С любовью из Новой Атланты!

Правосудие правосудию рознь. Иногда они хотят, чтобы ты страдал. Некоторым нравится быть в тюрьме, так и говорят “это уже моя шестая ходка, я тут как дома. И кормят бесплатно”. Там было трехразовое питание.
С первого дня в тюрьме я начал писать музыку. Поначалу у меня не было ни ручки, ни карандаша, я просто пел, запоминал слова и мелодию. Затем перевели в камеру получше, где меня хорошо приняли. Там я познакомился с хорошими людьми, но не стоит думать, что ты можешь понравиться всем в тюрьме. Там всегда будут люди, которым ты не нравишься. Не у всех там в порядке с головой, и это обычное дело.
В моей новой камере я достал ручку, тетрадь и начал писать. Иногда я делал концерты и выступал перед публикой. В камере нас было одиннадцать, в том числе молодые парни от восемнадцати. Комната была довольно большой, с окном. Мы вставали у двери, другой парень задавал бит голосом, а я пел. Быстрые и медленные песни, грустные и веселые. Я видел удивление в глазах сокамерников, они наверняка думали “С нами мотает срок настоящий черный? Он тут музыку пишет, а нам, типа, “весело?”. Я знал, что на меня смотрели через видеокамеры, я чувствовал, что “all eyes on me” [8].
Мы же были в тюрьме, так? Нам больно, от того, что нас лишили свободы, но, когда я там появился, чувства запертых со мной людей изменились. Нам стало легче коротать время, развлекаться и делать вместе музыку. Потом появился еще один парень, который начал писать музыку. Надеюсь, он скоро выйдет. Юнец, как и я сам. Я просто внес позитивные вибрации в камеру, это сумасшествие, бро. Так началась моя музыка, и она понравилась людям!
Песню “Bank Roll” я написал именно там, шесть месяцев назад. Лежал на койке и напевал. Эта песня о моей бывшей, из-за которой я угодил в тюрягу. Мелодия и слова просто рождались внутри меня, и когда сосед по камере услышал, то сразу сказал “Воу-воу, эта мелодия отпад! Ты должен написать песню целиком”. Я записал эту песню в тетрадь, и с тех пор каждый день эта песня была гимном моей камеры. Все напевали ее, сохраняя положительный настрой. Самая забавное, что моя тетрадь с записями осталась там. Я даже не думал, что в один день покину камеру и больше туда не вернусь.
Первый куплет песни Bank Roll о моей первой любви. Второй куплет о женщине, которая хотела засадить меня за решетку. “She’s just like Frodo, who don't wanna ring”, Она любила тусить на вечеринках и не хотела замуж, не хотела надевать кольцо. Считала себя слишком молодой. Вся музыка, которую я создаю, связана с моей жизнью, с тем, что произошло со мной.
Не быть удовлетворенным одной девушкой – это проблема, бро. Это нормально для мужчины. Я не знал, что есть такой бизнес, когда женщины лгут и отправляют людей в тюрьму за деньги! Эта хрень чуть не подвела подо мной черту. Если бы не музыка, бро, я был бы мёртв. Мне могли впаять двадцатку! Даже отсидеть год в тюрьме – это ад. Один ёбаный день в тюрьме, и ты можешь убить себя. Я знаю, о чем говорю. Ты вынужден находиться в месте, где не хочешь быть. Люди будут выводить тебя намеренно. Ты можешь подраться с кем-то, но через минуту вы снова будете друзьями, а завтра подеретесь снова. Все дерутся в тюрьме, это как бойцовский клуб каждый день. Каждую проблемную ситуацию, в которую я попадал, я старался перевести в музыку, и как-то раз я написал о драке. Песня получилась агрессивной, жесткий рэп. Парень, с которым я дрался, качал головой в такт и не знал, что я пою о нашем мордобое.
Сейчас люди не воспринимают меня негативно. Когда я только сел, обо мне поначалу писали плохие вещи, потому что не знали, какой я на самом деле. Они не знали всей ситуации. В тюрьме никто не ставил под сомнение мою невиновность, местные сразу поняли, что студент из далекой страны попал в ловушку. Вся правда всплыла после эфира на федеральном ТВ, в передаче “Правда или действие”. Специалисты в прямом эфире проверили обвинения против меня на детекторе лжи. Мои друзья на свободе, и я вместе с сокамерниками смотрели этот выпуск по телевизору в прямом эфире. И правда всплыла, ведущий сказал – “Он этого не делал, ты все врешь!”. Через 10 дней меня освободили, потому что все узнали правду. Так я получил свою свободу.
 
Часть 2. Легендарное дерьмо
 
Запись 11, 04:21 – Друг, любовь и работа
За год до фестиваля, я понял, что пора создавать свое агентство. Все, что у меня было – будущее название, опыт организации мероприятий на несколько тысяч человек, связи и уверенность в собственных силах. Еще бы, ведь рядом со мной была ОНА – любовь всей жизни, надежда и опора, ради которой я был готов на самые безрассудные поступки. Я рассказал ей о планах насчет агентства, предварительно спросив, готова ли она к тому, что я перестану получать зарплату. Все-таки работа на себя – это бег в колесе без возможности остановиться и перманентное отсутствие денег в период развития. Я спросил у нее разрешения, спросил, готова ли она к этому, верит ли в меня? Она сказала, да.
Трезво оценив свои возможности, я понимал, что не вытяну в одиночку и лучшим партнером мне виделась Полина.
Мы познакомились когда она курировала развлекательную зону местного интернет-провайдера во время хоккейных матчей. Спортивный клуб предлагал городским компаниям и бизнесменам бесплатно размещаться в фойе ледовой арены во время игр. Ради доступа к восьмитысячной аудитории она веселили народ призами и конкурсами, а клуб получал довольных посетителей. С точки зрения организации, зона Полины всегда была безупречна – локация готовилась в срок, посетители были счастливы. Отдельная фотозона, ростовые куклы, девушки-модели, конкурсы, призы и прочее по полной программе. Во многом это дело бюджета, конечно, но нужно уметь грамотно им распорядиться, чтобы собрать толпу.
Мы сдружились, проводя много времени в кальянных и ресторанах, которые администрировала Полина. В одном из таких заведений под названием “Solo-gay” мы справляли день рождения моей возлюбленной, там-то я и предложил организовать агентство. Профессиональные навыки и черты характера Полины идеально дополняли мои недостатки. Она ничего не забывала, была ответственна, пунктуальна, расчетлива, коммуникабельна, доброжелательна и легко заводила новые знакомства. Я же частенько витал в облаках, был забывчив, временами безответственен, нелюдим, излишне принципиален и слишком независим от чужого мнения.
Полина сразу согласилась и, уладив дела, присоединилась к агентству “Дёготь”. Мы проработали около года, пока не случился фестиваль и пандемия. Поначалу было тяжело, мы ошибались, набирались опыта, перебивались от одного клиента к другому и брались за все подряд. От пиара жутковатого художника до рекламы женского белья, кинотеатров, алкоголя, канцтоваров, оборудования для полива газонов и пойла из ростков пшеницы. Держаться на плаву Полине помогал муж, мне – #сисьверг.
Помимо всех прочих достоинств Полины, судьбоносным стало ее граничащее с наивностью дружелюбие. Благодаря этому качеству она познакомилась со звездой ютуба “Морнингстаром” на открытии бургерной “Кора Елдыз Бургерс”. В те времена Морни только готовился сесть на хайптрэйн и мог себе позволить бесплатно тусить в лучших заведениях города на взаимовыгодных условиях. На таких же условиях Полина договорилась представлять от агентства услуги Морни в Новой Атланте. Уже тогда самая “дешевая” рекламная публикация в его сториз стоила несколько сотен тысяч, а интеграция на YouTube-канале превышала пол мульта. Мало кто из местных рекламодателей мог себе это позволить, но судьба привела нам именно такого.