Ворон

В этот миг несколько парней все-таки сподобились оттащить Воронова от Безрукова. Однако от созерцания разбитого, окровавленного лица Егора мое сердце сжалось. Обхватив голову ладонями, он продолжал сидеть на полу.
- Хоспаде, Лебедева! Неужели до сих пор не дошло, почему все вдруг резко начали с тобой общаться? О, святая простота! – староста смерила меня уничижительным взглядом.
Я обняла себя за плечи, услышав шепотки и гаденькие смешки за спиной. Почувствовала себя магнитом для нескольких десятков любопытных взглядов. Просто идеалити!
Парни все ещё удерживали Кирилла, когда я, повернув голову, посмотрела ему в глаза. Он рвано дышал, крепко сжав челюсти, и безотрывно наблюдал за мной.
Его бледное потерянное лицо словно окаменело, зрачки были такими огромными, что съели всю радужку. Что-то темное и глубокое плескалось под длинными слегка загнутыми ресницами. Отчаяние? Ревность? Боль?!
Я сглотнула. По коже галопом понеслись мурашки… Какую бы лютую дичь он не сотворил, не могла перестать им любоваться, презирая себя за столь возмутительную реакцию.
Вдруг кто-то из толпы зевак закричал.
- Шухер, химик идёт!
И вот тут у меня окончательно всё упало.
- Что здесь п-произошло? Егор, что с в-вашим лицом? – тонкие губы преподавателя сложились в язвительную ухмылку.
- Поскользнулся. Упал, – равнодушно процедил блондин, даже не глядя в его сторону.
- Не д-делайте из меня идиота! Воронов, это ваших рук дело? – вкрадчиво поинтересовался преподаватель.
Я еле заметно помотала головой. Нет… Не признавайся…
- Да, – спокойно подтвердил Кирилл.
- Т-так я и думал… Ну что ж… Зимний бал для вас окончен! Живо покиньте помещение… Встретимся в кабинете директора!
Они обменялись ледяными взглядами.
- Я сам решу, когда он будет окончен. Усек?
У Юрия Сергеевича вытянулось и покраснело лицо. Он явно не ожидал подобного пассажа от школьника.
- В-Воронов, м-марш на выход! – на щеках мужчины задергались желваки.
- Ну, так выведи меня? – Кирилл запрокинул голову и рассмеялся.
Преподаватель скользнул взглядом по расслабленному лицу оппонента, очевидно, обдумывая свой следующий шаг. Тот в свою очередь, молча, наблюдал за учителем.
Я находилась достаточно близко к эпицентру бури, чтобы расслышать пропитанную ядом фразу, шепотом сорвавшуюся с губ Юрия Сергеевича.
- Теперь понятно, почему родители отправили тебя в интернат, тупой щенок…
И все.
Призрачная надежда, что Воронов доучится со мной до выпускного рассыпалась в пыль…
Химик улыбался. Гадко. Притворно.
Маска показного равнодушия слетела с лица Кирилла. Белки его глаз налились кровью. Парень глубоко вздохнул, зажав переносицу пальцами. А после… одним точным быстрым ударом под дых опрокинул учителя на пол.
Начался настоящий хаос. Крики… Топот ног… Безруков, позабыв о разбитом лице, принялся оттаскивать Кирилла от препода…
Ну, зачем… зачем… зачем…
- Ворон, ты его инвалидом сделаешь! Все! Харе! Харе!.. – сокрушался Егор.
- ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! – вздрогнула от командирского голоса директрисы, подоспевшей к «театру боевых действий».
- Мам, это все Воронов устроил… – глядя на меня с издевкой, запричитала Алена. – Воронов спровоцировал массовую драку…
- Всем сохранять спокойствие! Мы обязательно во всем разберемся! – обескураженно произнесла Маргарита Васильевна.
- Я… я… это так не оставлю… З-засажу! Я его з-засажу… – не унимался химик, как китайский болванчик, из стороны в сторону мотая головой.
- Юрий Сергеевич, пожалуйста, успокойтесь! Пойдемте в мой кабинет. Мы сейчас во всем разберемся… А где сам Кирилл? – директриса обвела собравшихся оторопелым взглядом.
Внезапно обнаружила, что Воронова и след простыл.
- Он ждет в учительской, – облизывая разбитую губу, сухо проинформировал Безруков.
- Егор… – Маргарита Васильевна покосилась на его перепачканную кровью одежду. – Ты тоже, будь добр, марш за мной!
Внезапно в спортивном зале вспыхнуло освещение. Ведущий со сцены сухо объявил.
- Зимний бал окончен. Просьба всех покинуть помещение и… – его голос моментально растворился в недовольном гуле школьников.
Двигаясь к выходу, некоторые смотрели на меня с открытой враждебностью, будто я одна виновата, что их лишили танцев. Адов ад, какой-то…
- Алин, ты это… прости… Не знаю, что на меня нашло… – Безруков поморщился, сконфуженно заглядывая мне в глаза.
Я не нашлась, что ответить. Отвернулась.
Какое-то безумие. Полный крах. Всего. И угораздило же его полезть ко мне целоваться? И где? На глазах у всей школы!
Да я и сама хороша – зачем-то согласилась на этот несчастный медляк… Но кто же думал, что все закончится кровавой потасовкой, еще и с участием учителя?
УЧИТЕЛЯ!
Что же теперь будет? А если химик вызовет полицию? Или поедет в отделение снимать побои? Холодок пронесся по позвоночнику, стоило представить этого ревнивого идиота за решеткой…
Эх, Кирилл-Кирилл…
Твою б энергию, да в мирное русло… 
- Твоего защитничка теперь точно выгонят пинком под зад! – поравнявшись со мной, прошипела Терехина. – А нас ждет не-за-бы-ва-ем-ая третья четверть… – толкнув меня плечом, она гордо продефилировала к выходу из зала.
- Аль, ты идешь? – приобняла меня за талию Ксю.
- А где Марина? – поинтересовалась заторможено.
- Она включила обидку! – рыжая вздохнула. – Уже мысленно вышла за Безрукова замуж и нарожала пятерых детей. А тут вы целуетесь у всех на глазах…
- Ксюш, да не целовалась мы! – я взорвалась. – Это какая-то нелепость! Абсурд, помноженный на идиотизм! Мы общались-то с Егором пару раз от силы…
- Алин… – подруга проницательно на меня посмотрела. – Ну, ты ведь не будешь отрицать, что мы вообще не в курсе твоего общения с двумя самыми популярными парнями школы?
И этот разочарованный взгляд окончательно меня добил.
- Я сама ничего не понимаю…
- Да что ж тут непонятного? – парировала Ксю. – Они оба по уши в тебя втрескались!
 
* * *
Как и обещала отцу, я вернулась домой на такси, и, закрывшись на все замки, какое-то время сидела в кромешной темноте гостиной, парализуя взглядом соседские окна. Свет не горел, хотя времени уже было прилично.
Он до сих пор не вернулся домой.
Б-р-р.
Поежилась, прогоняя кошмарные мысли. Сердце обливалось кровью от мельтешащих перед глазами картинок потасовки…