Балласт для Бориса (СИ)

— Пусти меня! — со злостью сказала я и попыталась вырвать свои руки из его ладоней. — Пусти сейчас же! Я не хочу больше ни секунды находиться рядом с тобой! Ненавижу, слышишь? Я ненавижу тебя!..
— Вика, прекрати! — Борис не теряя самообладания, не собирался меня никуда отпускать. — Успокойся! Возьми себя сейчас же в руки!
— Вика? — удивленно спросила я и посмотрела на мужчину. — А может тебе больше нравится Оксана?.. — кажется, непонятно откуда взявшаяся истерика накрывала меня, и я уже не отдавала отчета своим словам. — Может ты и фантазировал на эту тему, гребаный извращенец?!
— Прекрати сейчас же, — в голосе Кравцова послышалась злость, а глаза сузились. — Я знаю, что тебе больно узнать это, но я не властен над своим сердцем! Я понятия не имел, что одержимость одной женщиной приведет меня к любви с другой! Я люблю тебя, слышишь? — он встряхнул притихшую меня, а поняв, что я больше не пытаюсь вырваться, обнял, прижимая к себе так сильно, что стало тяжело дышать. — Только тебя, понятно? Между нами больше не будет никаких тайн, я не хочу, чтобы ты снова надумала себе черт знает чего. Мне достаточно было этого! И будь я тысячу раз проклят, но не отдам тебя никому!
Услышав эти слова, я обхватила мужчину руками и зажмурилась, раз за разом вдыхая в себя его запах и понемногу успокаиваясь, но вспомнив его неожиданное признание в любви притихла, не зная даже, что теперь делать с этой информацией.
Я знала, что такое родительская любовь, но вот что касается любви мужчины к женщине… я имела представление об этом только по книгам и то поверхностно.
Наверное, мы уже довольно долго сидели в тишине, потому что Борис неожиданно отстранился и посадил меня к себе на колени, вынуждая посмотреть на него.
Кравцов был напряжен, вероятно, после случившейся истерики он ожидал от меня чего-то похожего, но я просто тихо сидела, продолжая держаться за него руками.
— Еще будешь истерить? — серьезно спросил мужчина, смотря мне прямо в глаза.
Я вся сжалась под его суровым взглядом и отрицательно помотала головой.
— Отлично, — голос Бориса стал хриплым, и я почувствовала, как его ладонь, лежащая на моем бедре, поползла под платье. — Потому что сейчас я буду искоренять всю твою дурь!
Не успела я даже понять, о чем он говорит, как Кравцов властно поцеловал меня, не давая возможности отстраниться. Он терзал мои губы, наказывал, брал свое, а я, ощутив тугой ком внизу живота, ловко оседлала его бедра и заставила мужчину откинуться на спинку дивана, чтобы нам обоим было комфортно отдаваться безумию. Почему именно безумию? Потому что ненормально сначала люто ненавидеть человека, а потом желать с ним близости.
Изо рта невольно вырвался стон, когда сильные руки сжали меня в объятиях, после чего я почувствовала упирающийся мне между ног член.
Задвигав бедрами, чтобы сильнее почувствовать его, я схватила Бориса за галстук и притянула к себе, вынуждая мужчину буквально рычать от разрывающего его желания.
К несчастью, нас прервал внезапный стук в дверь и звук не поддающейся давлению ручки. Тяжело дыша, мы оба уставились в ту сторону, но позу не поменяли.
— Босс! Вы ее убили там что ли? Почему у вас так тихо?
Мои губы почему-то растянулись в улыбке, а потом я и вовсе рассмеялась, прикрывая рот ладонью.
— Проваливай, Артем! — гаркнул Кравцов, возвращаясь к интересному занятию. — Меня ни для кого нет!
Парень что-то пробормотал, но потом сдался, и вскоре послышались удаляющиеся шаги.
Я перевела взгляд на Бориса и покраснела, потому что мне неожиданно стало стыдно за то, что он развалившись сидел на кожаном диване, а я, собственно, на самом мужчине, причем мое платье неприлично подпрыгнуло вверх, полностью оголяя ноги. Но даже не смотря на это, я снова потянулась к его губам и поцеловала, начав развязывать галстук и расстегивать мелкие пуговицы на рубашке, мечтая как можно скорее получить доступ к телу мужчины.
— Постой, — он перехватил мои ладони и сжал. — Я понимаю, что мы оба на грани, но сейчас стоит остановиться. Серьезно. Я не могу с тобой так поступить.
 
Я подняла на него глаза, не понимая, что собственно говоря, сделала не так. Решимость медленно угасла, и я снова почувствовала стыд за свои действия.
— Но…
— Вика, — он взял мое лицо в свои ладони и погладил пальцем по щеке. — Поезжай домой, хорошо? Я вернусь, и отвечу на все твои вопросы. Обещаю.
Я невольно закусила нижнюю губу и кивнула, а потом ловко слезла с коленей Бориса, замечая все еще стоящий колом член, который явно был недоволен тем, что все кончилось, так и не успев начаться. Я, в какой-то степени, была с ним чуточку солидарна. И хотя данный половой орган видела лишь на картинках в интернете и фотографиях, которые в социальных сетях присылали извращенцы, мне было дико интересно посмотреть на мужчину без одежды.
— Все рассмотрела? — спросил насмешливо Кравцов, застегивая пуговицы на рубашке. — Если хочешь, я могу покрутиться.
Я быстро вскинула на него глаза, а потом вся пунцовая отвернулась и стала приводить себя в порядок, чтобы ни одна живая душа не поняла, что у нас тут произошло.
Вскоре Артем забрал меня и отвез домой. К моему удивлению он ни о чем не спрашивал, а только лишь бросал задумчивые взгляды и не спеша вел машину, в то время как я чувствовала на губах прикосновения Бориса и проматывала в голове слова Нины, что порождало во мне противоречивые чувства.
  
20
 
Пока бродила по дому, то успела несколько раз подумать о том, что лучше бы я сегодня осталась дома и не посещала университет, ведь пятница оказалась полна сюрпризов.
Борис действительно был влюблен в мою мать, и меня это вывело из себя. Я решила, что мужчина оказывает мне знаки внимания, потому что рана от минувшей любви не затянулась, а ведь я так похожа на нее. Наверное, любая девушка на моем месте подумала бы точно так же. С другой стороны ничего страшного не случилось, ведь между Кравцовым и моей матерью ничего не было, но вот сам факт того, что думая о ней, он находился рядом со мной, вызывал злобу, и я ничего не могла с собой сделать. Ревность к давно погибшей матери — это ненормально и я прекрасно это понимала.
«Я знаю, что тебе больно узнать это, но я не властен над своим сердцем! Я понятия не имел, что одержимость одной женщиной приведет меня к любви с другой! Я люблю тебя, слышишь?»
Борис признался мне в любви. Мне, не Нине и не какой-нибудь модели с ногами от ушей, а мне — неопытной в любви девочке-сиротке, которая ничем не отличается от общей массы девушек. Чем я его вообще зацепила? Неужели гонясь за тенью прошлого, он действительно рассмотрел во мне — меня, а не мою мать?.. Даже если это так, то на душе все равно остается неприятный осадочек.
Что же касается слов Нины, мол, это Борис подстроил смерть моего отца — я в это не верила, хотя начала всерьез задумываться о том, что авария произошла не с проста. Папа никогда не говорил о своих врагах, хотя, я более чем уверена, что у всех успешных людей они имеются. Возможно, Кравцову что-то известно, но не факт, что он поделится со мной этой информацией. Да и прежде чем разбираться в этом, нам с ним следовало бы поговорить о нас и наших внезапно возникших отношениях, потому что они, если честно, как гром среди ясного неба! Ну, я понимала, что он начинал мне нравиться, но я даже думать себе об этом запрещала, потому что этот человек с детства вызывал у меня нервную дрожь и икоту. Боялась я его! А тут у меня к мужчине возникла привязанность, следом за которой влюбленность. Или любовь? Я понятия не имела, какая разница между этими двумя терминами, но… без Бориса я начинала тосковать.
Внезапно вспомнилось, как я извивалась сегодня на его коленях и щеки запылали от стыда. Я же едва ему на рабочем месте не отдалась! Дура! Что он теперь подумает?! Молодчина, Вика! Ты вела себя не как девственница, а как опытная тигрица! Десять баллов за артистизм!..
Блин, но я ведь действительно не сильна в этом деле! Я просто делала то, чего мне хотелось, шла на поводу у своих чувств и желаний! Думаю, ничего подобного в ближайшее время не повторится, но почему-то хотелось быть заранее подготовленной, поэтому я не придумала ничего лучше, чем посмотреть порно.