А может по-соседски?

Мне не верилось, что я действительно это слышала. Но вариантов было всего два ― либо согласиться на эти три недели и гарантированно получить свой автомобиль в срок. Либо выложить кучу денег за срочность и каждый раз бояться, что Жук снова заглохнет по пути на работу.
Кивнула, понимая, что мужчина ни в чем не виноват. И от того, что я наору на него, как чокнутая, моя машина не заведётся. Лишь заработаю себе ещё больше проблем. И окончательно испорчу настроение.
– Спасибо. Если вдруг что―то изменится ― сообщите.
– Непременно.
По пути к остановке вновь достала из сумочки смартфон. Где―то в глубине души надеялась, что удача всё―таки мне улыбнется, но головой понимала, что очень вряд ли. Увы, вторая вновь оказалась права. Билетов ни на самолет, ни на автобус не было. От слова ― совсем. Все вокруг будто бы сговорились, пытаясь помешать мне уехать домой. А, может быть, действительно, сговорились?
Усмехнулась собственным предположениям.
Ну вот, и что же это, как не паранойя?
Всю дорогу до дома думала, как мне быть. Но то ли мозг отказывался соображать, то ли я даже и не пыталась ― так ничего и не придумала. Уже у двери машинально полезла в сумку, и лишь после вспомнила, что потеряла ключи. Но не это было самое паршивое. Самое паршивое было то, что те самые запасные ключи, которые я занесла мистеру Блэкли на тот самый «пожарный случай», который только что настал, я взять не могла. Потому что смотрителя не было на месте, а записка, висевшая на двери, дала понять, что до утра и не будет. И теперь я совершенно не представляла, как мне быть.
Придя к мысли, что этот день просто не мог кончиться ещё дерьмовее, спустилась по стенке и осела на пол. Раньше я бы ни за что не сделала это в костюме за тысячу долларов, но сегодня мне было плевать.
К чему бездомному деловые костюмы? Тем более за тысячу долларов?
Верно ― ни к чему.
Вот и мне, получается ― ни к чему…
Я нервно усмехнулась, понимая, что несу полнейшую околесицу. И что моя проблема решается на раз два, стоит лишь позвонить. Но вся беда была в том, что я не знала нужных номеров. Мой справочник был за дверью, которую я не могла открыть. А человек, к которому я могла обратиться за помощью, просто―напросто отсутствовал в городе.
Фантастика! Ничего не скажешь!
– Саманта?
От знакомого голоса я даже на мгновение опешила.
Показалось что ли? Неужели брежу?
Хотя, вроде не должна…
– Сэм? ― Повторил голос, и я подняла голову.
– Терренс? Какого черта ты здесь делаешь?
– Забавно. ― Усмехнулся он, протягивая мне руку. ― Но хотел спросить тебя о том же.
– Я… потеряла ключи. ― Было стыдно признаваться, но пришлось.
Другие объяснения казались мне ещё более глупыми.
– А запасные ты, конечно же, смотрителю отдать забыла?
– Я…
– Ясно. ― Вновь усмехнулся Терренс. ― А здесь зачем сидела? Рассказала бы всё Рихарду, он бы помог.
– Эээ… ― это был тот самый случай, когда я действительно не знала, что сказать.
И правда ― почему я не обратилась к мистеру Блэкли?
– Ясно. ― Вновь насмешливо повторил он. ― Ты просто хотела, чтобы тебя спас именно я.
Фыркнула.
– Что за бред, Хардинг, ты себя слышишь вообще?
– Да. И я с собой согласен.
Снова фыркнула и закатила глаза.
– А своему этому палковводцу почему не позвонила?
Я вновь зыркнула на него.
– Я просила тебя не называть так Элиота.
– Просила. Но я не смог удержаться.
Закатила глаза, а затем вдруг поймала себя на странной мысли. И она мне не понравилась.
Почему из всех возможных вариантов спасения я думала только о Терренсе? Почему не подумала об Элиоте? Ведь это было бы логично, учитывая, что я хотела, чтобы между нами что―то было.
Хотела ведь?
– Ладно, пойдем.
– Что? ― Переспросила, моргая и поднимая на него глаза.
– Пойдем, говорю. Не будешь же ты здесь всю ночь сидеть. ― Я хотела было ответить, но он меня опередил. ― Нет, конечно, если мысль провести эту ночь с мистером Блэкли кажется тебе более привлекательной… настаивать не буду. ― Затем он подошел чуть ближе и тихо сказал. ― Но предупреждаю ― он сильно храпит по ночам.
Боже, одному Богу известно, как я не выносила храп! И, если до этих слов я ещё сомневалась, то теперь была уверена, что лучше проведу эту ночь в постели Терренса, чем буду мучиться от бессонницы. Ну… не совсем конечно в его постели. Точнее, может быть, и в его ― да, скорее всего, в его. Но без него.
– Идешь или нет? ― Крикнул он мне у двери, и я подорвалась.
Странно. Но здесь ― в квартире Хардинга ― я не чувствовала себя неуютно. Стены не давили и казались приветливыми. Свет был теплым, а мебель ― мягкой. Мне было хорошо в его доме. И это также пугало.
– Голодна? ― Спросил он, и я вновь сморгнула.
Собиралась соврать, но быстро осознала, что Терренс поймет. Он всегда понимал.
– Немного, ― призналась, и он кивнул.
– У меня есть макароны и много сыра.
– Я люблю макароны. ― Улыбнулась. ― Особенно, когда в них много сыра.
– Значит, будут макароны с большим количеством сыром.
Удобно устроившись на барном стуле, я наблюдала за тем, как Терренс готовил. И это было восхитительно. Терренс ― был восхитителен. Такой спокойный, расслабленный и… восхитительный. Я никак не могла отделаться от мысли, что всё, что он делал было восхитительно. И, кажется, отделаюсь ещё не скоро. Его движения были легкими и уверенными. Он ловко справлялся со всем, за что брался. Конечно, чтобы сделать макароны с сыром особого кулинарного таланта не нужно, но для меня уже и это было восхитительно. Учитывая, как не восхитительно я готовила.
Вот так вот, смотря на Терренса, который чувствовал себя на кухне, как рыба в воде, периодически играя своими мышцами из―под утягивающей их футболки, я почти полностью потеряла связь со своим мозгом и спросила:
– Почему ты вернулся? В смысле, так рано. Я думала, ты приедешь только на следующей неделе.
– Я тоже. Но обстоятельства изменились.
– О. ― Это было всё, что я смогла сказать. А Терренс не собирался как―то это комментировать.
Но по его взгляду я поняла, что что бы не случилось, это его не совсем устраивало.