Танец света

– Алия, десять процентов, – сказала я. – Сильно не напрягайся, аккуратно, передай его Оливии. Лив, от тебя жду пятнадцать!
Я действовала медленно, взвешенно. У каждой из нас разный уровень энергии света. У Софии практически сто, а вот Алия и Оливия развили лишь шестьдесят, поэтому брать больше с них нельзя: не приведи Темный, возьмут из жизненного резерва. Если что, смогу добрать света через Кин и Катарину: у девчонок неплохие показатели – около семидесяти процентов. Поток всегда должен оставаться на уровне ста процентов для лучшей стабильности, но энергия непостоянна, яркими всполохами она вырывается в пространство, ослабляя цепь. И я должна, в случае чего, уравнять поток.
Я напряглась, чтобы еще глубже уйти в себя и осмотреть зарождающуюся цепь.
Неплохо. Пока все идет так, как и должно. Жаль, у нас нет наглядного примера работы Жертвенниц, а лишь книги с картинками и объяснения Никербокер и других наставниц.
С облегчением я услышала голос Оливии:
– Тень, готово, держу поток, здесь пять процентов Софии, десять Алии. Отдаю в связь пятнадцать своих. Свободного резерва остается тридцать! – Она осторожно отмерила пятнадцать процентов и влила их в вибрирующий луч. Он сразу же потянулся в сторону Кин, и та уверенно его перехватила, зажимая в ладони.
– Держу поток из тридцати процентов, готова выделить сорок.
– Нет, Кин, – сказала я. – У тебя внутренний резерв семьдесят, тогда совсем ничего не останется, мне хватит двадцати, потом, может, понадобится стабилизировать, если кто-то вывалится из потока.
Сестра недовольно фыркнула, но выдала требуемый процент.
Связь усилилась и начала ощутимо дрожать.
Плохой признак. Обычно это может закончиться разрывом цепи, а нас, как тряпичных кукол, просто раскидает в стороны. Подобное происходит, если кто-то из Жертвенниц нарушает концентрацию и вместо того, чтобы удерживать выделенный свет, начинает забирать его обратно, тем самым дестабилизируя поток. Я бы могла стабилизировать его сейчас, но мы создавали цепь настолько медленно, что до меня он еще попросту не дошел.
Принять решение нужно быстро: попросить Софию добавить? Но пока поток не добрался до меня, я не могла определить уровень его наполнения, соответственно, не имела возможности попросить нужный процент, а тыкать пальцем в небо и говорить наугад опасно. Нагрузка могла возрасти на всех: пара процентов еще ничего, тело Жертвенниц спокойно выдержит, отделавшись легкой испариной и жжением от переизбытка света внутри, но будь больше – все может закончиться плачевно. Как когда-то говорила Никербокер: «Запредельный уровень энергии, удерживаемый Жертвенницами, можно сравнить с глотком лавы, сжигающим внутренности».
– Катарина, принимай от Кин, жду от тебя двадцать процентов, – четко проговорила я. Капли пота щекотали между лопаток.
– Ты уверена? Тогда тебе придется добавить больше! – с сомнением ответила она.
– Уверена! Давай же!
Почему Деасы молчали, неужели не видели, насколько нестабильный поток разрастался на их глазах?
Катарина вскинула руки. Одной она приняла медленно ползущее щупальце света, а второй добавила в стремительно разрастающийся поток свой процент.
– Готово, передаю.
Без промедления я вытянула обе руки, захватывая уже создавшуюся цепь, и начала осмотр.
Алия промахнулась и добавила всего семь процентов. Это плохо: теперь мне придется отдавать больше. По щеке маленькой змейкой заструилась капля крови, щекоча кожу. Наверное, я не заметила и сжала веки, а маска сделала свое дело, возвращая к концентрации уколом шипов.
Сейчас мне казалось, что в зале остались только мы вшестером. Треск нестабильной цепи и тихие шаги Жертвенниц, удерживающих связь в плавном танце. Во время обряда нельзя останавливаться, только в танце можно управлять светом, поэтому, делая очередной легкий шаг и перекидывая часть энергии в волосы, я тем самым стабилизировала себя. Добавила недостающие звенья и услышала нарастающий гул. Теперь можно остановиться, работа была сделана.
– У них получилось!
Восторженный голос Никербокер отразился от каменных стен.
– С первого раза! Невероятно! Просто невероятно!
Да, поток был готов и сейчас огромным ярким лучом извивался в наших руках, разбрасывая искры. Будь мы у Завесы в паре с Деасами, то направили бы его прямо в нее, открывая двусторонний портал.
– Что нам делать теперь? – дрожа от усталости, спросила я.
Только сейчас я заметила, насколько промокло платье и как гудят ноги от напряжения.
– Я разработал кое-что очень интересное!
По голосу я узнала умника Люка и слабо улыбнулась. Что еще придумал этот неугомонный любитель науки?
– Кристаллы-накопители! Сейчас я поднесу их к вам, и они впитают в себя весь свет! Потом вы сможете использовать их в качестве источника и черпать энергию из них! – заумно пояснил он, и я поразилась полезности данной затеи.
– Так, секунду… вот так. – Послышался звук передвигаемого деревянного стола, который цеплялся ножками за выступающие камни. – Тень, ты чувствуешь, накопители должны уже тянуть поток на себя? Попробуй подключиться к ним и влить всю энергию туда!
Кристаллы-накопители я почувствовала сразу, они моментально присосались к потоку и уже начали вбирать его в себя. Мне оставалось лишь направить всю нашу силу к ним с максимальной скоростью. Сделав легкий шаг вперед, я вытянула руки, и гудящий луч послушно устремился к накопителям.
– Отлично! – захлопал в ладоши Люк.
– У нас получилось! – взвизгнула Катарина.
Остальные Жертвенницы лишь тихо, устало рассмеялись.

Этот день и вправду оказался тяжелым. Сестры лежали на жестких кроватях и смотрели в потолок. Я сидела на подоконнике, свесив ноги. В лицо дул горячий ветер, играя завитками волос на висках. За окном уже темнело, а вдалеке зарождалась новая пепельная буря. Она поднималась неровными, бархатными холмами и с огромной скоростью приближалась к Обители.
– Ты молодец, Тень, – тихо похвалила Оливия. – Хорошо справилась сегодня.
– Спасибо.
– Неужели снова идет буря? – скуксилась Катарина, завернувшись в серое покрывало. После сегодняшней связки ее заметно хандрило, а вечно румяные щеки теперь были лихорадочно красными.
– Да, идет прямо на нас. – Я еще раз всмотрелась вдаль, чтобы удостовериться в сказанном, а затем резко спрыгнула на пол, плотно закрывая окна.
Перед глазами тут же пошли темные круги, и я зажмурилась, застонав от боли. На веках остались небольшие царапины от маски, которые неприятно саднили. Накинув на себя поеденную молью шаль, я направилась к двери.
– Тень, ты куда? – сонно спросила Оливия и широко зевнула.
– Хочу прогуляться. – Я посмотрела на спящих сестер. Губы тронула улыбка, а сердце защемило от нежности. Если существовала любовь, то для меня она носила их имена.