Ведьмина поляна
До Сещи добрались к шести часам утра. Деревенька Гнилка располагалась на левом берегу речки Огородни и имела всего одну улицу. Уцелевшие дома стояли один напротив другого, за ними шли по две развалюхи, и заканчивалась деревня древним погостом, на котором был виден синий крестик. По подсказке Варвары проследовали до дома с резными голубыми наличниками, где останавливалась компания её подруги, договорились с хозяином, стариком лет восьмидесяти по имени Фёдор Трофимович (все в округе звали его просто Трофимыч), припарковать машину во дворе, и отряд устремился в лес, ведомый Ильёй и его «гуглокомпасом».
Трофимыч попытался отговорить компанию от похода, но Олег, поверивший в легенду о Чёрном камне и жаждущий приключений (несмотря на возраст и полноту – а весил он больше ста десяти килограммов), уверенно заявил:
– К вечеру вернёмся и вам грибков выделим, ждите.
– Ну-ну, – только и ответил седенький Тро-фимыч.
Надвинули на головы шапочки и бейсболки, углубились в лес по давно проложенной тропинке.
Суетившиеся возле Варвары Дима и Олег вынуждены были сосредоточиться на маршруте, тем более что лес через полчаса движения начал смыкать ряды деревьев и темнеть. Началась чащоба. А потом вдруг исчезла и тропинка, словно растворилась в воздухе.
Остановились передохнуть, разглядывая заросли вокруг.
Кот в котомке за спиной Максима мяукнул.
Он подумал, выпустил Рыжего, погрозил ему пальцем.
– Не отходи, заблудишься!
Варвара, с любопытством наблюдая эту сцену, фыркнула:
– Он у вас такой самостоятельный?
– Год у меня живёт, – пояснил Максим, не слишком довольный тем, что на него обратили внимание. – Сначала на поводке водил, дома один не хочет оставаться, а теперь вполне самодостаточен в лесу и грибы ищет не хуже ежа.
Однако вопреки его заявлению Рыжий отходить от группы не стал. Шерсть его встала дыбом, глаза засверкали ярче, спина выгнулась.
– Мяк-амм-мя? – сказал он с вопросительной ноткой, оглянувшись на хозяина.
– Иди рядом, – приказал Максим.
Рыжий послушался.
Варвара засмеялась.
– Завидую, мне бы такого кота кто подарил.
– Второго такого нет.
– Заметьте время, – сказал идущий впереди Краснов. – Проверим, правду говорят блуждавшие или нет насчёт отставания часов.
– А долго ещё идти? – спросил Сёмушкин, которому приходилось труднее всех. Он как настоящий начальник, сгенерировав идею путешествия, детальную разработку доверил Илье, даже не потрудившись изучить маршрут.
– С час, – подумав, ответила Варвара. – Ленка говорила, они шли около двух часов, прошли километров пять, пока не подошли к поляне, где и увидели глыбу.
– Чёрный столб?
– Она утверждала, что на столб он не похож, но абсолютно чёрный.
– У каждого своя фантазия. А грибы мы где будем собирать? Далеко до деревни переть придётся.
– Посмотрим на столб, – сказал Илья, – сфоткаемся и вернёмся назад, Трофимыч говорил, что лиственная полоса с грибами чуть южнее.
– Эх, зря идём, – вдруг сказал смуглолицый, даже зимой выглядевший загорелым Дима Бушуев. – Не нравится мне эта затея.
– Остался бы в деревне, – проворчал Сёмушкин. – Не кисните, идём дальше, раз уж пошли.
Двинулись вслед за Ильёй, поглядывающим то на экранчик своего смартфона, то на часы-навигатор на руке. Шли небыстро, служба лесников захирела, лесные заросли никто не чистил от упавших деревьев и валежника, и то и дело приходилось обходить упавшие стволы, особенно сосны, превратившиеся в гигантских шипастых многоножек.
– Мы не сбились с пути? – проворчал Олег через час, когда подуставший отряд остановился на очередной отдых.
– Нет, идём точно по Гуглу, – сказал Илья. – Да и солнце светит слева, как говорила Ленка. Они тоже сначала потеряли тропинку, а потом вышли к столбу.
– Что скажешь, Рыжий? – присел Максим на корточки перед котом.
Кот зашипел.
Грибники засмеялись.
– Ему не нравится наша затея, – сказал Дима.
– Он просто устал, – возразил Сёмушкин. – Возьми его на руки.
– Иди, – протянул руки Максим.
Но кот почему-то фыркнул и попятился, ворочая головой, словно перестал узнавать хозяина.
– Во глазищи! – восхитился Илья. – Как фонари!
Кот заурчал, попятился ещё дальше, потом прыгнул в кусты.
– Ты куда?! – удивился Максим. – Вернись сейчас же, потеряешься!
Кот не отозвался, целеустремлённо направляясь к просвету между деревьями, лавируя между кочками, грудами валежника и деревьями.
Максим бросился за ним, испугавшись, что зверь действительно заблудится. За ним потянулись остальные, обмениваясь шутками.
Погоня длилась несколько минут и закончилась на опушке небольшой поляны.
Рыжая спина кота была хорошо видна в траве, и Максим не потерял его из виду, а когда догнал – зверь остановился на выступающих из земли корнях сосны, – не сразу понял, почему тот не идёт дальше. Раздвинул ветки орешника, собираясь прыгнуть вперёд и схватить кота, и замер.
В центре поляны красовался чёрный, сужающийся кверху камень, напоминающий обелиск. Он был неправильной формы, состоящий из продолговатых выпуклостей, но приглядевшись, Максим увидел в нём некую фигуру, обладавшую странно живой притягательной силой. Не очень доброй силой, потому что от обелиска дул ощутимый холодный ветер – при полном безветрии – и казалось, он смотрит на человека подозрительно и неприветливо.
Максим нагнулся, взял замершего кота на руки, почувствовав, как тот напряжён.
– Тише, тише, Рыжий, не бойся, я с тобой.
Послышались голоса друзей, компания выбралась к поляне.
– О! – увидел столб Илья. – Вот он! Нашли! Ура! Я же говорил – не промахнёмся! Сверим часы, парни, на моих десять ноль две.
Компания оживилась.
Илья полез через высокий бурьян к скале.
За ним поляну преодолели, путаясь в траве, остальные, последним – Максим с Рыжим на руках. Кот поупирался, явно не желая приближаться к каменюке, но смирился со своей участью, хотя дышал часто-часто, а у обелиска вообще начал дрожать мелкой дрожью, как в Жуковке, когда Максим впервые прижал его к себе.
– Успокойся, – шепнул ему на ухо молодой человек. – Ничего страшного не происходит, мы нашли камень, сфотографируемся и уйдём.
Разбрелись вокруг странной скалы, вызывающей не слишком приятные ощущения живого, с мобильными телефонами в руках, фотографируя камень и друг друга. Устроили дискуссию: что он собой представляет. Версий было несколько: базальтовый останец, валун времён ледника, метеорит, менгир и сейд. Сошлись на общей идее, высказанной первоначально Ильёй: Чёрный столб – специально установленный здесь века, если не тысячелетия, назад географический знак, отделяющий границу чьих-то владений либо указывающий путь ходокам и купцам.