Среди осколков

– Что ты шепчешь, Луна? – спросила Нефелина, обеспокоенная бледностью дочери.
Девушка, держась за поручень, обреченно проговорила:
– Все как в моем сне, мама. Который я видела по ту сторону земли. Тот кошмар, где черная слизь пожирала людей…
– Ну что ты, Луна! Мы уже обсуждали это. Это всего лишь воображение.
– Сейчас мы остановимся у исчезающей лестницы, – не слушая, пробормотала Луна. – Гелиодор с Анитой пойдут наверх, и произойдет что-то ужасное. Я знаю…
– Перестань. Все будет хорошо.
– Ты не понимаешь, мама. Я точно знаю.
– Прошу тебя, успокойся. Ты очень впечатлительная. Вся эта суета плюс тревога за Аметрина… Слишком много беспокойства в один день. Тебе просто нужно отдохнуть.
Луна мотнула головой и отвернулась, сжав кулаки. Предчувствие катастрофы завладело всем ее существом.
Колесницы, сделав круг почета, устремились в цветочную арку, сопровождаемые детьми, которые со свистом и радостными воплями бежали следом. Пролетев ее, они остановились. Все вышли и встали у подножия исчезающей лестницы в ожидании главной колесницы, которая пошла на третий круг, чтобы подъехать последней.
Люди заполонили лестницу, и Луна, наверное, впервые увидела всю ее целиком, ведь, пока человек стоял на ступеньке, она не пропадала. Зрителей с каждой минутой становилось все больше. Все ликовали.
Только Луна, снедаемая тревогой, выделялась из толпы. Аметрин с Сентарией заметили это и стали пробираться к ней сквозь толпу. Вместе с ними протискивались и Пиритти с Пироппо. Эгирин, перехватив обеспокоенный взгляд Сентарии, предупредил деда и тоже устремился к Луне.
– Что случилось? – спросила Сентария, наконец добравшись до подруги. – На тебе лица нет.
Луна не смогла выговорить ни слова. Ком в горле мешал дышать.
– Она боится, что сбудется ее сон, – объяснила Нефелина друзьям дочери. – Я никак не могу убедить ее, что это ерунда.
– Не ерунда, – запальчиво выкрикнула Луна, к которой от возмущения вернулся дар речи.
Эгирин насильно расцепил крепко сжатые кулаки Луны и взял ее ладони в свои руки. Луна рассерженно вырвалась, но целительная сила Эгирина успела ей помочь. Она даже немного расслабилась и сумела выдавить из себя улыбку.
Веселая музыка сменилась торжественным боем барабанов. Главная колесница, завершив круг почета, направилась в цветочную арку. Приветственные крики, словно волна, сопровождали ее.
– Ур-р-ра! – площадь взорвалась аплодисментами.
Гелиодор ловко остановил лошадей. Спрыгнув с колесницы, он подал руку Аните, с такой нежностью глядя на нее, что если бы вокруг были ледяные айсберги, то они бы растаяли и испарились без следа.
Анита нашла взглядом брата с семьей и заметно успокоилась. От всей этой пышности ей было немного не по себе. Она отвыкла от праздников, которыми славится Драгомир. И в глубине души предпочла бы тихий вечер в кругу самых близких людей. Но ее робкие слова утонули в возмущении родных. Такое событие должен видеть весь Драгомир.
Подождав, пока две девчушки расправят ее шлейф, она взяла Гелиодора за руку и ступила на белоснежную лестницу. Воздушные девушки парили над ними, осыпая новобрачных лепестками цветов и блестящей пыльцой. Анита с Гелиодором быстро поднялись и остановились наверху, чтобы помахать народу и дождаться родственников и почетных гостей.
– Вот видишь, – шепнула Нефелина дочери. – Все нормально! Они уже прошли эту лестницу, которая тебя так напугала.
Луна хотела бы вздохнуть с облегчением, но чувство надвигающейся опасности продолжало буквально кричать в ней. Она взяла за руки родителей и тоже начала подниматься. Друзья шли следом.
И тут где-то далеко у портала ударил гонг.
Да-да. Тот самый гонг, который звучал только тогда, когда над Драгомиром нависала настоящая опасность. Этот гонг молчал много лет, но война с Жадеидой вновь заставила его зазвучать. Первые удары драгомирцы услышали в тот день, когда ведьма отравила воду, едва не погубив всех обитателей океана. И затем не умолкал, предупреждая об остальных злодеяниях ведьмы. Справившись с ней, люди уже успели позабыть этот звук, похожий на вой смертельно раненного зверя.
Вся площадь мгновенно замолчала. Люди озирались в поисках опасности.
– Бам, бам, бам…
– Смотрите! – завопил какой-то мальчишка, показывая на небо.
Все задрали головы. Луна могла не смотреть туда. Она и так знала, что увидит. В небе образовалась огромная воронка, черный портал, которым пользовалась Жадеида, чтобы отправлять стражников в мир по ту сторону земли.
Только сейчас этот портал соединил Драгомир вовсе не с миром, из которого пришла Луна. Из воронки хлынула черная масса, которая с противным звуком – чвак! – соприкасалась с землей и застывала, словно желе.
Из нее стали появляться какие-то существа. Не похожие ни на людей, ни на животных скользкие твари, вымазанные с головы до ног липкой грязью. У них были глаза, но не было ртов, а вместо рук извивались склизкие щупальца. У них были ноги, но, сплетаясь друг с другом, они образовывали что-то похожее на корни дерева. Перебирая этими отростками, существа ловко передвигались по земле.
Это было порождение черного колдовства.
Гелиодор буквально толкнул Аниту к Нефелине с Луной.
– Прячьтесь во дворце! – прокричал он, перекрывая непонятный гул, который становился все громче. – И заберите старейшин.
Нефелина и Анита, подхватив юбки, бросились во дворец. Толпа металась по белоснежной лестнице, не находя укрытия. Часть людей внизу, обезумев от страха, ринулась в цветочную арку и застряла в ней, образовав плотный затор. Они бились в панике.
– Криолина, – закричал Александрит, – скажи своим, пусть сносят эту арку.
Та быстро отдала приказы воздушным придворным. Они нависли над аркой и попытались поднять дуги, которые держали конструкцию, но ничего не получалось. Дуги держали растения, за много лет слившиеся с ними в одно целое. Люди, зажатые внутри, завопили еще громче.
– Отойдите, – закричал огненный правитель, видя, что все напрасно и люди начинают гибнуть, так как обезумевшая толпа продолжала напирать.
Воздушные придворные взмыли в воздух, стараясь держаться подальше от воронки, из которой продолжала сочиться слизь.
Гелиодор послал мощную огненную волну, которая снесла верх арки вместе с обвивающими ее растениями. Нежные цветы даже не успели закричать, как были сожжены дотла мощным огненным потоком. Кристаллианцы тут же начали вытаскивать людей и по воздуху относить на безопасное расстояние. Постепенно толпа редела и наконец смогла проскочить сквозь арку, оставив на земле несколько десятков человек, погибших в давке.
Гелиодор тем временем построил воинов.
– В атаку! – закричал он и первым ринулся на склизких существ, размахивая отточенным клинком.