Безусловная директива
Расчет врага был предельно ясен. Как только его корветы пересекут наш курс, нам придется либо сильно менять вектор разгона и терять скорость, либо принимать бой на невыгодных для нас условиях. В первом случае корабли роя могут гонять нас по системе, пока нам самим это не надоест, и в результате так и не дать войсковому транспорту уйти в прыжок.
Если же мы выберем второй вариант, корвет Роя выпустит в космос зонд, и обеспечит отряду противника надежную защиту от нашей торпедной атаки. Да, торпед у нас нет, но в ангаре «Харгейсы» ждут своего часа два «Сюрикена», собранных из последних оставшихся у нас комплектующих. Боеголовок у них тоже двенадцать, столько же, сколько могло бы быть торпед в пусковых контейнерах войскового транспорта, так что расчет противника выглядел вполне адекватным ситуации.
Рой свой ход сделал, и теперь выбирать ответ предстояло уже мне. «Корсар-35» остался без прикрытия, и я должен был решить, отдавать ли десантным ботам приказ выдвигаться к поврежденному эсминцу и высаживать на его обшивку двух «Скорпионов» и четверку ремонтных роботов. Делать это имело смысл только при условии, что корабли Роя к «Корсару-35» больше не вернутся.
Конечно, я мог просто подождать исхода боя и высадить десант на поврежденный эсминец только в случае завершения сражения в нашу пользу, но, поняв, что бой проигран, ремдроны противника, ведущие работы на борту эсминца, могли натворить дел. Взрывать корабль они вряд ли бы стали, это не в традициях Роя, да и не факт, что при неработающей энергетической установке это бы получилось, но качественно раскурочить они там могли очень многое, и давать им на это время мне категорически не хотелось.
– Десантным ботам начать выдвижение, – наконец, принял я решение. – Призрак, отправь с ними свои зонды для подавления связи в зоне операции.
– Выполняю, – «Скаут» выпустил два разведзонда, немедленно начавших сближение со снявшимися с орбиты Бриганы-3 десантными ботами. Их траектории должны были пересечься недалеко от поврежденного эсминца.
Каких-либо осложнений в этой части операции я не ждал, но теперь только от «Харгейсы» и двух корветов капитана «Конева» зависело то, будет ли иметь хоть какой-то смысл контрзахват «Корсара-35», или мы бездарно потеряем и эсминец, и высаженных на его борт роботов.
– Противник на траверзе «Харгейсы», – доложил навигатор. – Ожидаемый выход на наш вектор разгона через тринадцать минут.
Меня, естественно, не устраивал ни один из предлагаемых мне врагом вариантов, и я собирался заставить Рой действовать вне выстроенных им тактических шаблонов.
– Призрак, выдвигайся к отряду Роя и жди на безопасном расстоянии. Твоя единственная цель – разведзонд, но атаковать его будешь только когда он выйдет из-под прикрытия корветов противника.
– Принято, – лишних вопросов искусственный интеллект задавать не стал, и, на мой взгляд, очень правильно сделал. Если командир утверждает, что зонд в какой-то момент окажется вне зоны эффективного огня кораблей Роя, значит так оно и будет. Вот за это мне Призрак и нравился.
Минуты шли, и корветы противника постепенно уходили вперед, обгоняя «Харгейсу». Они больше не двигались параллельно вектору разгона наших кораблей. Их курс всё больше изгибался, сближаясь с нашим, и навигатор уже вывел на тактическую голограмму точку, где они должны были пересечься.
– Вход в зону эффективного огня корветов противника через четыре минуты, – доложил Лис, взявший на себя обязанности оператора систем сканирования.
– Продолжать разгон. Курс не менять.
Я не собирался уклоняться от боя. Бегать от корветов Роя не имело смысла. Ничего, кроме бессмысленной затяжки времени это нам дать не могло. Но и лобовое столкновение меня не устраивало, так что тупо прорываться сквозь вражеский заслон в мои планы не входило.
Переведя взгляд на отметки десантных ботов, я убедился, что они уже соединились с зондами «Скаута» и почти добрались до поврежденного эсминца.
– Системы связи ремдронов Роя на борту «Корсара-35» подавлены, – доложил Призрак, постоянно получавший телеметрию с зондов. – Десантные боты готовы к высадке абордажной партии.
– Приступить к высадке.
– Принято. Выполняется.
В отдельном окне на главном экране появилось изображение, передаваемое с одного из десантных ботов. Поврежденный эсминец занимал уже почти всё поле зрение камеры. Никакого сопротивления противник не оказывал. Видимо, боевых роботов на борту «Корсара-35» не было, да и откуда им там взяться, если никаких операций на поверхности планет отряд Роя в системе Бриганы осуществлять не собирался, а значит, и наземную боевую технику с собой не брал.
Десантные боты подошли вплотную к корпусу эсминца, и «Скорпионы» с хищной грацией спрыгнули на его обшивку. Следом за ними осторожно и куда менее эффектно высадились ремонтные роботы. Дальше наблюдать за развитием абордажа я не стал. У меня возникли более насущные проблемы.
– Корвет противника выпустил разведзонд! – доложил Лис.
Это было уже серьезнее. Враг явно поверил, что мы решились на встречный бой и готовился к отражению возможной торпедной атаки.
– Тридцать секунд до рубежа запуска «Сюрикенов», – доложил Шифф.
– Не стрелять. Ждать команды! – я не собирался использовать наше главное оружие, пока системам наведения кораблей Роя помогает разведзонд времен Вторжения.
– Противник в зоне досягаемости «Сюрикенов». Через тридцать секунд корветы Роя смогут открыть огонь из плазменных пушек главного калибра.
– Капитан Конев, в бой с корветами противника не вступать, – приказал я, прекрасно понимая, какую реакцию вызовут мои слова у командира наших легких сил. – Встать на курс расхождения с противником и имитировать попытку выхода из боя. «Харгейсе» курс не менять!
– Выполняю, – изменившимся голосом ответил Конев. Ослушаться прямого приказа он не решился, но мое решение его явно возмутило. – Командир, что это значит?
– Враг должен поверить, что мы в панике, – решил я всё же пояснить свои действия. – Нашего торпедного залпа почему-то не последовало, а теперь еще и эскорт бросает сопровождаемый транспорт и пытается сбежать. Мне нужно, чтобы корабли Роя начали преследование.
Корветы Конева и Кислого покинули строй, быстро уходя в сторону. Противник за ними даже не дернулся, его главной целью оставалась «Харгейса», почему-то так и не использовавшая свое главное оружие.
– Корветы Роя открыли огонь! – в голосе Шиффа звенело напряжение.
– Маневр уклонения! Имитируем попытку присоединиться к корветам капитана Конева и выйти из боя.
От первого залпа противника нам удалось увернуться, благо дистанция пока позволяла, но дальше рассчитывать можно было только на динамический силовой щит. Маневренность «Харгейсы» оставляла желать много лучшего, и уворачиваться от плазменных сгустков она могла весьма ограниченно.
– Противник начал преследование! – доложил Лис. – Разведзонд пытается не отставать, но дистанция между ним и корветами увеличивается.