Супернова

Один из Отверженных бросился в глубь магазина, но в этом не было необходимости. Привлеченная шумом и суматохой, в магазин ворвалась Нарцисса с пистолетом на взводе.
Увидев их, она резко остановилась, и в нее сзади врезалась Милли. Нарцисса едва не упала, схватившись за ближайшую полку. Вскоре здесь собрались все, потрясенно разглядывая Аса Анархию. Его тюремную робу, всю в крови и прорехах. Его тощие запястья с синяками от кандалов. И все же он внушал не жалость, а страх – с его горделивой осанкой и в узнаваемом шлеме. Он вызывал неоспоримое ощущение силы, которая, казалось, мерцала в воздухе вокруг него, словно само пространство было наэлектризовано его присутствием.
Ас позволил им рассмотреть себя. Дал им время отдышаться. Осознать его возвращение.
Затем, без долгих вступлений, он начал:
– Я понимаю, что вы предпочли сегодня не вступать в схватку. Вы предпочли защищать свои собственные интересы вместо того, чтобы присоединиться к моим товарищам в попытке освободить меня. Вы выбрали собственную жизнь вместо моей.
Даже в тусклом свете Нова заметила, как побледнела Нарцисса. На лицах Отверженных, решивших в эту ночь отсидеться подальше от арены, читался страх.
Нова уже открыла рот, готовая встать на их защиту. Ас должен был узнать, что все они помогали, хотя и не сражались. Но не успела она произнести ни слова, как Ас рассмеялся. Негромко – так, словно что-то его позабавило.
– Теперь вы Анархисты. А это значит, что вы вправе всегда выбирать собственную жизнь, а не чью-то еще. Я приветствую вас. И… я вас прощаю.
Никто не шевельнулся. Никто не посмел засмеяться или даже облегченно вздохнуть.
Ас взмахнул рукой, словно позволял им выйти.
– Соберите свои вещи и все, что может пригодиться. У вас есть две минуты.
Отвернувшись, Ас шевельнул бровью, глядя на вешалку с одеждой у дальней стены. С вешалки сорвалась длинная армейская куртка, подлетела к нему и сама легла ему на плечи, прикрыв отвратительный тюремный комбинезон. Когда золотые пуговицы сами собой застегнулись, Ас пошел к выходу, словно больше не мог ни секунды оставаться среди такого унизительного хлама.
Злодеи переглядывались, в полутемной комнате царило напряжение. Одни взгляды были ликующими и полными надежды. В других читались сомнения и страх.
Но никто ничего не обсуждал. Не задавал вопросов. Не рассказывал, как все прошло.
Все принялись за работу.
* * *
Когда они приземлились во второй раз, место показалось Нове ненамного более гостеприимным, чем ломбард.
Ас привез их на пустырь, где десять с лишним лет назад стоял собор. Как только их ноги коснулись твердой земли, Нарцисса, сжимавшая рюкзак с наспех собранными вещами, с облегчением выдохнула и прислонилась к обвалившейся колонне.
Большая часть северо-восточной стороны собора худо-бедно сохранилась: меньше всего пострадали библиотека, зал капитула и главная часовня. Выстояла даже колокольня, хотя большая часть крыши и южной стены рухнули, так что сквозь пробоины виднелись огромные бронзовые колокола. В остальном от собора остались лишь руины. Неф, хоры – вся эта изысканная архитектура была разрушена во время кровопролитной войны между героями и злодеями.
Нова чувствовала смятение своих спутников. Ломбард, возможно, не был надежным жилищем, но обеспечивал укрытие и безопасность. Не мог же Ас всерьез думать, что они поселятся здесь.
Но было очевидно, что настроение Аса совершенно изменилось сейчас, когда он стоял перед руинами, глядя на заброшенную колокольню, в слабом сумеречном свете, отражавшемся от шлема. Нова невольно подумала, что дяде Асу – когда он не был угнетенным и поверженным – была свойственна любовь ко всему величественному.
Ас пошел вперед, легкими движениями пальцев расчищая путь среди обломков. Он остановился в нескольких шагах от того места, где когда-то был главный вход – исполинские двойные резные двери, через которые прихожане входили в собор.
– Я горжусь вами, всеми вами, – сказал он, окинув взглядом спутников. – Наша сегодняшняя победа воодушевит Одаренных всего мира.
Лерой взмахом руки указал на Нову.
– Наша малышка Кошмар заслуживает особой похвалы. Это она все спланировала, – и он подмигнул ей. – Теперь все изменится. Вот увидишь, Нова. Все было не зря.
Нова хмурилась, в памяти мелькали воспоминания о побоище. Кэллам. Уинстон. Адриан.
Она не хотела взваливать на себя ответственность за все, что случилось – тем более, что такого она уж точно не планировала. Лерой и Хани обманули ее, использовав Агент N. Возможно, этот ход и оказался в чем-то удачным, но Нова не могла отделаться от ощущения, что она проиграла не меньше, чем выиграла.
Фобия держался в стороне от всех. Сжав в руке косу, он всматривался в городские здания за пустырем.
– Сегодня будет восхитительно, непомерно много тревог, – сказал он, и ветер донес до них его скрипучий голос. – Паника. Отчаяние, – запахнув развевающийся плащ, он наклонил голову к Асу. – Возмездие. Совсем скоро за нами придут.
– Так и будет, – казалось, Ас был почти вдохновлен этой перспективой. – И мы будем готовы встретить их, когда они появятся. Я больше не уступлю, не сдамся Отступникам.
Он взмахнул рукой, и руины у их ног задрожали. С упавших арок ручейками осыпалась пыль. Разноцветные осколки витражей сверкали в лучах заходящего солнца.
– О, Ас, – пролепетала Хани, и Нова вдруг поняла, что Хани плачет. Тушь для ресниц черными дорожками растекалась по щекам. Она опустилась на колени перед Асом и, схватив его руку, прижалась к ней лицом. – Какое счастье, что ты вернулся. Как радостно видеть тебя таким, как прежде.
Она хотела поцеловать Асу пальцы, но он вырвал у нее руку.
– Встань, – сказал он довольно резко.
Хани вздрогнула, жалко заморгала, но Ас уже пробирался к фундаменту нефа собора. Камни и сломанные скамьи расступались перед ним.
– Ты королева, Хани Харпер, – сказал он, разводя руки в стороны. Раскрошившиеся камни взлетели вверх и остались висеть в воздухе. Миллион обломков, замерших в ожидании.
Нарцисса ойкнула и едва успела отскочить от колонны, когда та тоже начала подниматься. Когда все вокруг стало подниматься.
Под ногами у них все ходило ходуном, как во время землетрясения.
– Не пристало тебе преклонять колени, никогда так не делай, – продолжал Ас. – Ни передо мной. Ни перед кем. Никто из нас никогда больше не встанет на колени.
Он медленно кружил, рассматривая обломки, повисшие в воздухе. Нова помнила этот взгляд со времен детства. Ас всегда смотрел на мир по-своему – он словно бы видел наборы кубиков, строительных блоков, секреты которых мог бы легко постичь, если бы захотел рассмотреть их поближе.
Его уверенность обезоруживала.