Вектор Прорыва
Танк Чжао Вэй ощутимо качнуло ударной волной, однако в этот раз смертельная лотерея не выдала ей свой мрачный приз. Отряд потерял один тяжелый и четыре средних шагающих танка, разом утратив почти треть своей огневой мощи. Прилетело и взводу ПВО – он лишился одной из самоходных пусковых установок, к которой уже всё равно не осталось зенитных ракет. Понесла потери и пехота. Бойцы покинули свои машины сразу после объявления воздушной тревоги, и некоторые из них оказались слишком близко к точкам, куда ударили ракеты Роя. Убитых, правда, не было, но пять закованных в броню пехотинцев получили контузии разной степени тяжести.
Чжао хотелось взвыть от досады. Сегодня случился по-настоящему черный день. Гибель города, смерть родных, а теперь еще и серьезные потери среди ее бойцов, причем потери явно не последние. И всё же ценой запредельных усилий капитан Чжао Вэй взяла себя в руки.
– Медслужбе оказать помощь раненым, – негромким, но твердым голосом приказала Чжао. – Отряду возобновить движение к восьмому форпосту. Командиры взводов и авиагруппы на связь.
В верхней части проекционного экрана одно за другим возникли объемные изображения офицеров отряда и лейтенанта Конева. Чжао понимала, что через пару часов им предстоит очень тяжелый бой, и созвала совещание импровизированного штаба, чтобы обсудить предстоящие действия.
– Вы все знаете нашу задачу, – обведя взглядом подчиненных, начала Чжао. – Восьмой форпост продолжает отбиваться от превосходящих сил противника. Только что вернулся отправленный туда дрон-разведчик. Наши еще держатся, хотя до тридцати процентов стационарных огневых точек внешнего периметра уже подавлены вражеским огнем. Тем не менее, у нас есть шанс успеть. Вопрос в том, сможет ли наше прибытие изменить ход сражения. Лейтенант Конев, вы лучше всех нас владеете обстановкой. Я хочу услышать ваше мнение о возможностях Роя по введению в бой резервов и общую оценку ситуации.
– Нас слишком мало, госпожа капитан, – чуть помолчав, ответил командир авиагруппы. – Ударив в тыл атакующим роботам противника мы, безусловно, на какое-то время отвлечем врага от штурма восьмого форпоста и дадим его защитникам некоторую передышку, но, если вы хотите знать мое мнение, прорваться к ним мы не сможем. Не та огневая мощь, да и вероятность того, что Рой подтянет авиацию для пресечения нашего прорыва тоже весьма велика. Полноценно прикрыть ваш отряд от атак с воздуха моя группа не сможет. У меня только два современных истребителя, да и то без ракетного вооружения, а штурмовики плохо подходят для борьбы с воздушными целями. К тому же у них будет другая задача – помогать вам пробивать оборону наземных машин Роя.
– Лейтенант Икару, ваше мнение, – потребовала Чжоу Вэй.
– Я согласен с лейтенантом Коневым, – поддержал пилота командир взвода ПВО. – Как я уже докладывал, у нас закончились ракеты-перехватчики, а одним лишь огнем автоматических зенитных пушек от серьезной атаки с воздуха не отбиться, особенно если она будет поддержана ракетным ударом. Есть и еще один неприятный момент. Наше приближение давно не секрет для противника, и понять, что является нашей целью совсем нетрудно. Нас будут ждать. Неожиданного удара в тыл противнику не получится, а значит, мы упремся в стену огня со всеми вытекающими последствиями.
– Лейтенант Донг, – Чжао Вэй перевела взгляд на изображение командира взвода тяжелой пехоты. – Вам есть, что добавить к уже сказанному?
– У нас в любом случае нет никакого выбора, госпожа капитан, – невозмутимо ответил командир пехотинцев. – Если мы не сможем прорваться на территорию форпоста, мы в любом случае обречены. Боеприпасы, топливные ячейки, продовольствие, вода… Всё это есть только там. Отступить и спрятаться в холмах мы, конечно, можем, но долго мы там не продержимся. Можно попытаться связаться с защитниками форпоста и попросить их ударить нам навстречу, но что-то я сомневаюсь, что они в состоянии собрать для этого достаточно сил. Единственный выход, который дает нам хоть какие-то шансы – разделиться и нанести малыми силами демонстративный удар с целью введения противника в заблуждение. Это уменьшит наши силы на главном направлении, но позволит основной группе прорыва использовать хоть какой-то фактор внезапности.
– А что будет с отвлекающим отрядом? – напряженно спросила Чжао Вэй.
– Он полностью погибнет, – ровным голосом ответил лейтенант. – Если вы одобрите мой план, я готов возглавить отряд добровольцев для нанесения демонстративного удара. Думаю, хватит десяти пехотинцев с одной бронемашиной и трех-четырех «Питонов». Если на начальном этапе нас поддержат штурмовики, попытка прорыва будет выглядеть вполне достоверной.
– Я ценю вашу готовность к самопожертвованию, лейтенант, – чуть помедлив, произнесла Чжао Вэй, – но мы пока отложим этот вариант, как крайнюю меру. Как я понимаю, вы все согласны в одном: наших сил для прорыва явно недостаточно. Что ж, у нас есть еще почти два часа на то, чтобы попытаться это исправить. Я уверена, что командиры всех уцелевших подразделений и частей колониальной армии и экспедиционного корпуса приняли такое же решение, как и мы. Сейчас они отходят к ближайшим форпостам, всё еще отбивающим атаки врага. Скорее всего, кто-то из наших отходит и к восьмому форпосту. К сожалению, Рой продолжает достаточно эффективно ставить помехи, и связаться с такими отрядами мы не можем, но у нас есть истребители, штурмовики и два резервных разведывательных беспилотника. Лейтенант Конев, выделите две машины для поиска дружественных подразделений в радиусе двухсот километров от восьмого форпоста. Дальше не надо – даже если вы кого-то найдете, они просто не успеют нам помочь.
– Мне придется отправить в поиск оба истребителя, – с некоторым сомнением произнес командир авиагруппы. – Штурмовики без прикрытия слишком уязвимы. Не уверен, что это хорошее решение. Колонна останется практически без защиты с воздуха.
– Возражение принято, – вынужденно согласилась Чжао, – отправьте одну машину. Лейтенант Икару, поднимайте резервные беспилотники и согласуйте с пилотом истребителя секторы поиска.
– Выполняю.
* * *
Шифф задумчиво смотрел на меня, слегка постукивая указательным пальцем по корпусу консоли вычислителя.
– Знаешь Рич, еще часов десять назад, когда ты только принес мне проект модернизации «Каракурта», я оценивал твою идею, как очень оригинальную, но вполне вписывающуюся в сумму технологий и знаний, доступных на Бригане-3, - торговец сделал паузу, выжидательно глядя на меня. Я молчал, и он, слегка качнув головой, продолжил. – А теперь, когда мне доложили о некоторых деталях, я в этом уже совсем не уверен.
– И что же смутило тебя и твоих людей?
– Сама по себе идея скрещивания наших компонентов с артефактами Роя далеко не нова. При изготовлении того же «Каракурта» этот подход применялся довольно широко. Однако есть одно очень существенное отличие между тем, что уже применялось у нас и тем, что предлагаешь ты. Один из техников, давно работающих на гильдию, объяснил мне в чем разница. Чтобы заставить работать вместе технологии разных цивилизаций мы всегда использовали достаточно сложные промежуточные устройства-посредники, позволяющие унифицировать их интерфейсы. При этом в работу самих артефактов Роя мы не вмешивались, а лишь использовали их как «черные ящики», которым можно подать некие команды на вход и получить конкретный результат на выходе. Это касается и генераторов маскировочных полей, и процессоров, и других блоков. Поэтому, используя, к примеру, в производстве шагающего танка артефакты, добытые из роботов Роя третьего послевоенного поколения, мы могли изготовить готовое изделие поколения три минус. В отдельных случаях, при очень удачной комбинации наших и трофейных компонентов, можно было получить танк второго поколения. На большее рассчитывать не приходилось. Именно поэтому я сначала отнесся к твоим расчетам с большим скепсисом, но спорить не стал и взял проект в работу.