Ангел, упавший с небес

– А я-то думаю, как так интересно получилось, и брат у него узнал меня и добрым сразу стал ко мне. И истории рассказывает, – девушка недовольно взглянула на парня в белой одежде.
У него даже кроссовки белыми были. Эдакий ангел.
– Ну, не совсем так, – улыбнулся Литий, вставая и отходя от нее на пару шагов по пологой крыше. – Братишка у него действительно есть. И он узнал тебя. Ничего не придумывали. Так собственно я и познакомился с Маем, когда понял, что он в курсе, что ты орланка. Он мне рассказывал, как у тебя дела, а я давал тебе возможность все вспомнить самостоятельно без давления. И сегодня мы нечаянно пересеклись с ним.
Как все сложно в ее жизни, подумала девушка. То один, то второй. Странно, что Лестат куда-то испарился. Милана почесала спину. Лопатки нещадно горели. Может крылья новые от стрессов решили вырасти? Девушка хмыкнула.
– Ладно, спасибо, что спас. Правда, это из-за тебя и твоего драчливого Мая на меня напали, – поделилась девушка, подползая к краю высокого здания и опоглядывая с опаской вниз. – Если бы он ко мне не приклеился в самом начале обучения, то гневных взглядов и недоброжелателей у меня было бы меньше.
– Ой, – выдохнул тот. – Так это из-за вашей дружбы. Я не думал..
– Все нормально. Верни меня назад. Мне на пары пора.

Уже сидя на уроках и слушая увещевания Мая, что он тут не причем и почти ничего Литию не рассказывал о ней, и что он поймет, если она обидится, но не отпустит от себя, потому что не хочет, девушка размышляла о себе, и о том, как она до такой жизни докатилась . Май поведал ей, что Литий сам на него вышел и попросил присматривать за ней. Как раз чуть ранее и его сводный брат увидел ее с ним на общей фотографии и отметил, что похожая стерва училась вместе с ним. Слово за слово и выяснилось, что та стерва со второго ранга оказалась местной тихоней первого.
– Милана, к доске, – сообщил преподаватель, ставя ее в тупик к концу урока.
За извинениями Мая она прослушала все нудные объяснения предмета учителя и сейчас хлопала глазами.
На доске она увидела расчетные данные задачи, но какой? Она точно сядет в лужу и побьет сначала Лития, а потом Мая. Перед тем, как отпустить первого, она все же взяла у него телефонный номер и теперь точно сможет вызвонить, дождаться и жестко отомстить.
– Она в следующий раз ответит, – выступил орлан. – Она сегодня занята. Это важно. – И он многозначительно посмотрел в сторону преподавателя, который к тому же еще был и деканом этого университета.
Казалось, что весь класс замер от такого неуправства и ожидал взаимной расплаты, следя за движениями Иосифа Леонтьевича.
– Майчик, Майчик, – проговорил тот, поглядывая в журнал и посматривая на его оценки. – Смотри-ка, с тобой никто не хочет связываться и лепит только четверки и пятерки. Может исправим?
Милана переводила взгляд с одного на другого. С одной стороны, Маю не помешает взбучка, с другой – декан был не таким, как все и вообще все не так интерпретировал.
– А попробуй, – сказал с вызовом Май, улыбаясь тому слащавой улыбкой и подставляя руку под голову для удобства дальнейшего сидения за столом. – …те. – добавил он спустя некоторое время.
– А и попробую! А то на тебя уже пара учителей жаловалась, – проговорил декан, вставая. – Отныне, если ты позволишь себе лишнее, Милане будут ставить за это плохие оценки.
Выдал тот, расхаживая рядом с доской со своей тростью и в один миг останавливаясь.
– Чтоооо?
– Чтоооо!
Послышалось два возмущённых возгласа.
– Меня-то за что? – Милана чувствовала в данный момент всю несправедливость этого мира по отношению к себе. И ненавидела декана!
– Все заметили необычайную вашу увлеченность данной девушкой, Май, – продолжил декан. – И посыпались жалобы, что вы не только на себе крест ставите, но и на Милане. Вот, сегодня, например, весь урок клялись ей в любви и не давали дослушать предмет.
– Да нет же! – влезла Милана, но ее уже отпихнул Май, вылезая на стол еще дальше чем она.
– Я не в любви клялся, а извинялся за то, что ее побили ваши любимые ученики.
Его фраза подействовала, декан приподнял удивленно бровь и перевел взгляд на девушку. Как и все остальные. Благо, здесь не было тех кто участвовал в утренней стычке, а то было бы еще неприятнее.
– Это правда? – ее пронизывали сейчас куча взглядов, от которых хотелось бежать без оглядки.
– Правда! – рявкнул Май. – А вы занимаетесь какой-то ерундой сейчас, делая ей еще хуже. Я подам жалобу на ваше непристойное отношение в комитет!
Вот так Май! Милане захотелось аплодировать ему стоя. Как он так вывернул ситуацию на себя? С деканом никто в споре сравниться не мог. Не будь она жертвой во всех этих проявлениях, то посмеялась бы. А так. Куда не взгляни: одни бьют, второй обещает ей плохие оценки ставить за поведение орлана, третий жил у нее прикидываясь орлом, четвертый с пауком этим непонятным.
Шестое чувство до сих пор не отпускало ей той истории с пауком. Что же с ней делали в те дни? После всех этих перипетий, она больше не верила, что есть хотя бы один орлан в этом мире, которому можно было бы доверять. Все ей нагло врали. Все!
– Я не был в курсе факта об избиении, – проговорил посерьезневший Иосиф Леонтьевич. – Хорошо, продолжим. Я пошутил про поведение и плохие отметки. К доске пойдет…
 
Глава 17
Молодой орлан целовал ее нежными поцелуями в шею, принося то необычайное наслаждение, о котором она грезила перед встречей с ним ночами. Она положила ладонь ему на затылок и притянула к себе, заставляя поцеловать ее в губы. Он с готовностью поддался ее инициативе, обнимая и прижимаясь к девушке, вторгаясь в ее рот своим языком. Поцелуй поверг в головокружение обоих, сочетав его аромат лесной хвои и ее привкус земляники воедино, наполняя их острым желанием и страстью.
-Ты сводишь меня с ума, – прошептал он ей на ушко с хрипотцой, заставляя ее откинуть голову назад.
Милана медленно потянула его за ворот расстегнутой рубашки и притянула к себе совсем близко. Еще секунда, и ее нежный язык встретился с ним во рту.
Молодой человек запустил руку ей в волосы, и нащупав заколку, распустил их, а затем намотал на кулак всю копну и жестко дернул ее назад. Милана удивилась его резкости, но скинула это на мимолетный порыв страсти. 
Ее резко развернули, прижав к стене, вынуждая начать разглядывать золотую крошку, распыленную на темной поверхности. Жесткие пальцы орлана скользнули по ее ягодицам, приподнимая подол синего платья и заползая в трусики, туда где у нее все уже стонало от предвкушения. Девушка заметила, что мягкость и аккуратность покинули его. Движения и действия стали грубыми, чуть ли не вопиюще жестокими.
Девушка изогнулась, прижимаясь к телу молодого человека спиной, стараясь прижаться к его руке сильнее и теряя остатки разума.