Училка и медведь

Я мнусь на месте, отчаянно желая провалиться сквозь землю. Так откровенно мне в лицо при общении ещё не плевали.
— Мама, можно тебя на минутку? - грозно произносит Богдан и кивает матери головой в сторону кухни, а потом обращается ко мне. - Белочка, ты пока проходи, располагайся. Я на пару минут. Ванная там, спальня прямо по коридору.
Я киваю, снимаю куртку и иду в ванную в указанном направлении, чтобы вымыть руки. Чувствую себя не в своей тарелке, конечно. Неудобно.
Стараюсь не прислушиваться к разговору на кухне. Включаю кран и подставляю кисти под горячую воду, пытаясь согреть их.
В зеркало замечаю, что тушь подтекла, пока я спала, хоть я и специально нанесла водостойкую. И она, зараза, ни водой, ни мылом нормально не отмывается. Тёмные пятна так и остаются под глазами.
Я иду в коридор и пытаюсь извлечь из своего чемодана косметичку со средством для снятия макияжа, ну и таки цепляю отрывок разговора на кухне.
— Ты женат, Богдан! Это блядство - притащить домой непонятную девку!
Внутри всё начинает вибрировать от злости и восставать против такого отношения. Эй, женщина, я тебе что-то плохое сделала? Ты даже не знаешь меня, чтобы называть так!
Уйти, конечно, я уже заставить себя не могу, хотя бутылку с мицеляркой откопала.
— Мама, я тебе уже объяснил! - Богдан отвечает жестко и на повышенных тонах. - Карина - не девка. Она. Моя. Девушка. Понятно? Невеста. А с Ириной мы разводимся, я поймал её на горячем - на чужом члене, если ты не забыла.
— Все ошибаются, Богдан. И Ира тоже ошиблась. Серьёзно, да, но она очень сожалеет! Буквально убивается!
Вот так заявочки! Другая бы глаза выцарапала невестке за измену любимому сыночку, а эта женщина пытается оправдать изменницу. Вот так свекровь.
— Вся не убьется. Другого себе быстро найдёт.
— Да не хочет она другого, как ты не понимаешь! Тебя любит!
— Мам, я понимаю, что она дочь твоей лучшей подруги, и ты хочешь, чтобы всё было как прежде, но так не будет, - отрезает Медведь. - Я Ире не верю. И не люблю больше. Теперь я люблю Карину, и у нас скоро появятся дети.
Сердце начинает биться так оглушительно, что я перестаю следить за разговором, который, по сути, подслушиваю. Кровь бросается к щекам, заставляя их буквально запылать.
«Теперь я люблю Карину»
Он даже не мне признался, а своей матери.
Может, просто выразился так, может сказал ей, чтобы не приставала с разговорами о бывшей, но меня зацепило. И ощутимо так.
Я зависаю в своих мыслях и не успеваю поймать момент, когда разговор на кухне затихает, и Богдан с матерью выходят в коридор. Вроде бы ничего такого, но я чувствую себя так, будто совершила преступление и меня поймали на горячем.
Ещё и эти недомытые подтёки под глазами.
Его мать осматривает меня снова с головы до ног уже другим взглядом, но не более тёплым. Выразительно задерживается на животе, отчего мне интуитивно хочется прикрыть его руками.
— Тебе вызвать такси, мам? - спрашивает у неё Богдан, недвусмысленно намекая, что ей пора восвояси.
— Сама справлюсь, - отвечает она холодно, но снисходительно позволяет ему подать ей на плечи пальто.
Женщина обувается и, подчеркнуто попрощавшись только с сыном, а меня даже не удостоив взглядом, будто я пустое место, уходит.
Медведь закрывает за ней дверь и поворачивается ко мне со вздохом. Морщится, глядя чуть виновато.
— Ты, конечно, всё слышала…
Я киваю и делаю шаг к нему.
— Мне жаль, Белочка, - начинает немного смущенно оправдываться. - Моя мама… она всегда со своим мнением… Любит причинять мне заботу.
Я снова киваю и делаю к нему ещё один шаг.
— Но это ничего не меняет, понимаешь? Для нас и для горошинок.
Видно, что разговор его смущает. Большой и сильный медведь растерялся, как привести в одну плоскость двух женщин в своей жизни - мать и … девушку? Любовницу?
Он сказал «невесту»
Рано для нас обоих для таких определений. Потому что опыт уже…
Я подхожу у нему вплотную, но не прикасаюсь, поднимаю глаза и говорю то, что нахожу у себя внутри. С удивлением для себя, даже внимательно присмотревшись сначала.
— И я тебя тоже.
    
25
Богдан 
— Слушай, Костян, хорош водяру жрать, - смахиваю стакан со стола друга и выливаю виски в урну.
— Да, мамочка, ты права, - кривляется Макарский и откидывается на кресле, прижимает запястья к глазам и трёт.
Не спал, видимо, снова. Точнее, бухал в офисе всю ночь, пялясь в стену или Катькины фотки в телефоне.
— Костя, ты похож на говно, давай уже соберись, - швыряю ему в рожу полотенце, брошенное на кожаный диван, и киваю в сторону двери в душ.
Хочется сказать «это всего лишь баба», но ведь это не правда. Для Костяна Катерина оказалась не просто «всего лишь». Влюбился друг.
— Лине вчера операцию сделали, - сообщает Макарский. - Грудь полностью отняли. Звонил вечером, она вроде бы держится. Говорит, сиськи всегда мечтала большие сделать, теперь повод есть.
— Лина как всегда, - смеюсь, усевшись на диван. - Выберется. Обязана.
С Линой у Костяна своя история. Познакомились они ещё в детстве, поженились рано. Потом остыли чувства, так бывает. Лина нашла себе инженера-задрота, помешанного на науке. Все были в шоке, как такая шикарная женщина, как Эллина, связалась с таким додиком. Лина из тех богинь, на которых смотрят с восторгом и трепетом, а этому, кажется, по фиг, главное формулы.
С Костей они так и не развелись официально, продолжая дружить периодически во всех плоскостях. Всех троих всё устраивало.
Рак у Лины обнаружили несколько недель назад, а затрот поплакал и пожал плечами. Поддержка легла на Костю, вот тут Катюха узнала, что брак ещё официально не разорван. Точнее она просто узнала про брак. И ушла в закат.
Косяк Костяна, да, но что уже есть. Факт - ему херово без девчонки. Сильно хреново.
— Ты нашёл что-нибудь?
— Костя… - разговор, похоже, сложноватый получится. - Пока не нашёл, но… ты уверен, что искать надо?
— В смысле? - сдвигает брови и смотрит набыченно.
— Без смысла. Я уже тебя спрашивал, что ты собираешься делать, когда найдёшь девчонку?
— Объяснюсь для начала.
– Костя, а что именно ты скажешь? Разве ты ещё не женат? Не думаю, что Катерина станет тебя слушать.
– Тогда что ты предлагаешь? - кладёт локти на стол и вперивается в меня взглядом.
– Оставить её в покое.