Борьба династий (СИ)

— Но почему?
— Были причины, Игорь. Я сама узнала обо всем только на днях от моей матери. А до этого тоже довольствовалась только чудовищными подозрениями.
— Да о чем таком ты говоришь, Лена? — нетерпеливо потребовал объяснения Игорь.
— Однажды я из постыдного любопытства шарила в бумагах моей матери, — вынуждена была признаться она, — и обнаружила откровенную записку, написанную Михаилом. В записке в резких выражениях говорилось, что если мама оплошает и забеременеет, то пусть даже не думает козырять этим, а прямо отправляется делать аборт.
— Твоя мама и мой отец были любовниками? — искренне изумился Игорь.
— Да, были, — горестно призналась Елена.
— И ты решила, что такая безапелляционность наша семейная черта?
— Должна признать, при всей моей любви к тебе я подозревала худшее, — повинилась Елена. — Я сомневалась, что ты правильно поймешь меня, обойдешься без упреков и обвинений.
— Так вот в чем дело, — задумчиво проговорил Игорь. — Ты из-за своей матери ссорилась с ним в аэропорту.
— Нет, что ты! Из-за тебя.
— Из-за меня? — вновь удивился он. — А какие были причины?
— Михаил как-то прознал про наши с тобой отношения. Узнал, что я часто остаюсь у тебя по ночам…
— И?
— Он был уверен, что я впутала тебя в эту связь из меркантильных соображений, и требовал, чтобы я незамедлительно порвала с тобой.
— На каком основании? — возмутился Игорь.
— Сказал, что я неподходящая партия для наследника крупного состояния и успешного предприятия. По его мнению, такая как я годится лишь для забав. И я никогда не смогу стать достойной его сына. Сказал, что какова мать, такова и дочь. Я пришла в бешенство, считая это грязным поклепом, и только потом узнала всю правду от своей матери.
— Забудь об этих гнусных обвинениях, Лена. Ты знаешь, как к тебе относятся Ольга, Аля и Уваров. Они моя семья, и к их мнению я прислушиваюсь. А злобные вымыслы отца не должны тебя больше тревожить, — убежденно проговорил Игорь.
— Я все тебе рассказала, — подытожила Елена с грустной улыбкой на устах.
— Нет, еще не все, — возразил он. — Я хочу подробно узнать о том полете. Ты не взошла на борт из-за ссоры с отцом?
— Да. Твой отец сказал, что если я не повинуюсь ему, он меня уволит. А если упираться будешь ты, то лишит тебя наследства. Но если я поступлю так, как он хочет, то не пожалею. Он отблагодарит меня за лояльность.
— И что ты ему на это ответила?
— Сказала, что не намерена выслушивать его угрозы и уволюсь сама… Я была вне себя от гнева, Игорь. Со мной еще никто никогда не разговаривал с таким пренебрежением. Я развернулась и ушла. Мельком видела, как он и Регина идут на посадку.
— И куда ты отправилась?
— Первым побуждением было ехать к тебе и все рассказать, но я решила, что в таком взвинченном состоянии это неразумно, и вернулась в свою квартиру. От усталости и расстройства рухнула в постель и моментально уснула. Когда же проснулась, уже стало известно, что самолет корпорации не выходит на связь и начаты поиски. В такой ситуации мои откровения были бы совершенно неуместными. А через считанные часы спасатели нашли обломки. Тогда можно было считать, что все кончено…
— Лена… — нежно шепнул Игорь.
— Что? — отозвалась она.
— У нас все будет хорошо, — заверил он ее.
На побережье перед дачей в Ялте Елена скинула босоножки.
— Устали ноги? — спросил ее Игорь.
— Да нет. Просто хочу почувствовать теплоту песка.
— Идем к шезлонгам, — позвал ее Игорь. — Тебе нужно отдохнуть.
— Не слишком ли ты меня опекаешь? — усмехнувшись, спросила она его. — Как ни странно, именно сейчас я чувствую себя замечательно.
— Может быть, еще немного крем-брюле? — предложил ей Игорь.
— Не откажусь, — ответила Елена, расположившись в шезлонге.
— Я быстро…
— О чем ты думаешь? — спросила она Игоря, когда тот вернулся с двумя королевскими порциями прохладного лакомства.
Игорь неопределенно пожал плечами.
— Ну же… Ты такой скрытный. Мое терпение не бесконечно, милый, — подстегнула она его шаловливым тоном.
 
— Я вспомнил то утро перед похоронами, когда проснулся, а в моих объятьях ты. Я долго смотрел, как ты спишь. Отчетливо помню, как солнечный свет окрашивал твое по-детски спокойное личико, как дрожали твои ресницы, когда я старался тебя разбудить, как золотистые тени от них ложились на твои щеки.
— Ты разглядывал меня, бесстыдник? — стараясь скрыть свое смущение, спросила Елена.
— С наслаждением, — признался Игорь. — Ты часто раскрываешься во сне, и я очень люблю на тебя смотреть. Что же тут дурного, если я делаю это любя?
— Любя? — растроганно переспросила она.
— Ты спящая отличаешься от бодрствующей, как ночь отличается ото дня. И всякий раз, наблюдая твой сон, я чувствую, как преисполняюсь твоим покоем.
— Ты удивишься, если я кое в чем тебе признаюсь. Иногда, зная, что ты смотришь, я притворялась крепко спящей, чтобы продлить это наслаждение.
— Ах ты, лиса! — укорил ее Игорь. — Что еще ты от меня скрываешь, белокурая плутовка?
— Я чуть с ума не сошла с тоски в то утро, когда ты ушел, не поцеловав меня на прощанье.
— Прости меня. Ты не станешь возражать, если я сделаю это прямо сейчас?
— Только если этот поцелуй не будет прощальным, — прошептала Елена, приникнув к его губам.
— На тебе не слишком ли много одежды? — спросил ее Игорь минуту спустя.
— Возможно, — ответила она.
— Ну, с этим-то я справлюсь. — Игорь расстегнул пуговицы ее жакета. — Или тебе все еще есть, что от меня скрывать? — шутливо спросил он ее.
Елена строго заглянула в его глаза и тяжко вздохнула.
— Не принимай всерьез, — предупредил Игорь. — Я просто дурачусь. — Он помог ей снять жакет и поцеловал обнажившиеся золотистые шею и плечи. — Я уже так много раз выставлял себя дураком, — серьезно констатировал он. — Считал делом всей своей жизни бездушные камни, в то время как чуть не упустил настоящее сокровище, тебя, моя родная, и наших детей.
— Игорь…
— Да, я люблю тебя, Лена.
Елена обмерла, услышав такое признание. Она боялась словом или жестом нарушить этот волшебный миг.
— Прежде я не понимал тебя. Наслаждался твоей кротостью и красотой, но самой тебя словно не видел. Я был уверен, что любая на твоем месте была бы такой же. И лишь много позже понял, что такой делает тебя непритворное чувство… И знаешь, меня это испугало. Я, видел только опасности в любви и уже готов был совершенно отказаться от нее, если бы не пара сердечек, которые трепещут в твоем чреве.
— Все, что мне нужно от тебя, Игорь, твоя любовь, — нежно проговорила она.
— Она у тебя есть, любимая, — заверил он ее.
Елена провела рукой по его волосам и заглянула в глаза.
— Ты понимаешь, что нам предстоит еще не один непростой месяц, прежде чем появятся дети? И еще годы, в течение которых нам придется ладить, невзирая ни на что?
— Я буду смаковать каждый миг, любимая! — восторженно пообещал он и попытался заключить ее в свои объятья. — Ты такая соблазнительная, деточка! Мне так нравится твоя пополневшая грудь! Это малышей я должен благодарить за сказочные превращения? Странно, как это я сам не догадался, что ты беременна, когда впервые заметил в тебе непривычную пышность?
— Возможно, тогда у тебя было предостаточно своих забот, любимый, — чуть смущенно ответила Елена, отстранившись.
— Но я всегда был открыт для наслаждений.
— То-то и оно, — с упреком проговорила Елена. — А готов ли ты к лишениям? Сейчас этот вопрос более актуален. Я уже не могу быть твоей безотказной подружкой. Это следует понимать.
Но Игорь словно не слышал ее. Он обнял Елену крепче, откинул с ее лица золотистые пряди волос и стал пылко зацеловывать ее лицо, приговаривая: — Двойня… Я все еще не могу поверить, любимая. Это просто чудо какое-то! Спасибо тебе, сокровище мое.
— Ты действительно рад, что у тебя будут дети? — с сомнением в голосе спросила она.