Планета миражей
– Да все в кучу. Говно не приходит одно. На работе всем отделом огребли за сотрудничество с Аналогом-1. Хотя контракт официальный был… И еще младшая сестра, – процедил он сквозь зубы. – У нее, видите ли, любовь пропала в районе Альгарро. Пошли на прокатном катере четвертый контейнер ловить, ну и попались «охотникам». Трупы так и не нашли, и патруль, говорят, пострадал из-за них… Ладно бы парень стоящий был! Экстремал, гонщик доморощенный, наркоман и козел. И дружки под стать. Вечно путается непонятно с кем. А тут приходит СКБ, раскрывает карты про автономные «Астриксы»… Фу, черт! Не хотел же рассказывать!
Макс, разобравшись с застежками скафандра и замками комбинезона, появился в дверях раздевалки.
– Знаешь, Рэджинальд… – сказал он. – Я правда думал, что нас на убой сюда пригнали. Мне все казалось, что ты чего-то не знаешь или недооцениваешь опасность. Тебя хрен поймешь… – он подошел, поправляя летный комбинезон. – Ну, я вроде, готов.
Рэд оторвался от стены.
– Пойдешь спать в медотсек, Макс? Проводить тебя?
– Нет! Я в рубку. Я лучше с тобой, капитан.
Ласкис нервно передернул плечами, вспомнив пустые отсеки крейсера в мечущемся свете фонарей, и запинаясь, побрел за Гардоном.
– Ты чего хромаешь? – спросил он.
– Я? А… Долго объяснять. Убегался… Сейчас сядем, отдохнем, – Рэд ухмыльнулся. – Перекинь управление на место командира крейсера. Сделай приятное руководителю рейда. И вот еще что, Максим… беру назад свои слова насчет денег за доставку. Не знаю как мы с тобой, но если бы ты не справился, наше сопровождение точно бы свою смерть здесь нашло, прикрывая нас от второго «Астрикса» силами четырех истребителей.
– Вы честный человек, господин капитан, – улыбнулся Ласкис. – А я все-таки, облажался!
– Что-то не припомню. Когда это? – спросил Рэд, в самом деле усевшийся на место командира экипажа крейсера.
– В итоге «Рубин» не смог обезвредить противника.
– Еще немного – и он бы нас точно прикончил, – успокоил его Рэд. – На «Рубине», как минимум не хватает сорока пяти человек команды, чтобы он показал все, на что способен.
– А у нас управление было замкнуто на первого пилота. Условия практически равные, а ты ушел.
– Да не я ушел, а он меня загнал! – чуть поморщившись, признался Рэд. – Причем туда, куда совсем не надо было. Он стрелять успевал, а я – нет…
– Неважно, – Макс, занятый своими мыслями, барабанил пальцами по подлокотнику, – где-то я все-таки прокололся. Вспомогательные программы… Переход на ускорители или… Драйверы…
Дальше Рэд почти ничего не понял.
– Ну что я могу сказать? – перебил он, развел руками и широко улыбнулся. – Ламер!
Ласкис закашлялся, несколько раз раскрыл рот, хватая воздух, и уставился на него.
– За это же бьют, капитан. Где ты таких слов понабрался?!
– Все, Максим. Хватит, – сказал Рэд, – «отключайся». У нас с тобой уже тихая истерика. А на отдых не больше шести часов.
На «Монике» пилотские ложементы раскладывались почти горизонтально. На «Астриксе» как на «Гепарде» спинки сидений в рубке лишь незначительно отклонялись назад. «Правильно, – подумал Рэд, – нечего дрыхнуть на вахтах на военном звездолете». В капитанском кресле, возвышавшемся над пустыми местами штурманов, пилотов, связистов и операторов орудий он чувствовал себя неуютно.
Ласкис приглушил свет и завозился на месте бортинженера, устраиваясь поудобнее.
– Тебе в самом деле переподключить каналы управления на пульт командира экипажа? – спросил он.
– Нет, Макс. Мне с места первого пилота удобнее этот гроб контролировать. Я так… Поиграть.
Рэд пересел и закрыл глаза.
Глава 9«Курьер» с разорванным взрывом корпусом дрейфовал в пространстве. Рядом кружились обломки истребителей. Три уцелевших машины «Флэш» безуспешно тыкались в искореженные стыковочные узлы «Курьера»… То, что осталось от Айны лежало на операционном столе… Где-то далеко заплакал ребенок… Рэд вздрогнул в полусне и мотнул головой, прогоняя видение. Рубку затянуло мерцающими нитями липкой паутины, на обзорных экранах заклубилась серая пыль. Призрачная петля с тихим шелестом вылетела из небытия, скользнула по телу, рассыпая тысячи иголок, и извиваясь, уползла точно лассо, не нашедшее цели. В груди что-то противно кувыркнулось, на секунду прервав стук сердца, Рэд рухнул в горящие джунгли и проснулся в холодном поту.
Он встал, прошелся по мостику и снова устроился в кресле, не понимая, что это было: влияние очага поражения, вблизи которого он пронесся, уходя от погони, или субъективные воспоминания о том, каково ему пришлось на L-80.
Индикаторы «Гора» перемигивались, отражая коррекцию курса. «Астрикс» шел устойчиво как танк. Энергопитание крейсера просело до четверти. Предыдущие месяцы автономного существования и сегодняшняя гонка не прошли для него бесследно. В окне техконтроля висело черное ожерелье из иконок, отражающих резервы накопителей и запасы топливных элементов. Но по всем прикидкам на дорогу, да и на небольшую войнушку, случись таковая в пути, запасов хватало с лихвой.
В соседнем кресле крепко спал Максим Ласкис, окончательно вымотанный событиями последних двух суток.
На ближайшем маршевом участке Рэд вызвал «Курьер-9», нарушив свой же приказ «до пункта назначения на связь не выходить, не включать позывные и навигационные огни».
«Курьер» не отозвался. Значит, за рулем не Говард – тот бы ответил.
– Айна, отвечай! – сказал Рэд, повысив голос.
Девчонка теперь выполняла его приказы буквально. Сказано: «Радиомолчание» – будет молчать, пока не умрет. Воспитал команду на свою голову. Айна летает «по стойке смирно», Хальтон вытворяет в пространстве черте что, да еще и дерзит. Рэд вспомнил, с какой интонацией он, вывалившись из подпространства за кормой «Рубина», заявил руководителю рейда, что обеспечивает прикрытие согласно его же приказу. Засранец. Давно ли тебя от автопилота не отличить было…
– Да сэр? – откликнулась Айна.
– Ты сменила позывные?
– Звездолет идет до пункта назначения без позывных и навигационных огней, согласно вашему приказу.
– У твоего «Курьера» позывные Аналога-1, - напомнил Рэд.
– Ох, я… Да, сэр.
– Займись этим прямо сейчас. Иначе вас расстреляют на подходе к военной базе Аналога-2, как только мы себя обозначим.
– Да, сэр!
Рэд отключился, откинулся на спинку кресла, но сна не было ни в одном глазу. Примерно за час до прибытия он разбудил Макса и перевел управление на себя.
Первыми из подпространства вышли истребители «Флэш» на случай, если командование Дельты-18 примет решение сначала открыть огонь, а потом разбираться. За ними – «Курьер» и только потом «Астриксы». Крейсеры создавали слишком большие возмущения, чтобы вести кого-то за собой по подпространственным тоннелям.