Девятая невеста

– Надеюсь, дорога не показалась утомительной? – вежливо спросил он, а я еле удержалась, чтобы не дернуть бровью.
Контрольный вопрос? Интересно. Пожалуй, усложню лакею задачу, но не из вредности, а из чистого любопытства. Больно много хорошего говорят о королевской прислуге. Мол, кого попало в замок не берут, все они особенные, чуть ли не избранные, а некоторые даже поумнее знати.
Я взглядом приказала Марьке молчать, дабы не давать подсказки. И надо же! Лакей не разочаровал. Выбрал самую нарядную леди, и пригласил проследовать за ним, а меня – девку – отправил разбирать мое же барахло.
– Слушаюсь и повинуюсь, – пряча улыбку, я склонила голову и поспешила удалиться.
Конечно, мне было жаль Марьку, но лакей сам виноват, что не заметил надорванное кружево на ее рукаве и не впечатлился моим нарядом. Между прочим, очень хорошим: скромным, без рюшек и украшений, темно-синим, почти черным платьем – скорбным, как я назвала его перед отъездом.
Свято веря, что бояться нечего и Марьку никто не посмеет обидеть – служанка же ни в чем не виновата, просто случилось недоразумение, а недоразумения не принято решать плетью или топором. По крайней мере, без моего ведома. К тому же лакею будет полезный урок, чтобы впредь был внимательней, а принц вдруг передумает жениться и отправит меня домой со словами, мол, такая проблемная невеста мне нужна. Я обогнула замок по кольцевой тропе и вышла в прекрасный сад из цветущих деревьев, которые, по слухам, не переставали радовать своими красками даже зимой.
Ветер шелестел зеленой листвой, голубыми лепестками глициний, розовыми бутонами рододендронов и желтыми гроздями мимозы, а по гибким веткам прыгали маленькие птички и радостно щебетали песенки. Волшебное место. И достойное для апогея хаоса, когда все сообразят, что Марька – служанка, и начнут искать меня – настоящую невесту принца.
Опустившись на белую скамейку рядом с кустом жасмина, я вдохнула его сладкий аромат и достала из потайного кармашка маленькую и немного потрепанную книгу. Это первая сказка, которую подарил мне папенька, моя самая любимая. В ней рассказывалось о младшей дочери короля, которую изуродовала проклятием старая ведьма. Отчаявшись, одинокая и разбитая девушка решила утопиться, потому что более не надеялась обрести счастья, но ее спас молодой рыбак. Он-то и разглядел в отражении воды истинную красоту принцессы, влюбился и разбил злые чары. Так бедняк стал богачом, а дева первой красавицей королевства – счастливый конец. Вот бы и меня кто-нибудь спас. От принца. Пришел и подарил свободу…
– Добрый день, – вдруг раздался бархатный голос мужчины.
Совсем рядом! От неожиданности я вздрогнула и чуть не выронила книгу, чьи страницы так ни разу и не перевернула.
 
Глава 2
Нарушителем моего спокойствия оказался мужчина удивительной красоты, одетый в изумрудную мантию и в цвет ей штаны и рубаху с золотистой вышивкой. По его плечам струились золотые локоны, а небесно-голубые глаза и улыбка светились необычайным теплом, быстро отогрев мои побледневшие от испуга щеки.
– Добрый… – запнулась я, потому что не знала, как обратиться к незнакомцу.
Он точно не принц, но стати и привлекательности ему не занимать. Тонкие черты лица, прямая спина, широкие, сильные плечи. Одежда сшита из дорогой ткани, а в золотом медальоне на шее блестел внушительных размеров рубин. Так кто же он?
– Арон, – представился незнакомец, когда мое молчание затянулось, и склонил голову в легком поклоне. – А вы?
– Марька, – соврала я, не моргнув и глазом, и растерянно залопотала, подыскивая себе хоть какое-то оправдание, почему здесь нахожусь: – Хм… Я тут… Это…
Захотелось просто встать и уйти, чтобы не позориться своим блеянием, ибо мысли вдруг куда-то в панике разбежались. А дабы душа оставалась спокойной – убедить себя в том, что Арон мне привиделся и разговаривала я с иллюзией. Но Арон не иллюзия, и выглядеть еще глупее, чем сейчас мне не хотелось, поэтому я все-таки стиснула волю в кулак, собрала остатки мыслей и «блестяще» закончила речь:
– Сижу.
Да! Просто «прекрасно» ответила, и главное – ни капли лжи. Я, правда, сидела, хоть и не должна, потому что представилась служанкой. А слугам положено приветствовать господ стоя и в поклоне. Прощай моя гордость!
– Простите, ваша…
Кто? Светлость? Милость? Уважаемость? Без разницы, что нет такого титула. Я приготовилась ляпнуть все что угодно, лишь бы перестать молчать. Забыла и еще раз вспомнила, что надо бы встать, но, когда попыталась вскочить на ноги, Арон остановил меня взмахом руки:
– Арон. Просто, Арон.
Он указал на место рядом со мной и поинтересовался:
– Здесь свободно?
Все еще сгорая от стыда, я кивнула и немного насторожилась. Арон назвал имя, но не титул. Это необычно. Еще никто не отменял господского снобизма: каждый граф, герцог и даже простой барон всегда стремились напомнить окружающим о своем превосходстве и похвастать титулом. Так в чем же подвох?
– Слугам негоже называть господ по имени, – решила я «прощупать почву» и выяснить положение Арона в обществе аристократии.
– А вы – служанка? – удивился Арон.
Он обошел меня и присел рядом на скамейку, а я глубже вдохнула аромат, что принесло дуновение ветра. Легкий цветочный шлейф с древесными нотками интриговал, щекотал ноздри и дразнил своей притягательностью. Отчасти даже напомнил мне дом, где в столовой и кабинете папеньки всегда пахло травами или целебными настойками.
– А вы – господин? – так же уклончиво поинтересовалась.
– Для кого-то да, – небесно-голубые глаза Арона сверкнули озорством. – А для кого-то нет.
Его взгляд внимательно меня изучил, а я смутилась и вновь уткнулась в раскрытую книгу, где одну страницу занимала большая иллюстрация мужчины с девушкой на руках, возле озера. Жар на щеках стал чуточку сильнее, когда голос Арона прозвучал до бесстыдного близко и накрыл меня бархатистой волной:
– Красавица.
Я невольно вздрогнула и чуть слышно выдохнула: «Ох». Сердце заколотилось. Этот комплимент, он… Такой внезапный. Такой прямолинейный. Такой…
– Отличный выбор, – глядя в мою книгу, кивнул Арон. – Чудесная сказка, достойная девичьих очей.
Он откинулся на спинку скамейки, а я чуть не застонала от собственной опрометчивости. Точно! «Красавица» – всего лишь название сказки, но, одурманенная обществом мужчины, я совсем об этом позабыла. Эх, Цесса-Цесса… Правильно папенька говорил, когда сердился: «Нет у тебя ума в голове, только дерзость и опилки!»
Я сухо сглотнула. Да, Арон точно не из простых людей и дело здесь не только в титуле. Он сидел на расстоянии вытянутой руки, но чувствовался до неприличия близко. Вольностей не позволял, но очаровывал. И вопросы каверзные задавал!
– Давно прислугу учат грамоте?
Он вздернул изящную бровь, а я слишком громко для наигранной невозмутимости захлопнула книжку и заметила: