Вектор Прорыва

Подготовка к новому рейду заняла почти четверо суток. Мне, наконец-то, удалось наладить процесс модернизации противоорбитальных и тактических ракет таким образом, чтобы он не требовал моего непосредственного участия. Техники торговой гильдии, пусть и с трудом, но освоили все необходимые технологические операции. С нуля применить гибридные технологии к каким-то другим изделиям они бы, конечно, не смогли, но воспроизводить уже отработанную последовательность действий, пусть и весьма сложную, специалисты торговой гильдии в итоге научились.
На мне, конечно, висела еще и изрядная часть работ по подготовке к полету войскового транспорта «Харгейса», но какое-то время всё же освободилось, и я направил его на реализацию идеи, до которой раньше у меня просто не доходили руки. Когда я изложил ее Шиффу, он, на удивление, не стал в очередной раз убеждать меня в невозможности реализовать задуманное, а просто достал коммуникатор и набрал номер главы Гильдии. Все наши инициативы мы по-прежнему продвигали через господина Нобутомо, хотя и Зыкову, и генералу Руфу уже давно было ясно, кто за ними стоит. Последний, к слову, об этом недавно прямо мне заявил во время нашей беседы в кабинете Анны.
Без одобрения Зыкова мы действовать не могли. Для реализации моего плана требовались артефакты второго послевоенного поколения, а любое действие с такими трофеями было возможно только с одобрения координатора вербовщиков. Впрочем, трудностей с его получением не возникло. Зыкову, идея, похоже, очень понравилась. Настолько понравилась, что он, прямо во время встречи с главой торговой гильдии связался со мной по коммуникатору и задал единственный вопрос:
– Рич, это действительно возможно?
– Стопроцентной гарантии не дам, – я предпочел проявить некоторую осторожность, – но шансы на успех есть, и вполне ощутимые.
– Работайте. И держи меня в курсе. Если вам с господином Нобутомо потребуется какая-то помощь от армии или промышленников, обращайтесь напрямую ко мне, я всё решу.
Помощь понадобилась. Трёх «Конкистадоров», не так давно захваченных отрядом Кислого, в мастерскую Шиффа было просто не впихнуть. Нам понадобился новый ангар, в который пришлось переместить необходимое оборудование. С первого взгляда то, что я хотел сделать, не выглядело чем-то невозможным. Если мы извлекаем компоненты из техники Роя и модернизируем с их помощью наши танки, ракеты и даже космические корабли, то почему бы не осуществить обратный процесс, добавив в технику Роя компоненты, изготовленные на наших заводах и заставив ее работать на нас?
Звучит красиво, но на самом деле это совершенно другой комплекс технологических операций, значительно более сложный, причем как бы ни на порядок. Разница в системе управления. В первом случае мы навешиваем чужие блоки на нашу основу в виде главного вычислителя, который обменивается данными и командами со всеми исполнительными устройствами с помощью понятных нам до последнего символа протоколов. Совсем другое, когда наши компоненты нужно встраивать в чужую схему, работу которой мы толком не понимаем, имея лишь поверхностные представления о принципах ее функционирования.
Вот только у меня эти представления были не столь поверхностными, как у наших техников, да, пожалуй, и у специалистов из центральных миров Федерации. В моем планшете хранились данные, извлеченные Лисом из сохранившихся оптоэлектронных устройств, найденных в разрушенных бункерах людей Декарта. Не стоит забывать, что они смогли понять принципы функционирования вычислителей Роя гораздо глубже, чем кто-либо до них. Да, им не удалось взять под контроль искусственный интеллект, управлявший всем анклавом Роя на Бригане-3, но, судя по всему, они просто недооценили противника. К такому противостоянию они оказались не готовы. Вот только главный вычислитель тяжелого шагающего танка – это совсем не тот монстр, который призван управлять всей боевой и производственной деятельностью врага на планете. Труба, что называется, пониже, и дым пожиже. Так что справиться с перепрошивкой не слишком продвинутых мозгов «Конкистадоров» я рассчитывал вполне всерьез.
Отряд Кислого доставил свою добычу в город в полуразобранном состоянии, причем некоторые наиболее ценные компоненты они извлекали из машин Роя довольно вандальными способами. Нет, боевики, конечно, старались не наносить ценным трофеям критических повреждений, но любые работы в условиях Руин всегда чреваты спешкой и ошибками. Кроме того, тандемные боевые части тактических ракет «Лабрис» тоже попортили «Конкистадорам» шкуру и выжгли ЭМИ-импульсами часть важной оптоэлектроники, так что из трех шагающих танков удалось собрать только одну боеспособную машину. И это с учетом замены части блоков на произведенные на наших заводах.
С перепрошивкой главного вычислителя танка пришлось повозиться. Наработки Декарта очень помогли, но их всё же пришлось адаптировать к конкретной ситуации, а в некоторых случаях и исправлять не вполне очевидные ошибки в алгоритмах перехвата управления. Спать опять приходилось урывками, но задача меня настолько захватила, что отрываться от ее решения даже на сон и еду мне удавалось с трудом. Что интересно, мой энтузиазм заразил и Шиффа. Если бы не широкое использование универсальных ремонтных дронов и привлечение к работам всех еще доступных техников, мы бы, наверное, возились с этим до бесконечности, а так продвижение шло достаточно быстро.
Я не собирался ограничиваться восстановлением тяжелого танка Роя и постановкой его в ряды колониальной армии. Конечно, и это считалось бы серьезным технологическим прорывом, но в сложившихся обстоятельствах такая цель вряд ли стоила затраченных нами сил и средств. Сейчас передо мной стояла совершенно другая задача. Мне нужен был качественный раздражитель для Роя, способный заставить врага бросить на его уничтожение все доступные ему силы и средства. И, естественно, беспилотный. В том, что в предстоящем рейде «Конкистадор» не выживет, я ни секунды не сомневался. Вот только продержаться он должен был как можно дольше, а значит, передо мной в полный рост вставала проблема повышения живучести трофейного шагающего танка.
«Конкистадор» и до модернизации являлся очень серьезной боевой машиной. Второе послевоенное поколение – не шутка. Мощное плазменное орудие главного калибра, силовой щит, хорошие маскировочные поля, вполне серьезный генератор помех, прочная броня и четыре пушки малого калибра для ближней обороны и уничтожения легкобронированных целей. Плюс четыре универсальные ракеты в пусковых контейнерах на внешней подвеске, но нам в качестве трофеев ни одной не досталось. Впрочем, по сравнению со сложностью других задач, заменить их на ракеты нашего производства большого труда не составило.
Главные усилия я сосредоточил на системе наведения плазменных пушек, силовом щите и средствах РЭБ. Эти компоненты могли существенно повысить живучесть «Конкистадора» в бою. С артефактами второго поколения я работал уже достаточно уверенно. Честно говоря, после модернизации сканеров «Скаута» это уже воспринималось, как шаг назад, хотя проблемы всё же возникали.
В пространстве под броней тяжелого танка оказалось очень мало свободного места. Кабины пилота здесь, естественно не имелось, а компоновка всех систем была предельно плотной, так что любой новый блок или увеличившийся в размерах модернизированный модуль удавалось разместить внутри машины с большим трудом.