступая на шаг назад. — Иначе я бы приготовил подарки.
— КАК ТЫ СМЕЕШЬ, СМЕРТНЫЙ?! — из пустого рта Деметры вырвался раскатистый голос, в котором без труда прослеживались раздраженные нотки. — ПАДИ НИЦ НА КОЛЕНИ И МОЛИ О… Кха-кха...
Каменная фигура внезапно закашлялась и точно бы рухнула на пол, если бы не вовремя подоспевший Дионис, удержавший старушку на месте. Та оправилась буквально через секунду и гневно оттолкнула бога в сторону, но и продолжать свой монолог не спешила.
Просто сверлила меня злобным взглядом блестящих инеем каменных глазниц.
— Тетушка давно не практиковалась, — шепотом пояснил мне Гермес, даже в облике статуи не утративший привычного проворства. — Сам понимаешь… Редко кто обращается к ней за помощью.
— ДЕРЗКИЙ, ЩЕНОК! КАК ТЫ…
— Довольно, — спокойный голос Афины зарубил разгорающийся конфликт на корню. — Мы здесь не за этим.
Гермес только фыркнул и пожал плечами «Дескать, а что я?», а разозленная Деметра, бросив на него презрительный взгляд, с гордым видом отступила к стене. Богиня мудрости удовлетворенно прикрыла глаза и медленно повернула каменную голову в мою сторону.
— Ты сделал правильный выбор, когда решил обратиться ко мне, Адриан. После случившегося в Храме нам стоило поговорить. — Афина сделала короткую паузу. — Всем нам.
Я кивнул, без труда понимая намек. Согласившись встать на сторону Афины, я де-факто подписался на боксерский мачт с Зевсом, а это означало, что со временем мне предстояло встретиться со всей компанией богов-ренегатов. И, судя по всему, это самое время пришло.
— А где Арес? — полюбопытствовал я, оглядываясь по сторонам. — Мне бы хотелось поболтать со старым учителем.
Со стороны Гермеса послышался тихий смешок.
— Помнишь инцидент в школе? Так вот, вмешавшись братец прогневал отца и теперь сидит на домашнем Арес-те, — глумливо пояснил он, хихикнув над собственной шуткой, и тут же перешел на серьезный тон. — Тебе очень повезло, что он оказался рядом, кузен. С Аполлоном шутки плохо.
Гермес задумчиво поскреб подборок.
— Так-то у него вообще с юмором не очень.
Это я заметил.
— Угу. Лучше скажи, что он на меня так взъелся? Я ему дорогу еще не переходил. Вроде бы.
Боги быстро переглянусь между собой.
— Как бы тебе сказать, кузен, — после небольшой паузы, аккуратно произнес Гермес. — После твоего финального боя на Олимпе… И да, это было необыкновенное зрелище, между прочим. Не каждый день смертный надирает задницу богу.
— Артемида пропала, — нейтральным тоном прервала разошедшегося брата Афина. — И Аполлон винит в этом тебя.
Ясно. Понял. И проверить свою теорию светозарный гений решил наиболее простым способом. Кулаками. Типичные боги, что я могу сказать.
Внезапно в моей голове промелькнула шальная мысль.
— Подожди. А Аполлон не думает, что моя смерть приведет к проблемам с Аидом?
— САМОВЛЮБЛЕННАЯ СОШКА. ТЫ ДУМАЕШЬ ОТЕЦ ИЗ-ЗА ТЕБЯ ПОЙДЕТ НА ОЛИМП? — насмешливо проскрежетала из угла Деметра, только чтобы зайтись в приступе кашля. — КХЕ-КХЕ!
— Вишневый сироп? — предложил Дионис, протягивая каменной старушке непонятно откуда взявшийся кубок. — Поможет, обещаю.
Деметра смерили его подозрительным взглядом, но все же ухватила кубок обеими руками и в один присест отправила его в распахнутую пасть. Да. Кубок тоже. И налившиеся краской глаза богини явно указывали на то, из чего именно делался этот «сироп».
— Если подытожить, Марс не смог явиться лично, — снова вернула себе слово Афина. — Но он разделяет наши планы и убеждения. Полностью и до конца.
— Кстати, о планах…, — Я позволил себе короткую усмешку. — Не пора ли меня просветить?
Деметра снова открыла было рот, чтобы возмутиться наглостью смертного, но повинуясь жесту Афины сдержалась. На лице богини Мудрости блуждала довольная улыбка.
— Как-нибудь в другой раз, Адриан. Но меня радует твое рвение.
Это да, я такой. Рвения у меня хоть отбавляй.
Что ж, если Афина не собиралась делиться со мной планами на будущее, то тогда пора было переходить к главному вопросу, ради которого я, собственно, ее и позвал.
— Что Зевс собирается делать с Проклятыми? — спросил я, внимательно наблюдая за реакцией богини.
— Ничего.
— Ничего? — мои брови удивленно подскочили вверх. — Что значит ничего?
— Проклятые это проблема Пастуха. — Явно удивленный моим вопросом, пояснил Дионис. — Олимп не вмешивается в дела смертных.
— То есть Тифон относится к «делам смертных»? — я все еще был уверен, что правильно расслышал. — Неожиданно.
— Тифон? Кузен, ты что-то путаешь, — в голосе Гермеса проскользнуло беспокойство за мою психику. — Тифон пал еще во время Третьей Войны. Отец лично разрубил его на части.
— СОПЛЯК ЯВНО УДАРИЛСЯ ГОЛОВОЙ.
— Или просто хлебнул лишнего, — согласился Дионис, уже в свою очередь припадая к кубку. — Что ж… Могу понять. Хорошо пошла.
— То, что Проклятые нашли возможность разрушать храмы — это очень опасно, не спорю, — не обратил на родственников внимания Гермес. Бог даже отказался от своих шуточек, перейдя на аккуратный, даже вкрадчивый тон. — Я допускаю участие Ехидны, Адриан. Но не Тифона.
На губах Гермеса снова заиграла озорная улыбка.
— Так что увы, кузен. Это древнее чудовище к своим трофеям ты добавить не сможешь. Увы и ах.