Танец света

Никакого Света. Никакой добродетели.
Этот урок был усвоен еще несколько лет назад и выбит на подкорке. Никто не поможет, не спасет и не утешит в мире, где расчетливость, похоть и другие пороки набирали силу, где светлым душам не было места.
Я медленно выдохнула, обращаясь внутрь себя.
О каком Свете нам постоянно твердили? Как можно сохранить его, если каждый день нас поливали грязью, а в воздухе витал смрад ненависти? Но я собралась с силами, стараясь отыскать в душе хоть толику светлой энергии.
Моей кожи на груди коснулось что-то прохладное и скользкое.
– Отбросьте все свои мерзкие мысли! – твердила Никербокер. – Энергометр показывает слишком мало света в ваших душах, гадкие девчонки! Вы специально решили подставить меня именно сегодня?
Внезапно тихий голос подала Оливия, и я усмехнулась. Конечно, кто ж еще будет поддакивать наставницам с вечно заумным видом?
– Девочки, мы должны собраться. Вспомните самые теплые моменты в нашей жизни. Прогулки по двору, горячую, ароматную выпечку, новые платья! – щебетала Оливия, а мне захотелось рассмеяться в голос.
То, что для других детей сущая обыденность, для нас – теплые воспоминания. Где тот свет, который должен быть внутри меня? В моей душе лишь пустые коридоры да гуляющий по ним сквозняк.
Руки обожгло ударом трости, но ни один мускул на лице не дрогнул, иначе из-под маски по щекам потекли бы струйки крови.
– Ты плохо стараешься, Тень! – обдавая дыханием, зашипела Никербокер. – Сегодня мы должны выбрать Уравняющую! Ту, которая поднимется выше каждой из вас. Ту, которая будет приближена к самому Королю!
Со всех сторон послышались вздохи, а мою руку тронула теплая ладошка Катарины, и я с благодарностью сжала ее пухлые пальчики.
 
Глава 4. Уравняющая
Каждая из Жертвенниц мечтала стать Уравняющей. Это особый статус, привилегии. Говорили, что таким девушкам доставалась лучшая комната, новый комплект одежды и двойные порции обедов. Но почему-то никто не говорил о том, что живут Уравняющие меньше и работа их опасней.
Сто лет назад Великая Светлая разделила непроходимой Завесой Объединенный мир на две части. Стеной, которая способна пропустить сквозь себя людей, но только в одну сторону. Обитая на Темных землях, я могла бы пройти сквозь нее, так как в моей душе есть Свет, но не смогла бы вернуться обратно, ведь во мне нет Тьмы.
Именно для этого и нужны Жертвенницы. Связываясь с Деасами, мы образуем две энергии, которые могут позволить беспрепятственно пройти сквозь Завесу и вернуться. А Уравняющая… Она нужна, чтобы выровнять общий энергетический поток. Каждая Жертвенница в связке должна отдавать свой свет так же, как и Деас – отдает тьму. Общий поток нестабилен, в его структуре может не хватать энергии тьмы или света, и тут уже в работу вступает Уравняющая. Вот почему связка так важна, каждый участник обязан выполнять свою партию идеально.
И сегодня станет известно, кто же выполнит этот долг, кто, жертвуя своей жизненной энергией, будет выравнивать общий поток в случае чужой оплошности.
Моего лица коснулись холодные руки. Я услышала тихий щелчок, и в сомкнутые веки ударил теплый свет. Наконец-то металлические оковы были сняты.
– На сегодня хватит масок! Сейчас будет выбрана та, перед кем вы преклоните колени и кому будете молиться, дабы она спасла ваши никчемные шкуры, – как змея, прошипела Никербокер.
Я огляделась по сторонам, замечая волнение в глазах сестер, всех, кроме Алии, она стояла поодаль и сияла, словно новенькая монета.

Наставница покинула комнату, и я, устало потирая веки, опустилась на пол. Неровный камень неприятно холодил кожу сквозь тонкие штаны. Рядом расселись остальные адептки Обители, тихо перешептываясь между собой.
Полуденное солнце – редкий гость в этих краях – упрямо пробивалось сквозь марево пепла, зависшего под облаками. Свет проникал в высокие стрельчатые окна, украшенные разноцветными фресками, и рисовал на стенах причудливые линии.
– Уже обед близко, – промямлила Катарина, подперев рукой подбородок. – Интересно, что сегодня на ужин?
Когда в Обитель прибывали Деасы, кормили нас как на убой, чтобы восстановить потраченную энергию. Единственный повод ждать их.
– Тебе лишь бы пожрать. Ни в одни штаны скоро не влезешь, – буркнула Алия. Она задела болезненную тему, и Катарина тихо всхлипнула, а я смерила Алию уничижительным взглядом.
– Хватит, девочки! – вступилась Оливия и тряхнула белоснежной косой. – Сегодня важнейший день, вы должны вести себя подобающе!
Я фыркнула и потерла зудящий нос. Тоже мне, важнейший день в нашей жизни! Такие дни снились в кошмарах, а просыпалась я в ледяном поту.
Лишь София и Кин молчали. Если мысли Ким можно было прочитать по выражению лица, то с Софией все было сложнее. Она задумчиво теребила в руках непонятно откуда взявшийся сухой цветок. Идеальные прямые волосы, собранные в два низких хвоста, переливались на свету, а бледные щеки покрывал розовый румянец. Слишком идеальная, словно высеченная из камня талантливым и влюбленным в свою работу скульптором, София всегда показывала прекрасные результаты. Молчаливая, тихая, она выдавала такие энергетические потоки света, что сама Никербокер восторженно хлопала в ладоши и гладила ее по голове. Я считала Софию одной из сильнейших Жертвенниц, и судить о том, кто же станет Уравняющей, было глупо. Это место займет София, кто бы ни хотел его занять.
– Я должна стать Уравняющей! – снова прошипела Алия. – Это место мое! Я всегда доказывала свою силу!
– Али, – с улыбкой пропела Оливия. – Давай не будем снова заводить этот разговор, скоро нам все станет ясно!
Массивные двери отворились с протяжным скрипом, и тяжелой поступью, поднимая пыль при каждом шаге, в залу вошли шесть Деасов – наших будущих напарников. За их спинами топталась Никербокер и жестами призывала нас встать на колени. Не сговариваясь, сестры пали ниц и склонили головы, а я, как зачарованная, смотрела на того, кто стоял передо мной.
Ненавистный Безликий, облаченный в черный, скрывающий каждый участок тела плащ. В глубине накинутого капюшона не разглядеть лица – вместо него в завораживающем танце клубилась Тьма. На плечах – странные серебряные пластины с высокими, стремящимися вверх шипами. И я даже задумалась, что коснись я их, то непременно располосовала бы руку в кровь.
Когда Безликий появлялся в одной комнате со мной, сердце падало, захлебываясь в собственном ритме, а воздух в помещении становился густым и тяжелым. Поражающими разрядами между нами метались искры.
Безликий медленно склонил голову набок, рассматривая меня. Громко сглотнула и осознавала, что уже минуту неприлично пялюсь. Я поспешила склониться, скрывая во взгляде разгорающееся пламя.

Нас выстроили в ровную линию.
Первая я, следом – Катарина, Кин, Оливия, Алия и замыкающая София.