Планета миражей
– Натика- 24?
– Да. Как отправная точка. А это – вероятные траектории дрейфа.
Серж показал наладонник. Рэд дождался, когда стройные ряды цифр и пунктирных линий перестанут прыгать перед глазами, прогнал фрагмент звездной карты туда – обратно и поднял глаза.
– Похоже, Серж. Очень похоже! Хоть и не верится… Теперь скажи, почему ты пришел ко мне.
– А куда? Я жить хочу. Может, женюсь еще, – усмехнулся Серж.
– Что тебе от меня нужно?
– Оформи мне недельный рейд в СПС как представителю крупного бизнеса, отправившемуся в колониальные территории. Я поработаю штурманом. Пилотом сядешь сам. В сопровождение возьмешь ребят понадежнее. Поймаем груз – разберемся. Можем уничтожить, а можем и поторговаться, имея в прикрытии четыре истребителя. Что скажешь, Рэд?
– Что за корабль?
– Яхта. «Шах-55», ЯДС.
– Ого.
– Купил по случаю с хорошей скидкой, – улыбнулся Серж.
– Такие деньжищи вбухать, чтобы поймать четвертый контейнер и уничтожить. Ну да. Именно так… А не ударился ли ты в политику? – задумчиво спросил Рэд.
– Подумываю. Ты не ответил, капитан.
– СПС – не та организация, чтобы заниматься подобными поисками. И пилот из меня хреновый сейчас. Это тебе не по заданному направлению на командорском катере кататься. Тут творческий подход нужен и склонность к авантюрам. Лет пятнадцать назад я бы согласился.
– Пилот из тебя на все века и времена… – усмехнулся Серж, – но судя по тому, как ты начал оправдываться ответ «нет»?
– Нет, – решительно подтвердил Рэд. – Я в эти игры больше не играю. Старый уже. Хочешь спать спокойно – я могу подбросить информацию господину советнику. Хочешь славы – флаг тебе в руки. Без меня.
– Жаль, – искренно сказал Серж, встал и прошелся по беседке, – я долго думал идти к тебе или нет. Были сомнения, но почему-то мне казалось, что мы договоримся. Уж очень план хорош.
– Не хотел тебя разочаровывать. Ну что, пойдем?
– У меня есть еще одна просьба, капитан. Может себе позволить командор Найвис забыть об одном ночном разговоре со старым приятелем?
– Может, – кивнул Рэд и поднялся, – если старый приятель не развяжет межзвездную войну в погоне за иллюзиями.
– О, насчет этого можешь быть спокоен! – нехорошо засмеялся Серж. – Ты же знаешь, я пацифист.
Вот в этом господин командор как раз не был до конца уверен. Работа в террариуме, который гордо именовал себя высшим звеном руководства космофлота, научила его подозрительности. На какое-то мгновенье Рэда даже посетила параноидальная мысль, что он не дойдет до дома – погибнет от рук случайного убийцы, по нелепому стечению обстоятельств встретившемуся на пути.
Серж проводил его почти до самого коттеджа, попрощался за руку как ни в чем не бывало, и даже вручил подарок для дочери: тонкую золотую цепочку с подвеской дельфинчиком.
– Жену сам одаришь, – улыбнулся он, – а дочери передай от старого друга отца. Пусть привыкает к мужскому вниманию. Прощай, Рэд.
– До свиданья, Серж.
– Оптимист, – хмыкнул Серж, отступил и растворился в ночи, полновластно завладевшей побережьем.
Рэд остановился около дивана, с которого его поднял неожиданный визитер, приложился к оставшейся на столе початой бутылке коньяка и постоял, обхватив голову руками. В ней царил хаос, являвший собой превосходный коктейль из скорби по погибшим пилотам, списка Фэйвера и координат квадрата поиска треклятого четвертого контейнера. «А я еще удивляюсь, почему плохо сплю», – подумал Рэд и побрел в свой кабинет в поисках домашней аптечки. Если командору Найвису и снились кошмары в ту ночь, наутро он их не помнил. Наутро он испытывал непреодолимое как жажда желание пообщаться с Бертом Стоуном.
Берт удивленно улыбнулся, увидев его на экране:
– Добрый день, Рэджинальд, – сказал он в ответ на приветствие, – если вы хотите сказать, что пришла пора выполнять обещания, напомните, сколько ужинов я вам должен. Что-то я запамятовал.
– Не знаю, Берт, – ухмыльнулся Рэд. – В прошлый раз вы как раз хотели проверить одну гипотезу. Быть мне сегодня сытым или голодным зависит от того, каков результат проверки. Давайте для разнообразия я вас приглашу. У меня есть несколько вопросов, – он взглянул на часы, – к завтраку?
– К обеду.
– Пусть будет к обеду. Куда мне подъехать?
– Эта беседа не останется незамеченной, – вздохнул Берт, – вы же понимаете, Рэджинальд…
– Да, я понимаю. Я собираюсь к вам в добровольцы, – хмыкнул Рэд. – Нет, я собираюсь задать несколько вопросов! Вы же говорили моей команде, что не заразиться безумием L-80 невозможно, а мне как раз приснилось, что я снова на планете. А у меня люди в подчинении… До встречи.
Рэджинальд, конечно, предпочел бы узнать планы группы Стоуна в отношении очага поражения в районе Альгарро во всех деталях, но эта сверхзадача была в принципе невыполнима. Тем не менее, Стоун все же обмолвился, что впервые за десять лет разработан четкий план по уничтожению последствий знаменитого прорыва «Моники».
Освобожденные из заточения в спецконтейнерах сгустки «волшебного тумана» L-80 слились в одно пульсирующее пятно, образовав устойчивый очаг поражения. Этого не ожидал никто. Расчеты создателей оружия указывали на быстрое рассевание вещества в космическом пространстве. Но расчеты не учитывали, что сразу три контейнера будут активированы практически в одной точке Пространства. Какое расточительство!
Первое время Берт Стоун надеялся, что как только иссякнут источники энергии самих контейнеров система дестабилизируется и проблема рассыпется в прах, но не тут-то было. Оторванные куски призрачного тела загадочной планеты, подобно отрезанной части дождевого червя, зажили самостоятельной жизнью. Субстанция принялась активно искать себе пропитание, жадно ловя бледные лучи близлежащих светил. Сгусток расползся в объемную кляксу до нескольких миллионов километров в диаметре и имел смертоносный для человека ореол.
Уходя от погони, экипаж «Моники» сбрасывал контейнеры на максимуме скорости своего корабля. Десять лет сгусток несся по пространству с субсветовой скоростью, постепенно приближаясь к Зельде. Голубой гигант щедро раздаривал лучи окружающему космосу, и жутковатое порождение L-80 приближалось к нему, жадно улавливая пока еще слабое дуновение звездного ветра.
Дальше можно было ничего не объяснять. Если Стоун прав и Сгусток действительно научился питаться энергией звезд, с каждой секундой приближаясь к Зельде он становится сильнее. Как именно это происходит, Берт мог представить в цифрах, теориях поглощения энергии и взаимодействия с темной материей, и наверное выразить процесс стройными рядами математических уравнений, но Рэду не нужна была вся эта сверхсекретная доказательная база. Когда Берт смущенно опустил глаза и пробормотал, что даже сотруднику СПС в чине командора он не может раскрывать все аспекты, Рэд остановил его одной фразой.