Тайна Моники Джонс

Нужно срочно обсудить все с девочками. Я уверена, каждой из нас есть что сказать. Самое время выразить словами то, что происходит у каждой из нас внутри.
Я увидела Монику еще до того, как она заметила меня, – положив подбородок на коленки и обняв сама себя, она сидела на ступеньках у крыльца, грустно глядя куда-то перед собой. Сердце защемило от этой картины, и я, ускорив шаг, уже через пару секунд приблизилась к лужайке ее дома. Моника подняла голову, и ее красивое лицо озарилось мягкой улыбкой. Вскочив, она подбежала ко мне и, преодолев в два прыжка расстояние между нами, нырнула в мои объятия. Но тут же отстранилась, тревожно вглядываясь мне в глаза:
– Как прошло? Как ты?
– Нормально… а ты?
– И я…
И мы разрыдались, цепляясь друг за друга, словно за спасательный круг. Она вытирала мне слезы, они вновь бурным потоком лились из глаз, я перебирала ее черные длинные волосы, пока она не перестала всхлипывать. Родной, считай, сестринский запах Моники вскоре подействовал как глоток из волшебной чаши успокоения.
– Мне так жаль, что тебя не пустили, Моника!
– Мне тоже, – усаживая меня рядом возле себя на ступеньки, ответила она. – Где девочки?
– Анна поехала домой спать. Договорились созвониться после обеда. Кэтрин забрали родители, я даже глазом моргнуть не успела…
– Что-то случилось? – казалось, нервы Моники были на пределе.
– Не знаю… на звонки она не отвечает, попробую набрать еще позже.
– А как все… ну, как прошли сами похороны?
– Все прошло… спокойно… мистер Роуз пообещал позвонить твоим родителям насчет наказания. Посчитал его несправедливым. Нас он не винит, – тихо добавила я, но почему-то после этих слов почувствовала себя еще более виноватой, чем прежде.
Моника принялась нервно дергать шнурки своих конверсов.
– Не знаю, что он сказал маме, но это впервые в жизни подействовало, и наказание снято раньше времени. Вспомни предыдущие разы: ни родители Кэтрин, ни твоя мама, которую мои всегда выделяют, ни даже мистер Ньютон со своим авторитетом не могли переубедить родителей, если я уже была за что-то наказана… а тут один звонок от мистера Роуза, и все.
Я быстро облизнула пересохшие губы.
– Но ведь не это самое странное. Ты знаешь о том, что он закрыл дело об убийства Эмбер?
– Да, черт возьми, и знаешь что…
Тут входная дверь за нашими спинами медленно отворилась и показалась мама Моники с подносом, на котором стояли два прозрачных стакана, наверняка с ее фирменным имбирным соком.
– Здравствуй, Элисон, – сохраняя безупречную осанку, она передала поднос Монике, – как ты?
Повинуясь какому-то отчаянному порыву, я ответила, глядя прямо в ее глаза, они были бы отражением Моники, не будь в них столько холода:
– Как подруга девушки, которую не пустили на похороны лучшей подруги.
Сказав это, я тут же прикусила язык. Но на удивление миссис Джонс только широко улыбнулась.
– Что ж, я всегда говорила – вы с Моникой чем-то похожи. Твоя дерзость напоминает мне дочь, в такие моменты я понимаю, что вы похожи больше, чем на первый взгляд, не зря дружите с пяти лет.
Моника откинула волосы назад, явно довольная сравнением. Я же в который раз в своей жизни попыталась понять, нравится мне ее мать или нет. Ей было уже за пятьдесят – Моника единственный и поздний ребенок в семье. Выглядела миссис Джонс роскошно – в дорогом черном платье немного ниже колен, с бусами из жемчуга на шее и элегантно уложенным каре она походила на истинную железную леди, и стоит признать, работа в сфере политики на протяжении двадцати лет ее такой и сделала. А вот мистер Джонс выходил из дома редко, предпочитая пить ромашковый чай и разгадывать кроссворды. Он работал вместе с женой, на его характере это отразилось не так категорично, вот только к Монике отношение у них было одинаковое – излишне строгое и крайне прохладное. Монику это уже не так задевало, как раньше, она лишь неопределенно пожимала плечами, когда что-то касалось ее родителей. Меня же это сильно озадачивало, я росла в нескончаемой материнской любви, и такое равнодушие к своим детям меня поражало.
– Я пойду в дом… или Элисон хочет еще раз мне нагрубить? – улыбнулась миссис Джонс.
Я не чувствовала за собой особой вины, но предательский румянец все-таки появился на моих щеках.
– Эм… простите… можно, Моника переночует у нас? Не хочу сегодня оставаться одна, да, думаю, и она тоже…
Миссис Джонс внимательно посмотрела на меня, а после сказала:
– Да.
Больше ничего не добавив, она зашла в дом. Моника облегченно вздохнула и побежала наверх, чтобы захватить кое-какие вещи, я же осталась на крыльце допивать имбирный сок.
Мы успели прийти ко мне домой прежде, чем в Эмброузе начал моросить дождь. Тучи повисли над городом, создавалось впечатление, будто уже начало темнеть. Мрачные сиреневые тени создавали дымку безысходности – солнцу, казалось, уже не бывать.
– Здравствуйте, мисс Блэк.
– Здравствуй! – кивнула мама и скрылась на кухне.
Моника, переминаясь с ноги на ногу, неуверенно смотрела туда, где она только что стояла.
– Элисон, а твоя мама не против?..
– Она сама предложила тебя позвать, – тоном, не терпящим возражений, ответила я, и мы поднялись в мою комнату.
Я еще пару раз позвонила Кэтрин – безрезультатно.
Кинув рюкзак на кровать, Моника подошла к окну и, обняв себя за плечи, сказала:
– Твоя мама очень хорошая, правда.
– И именно поэтому она недовольна моим общением с Алексом, – хмыкнула я, садясь на один из пуфиков у окна.
Моника обернулась, моргнула один раз, второй и, усевшись напротив меня, с подозрением спросила:
– Это ты сейчас о чем?
Вздохнув, я в двух словах рассказала о ссоре.
– …что очень обидно, несправедливо с ее стороны так делать, тот же самый Алекс подошел сказать слова поддержки, а она нашла время меня поучать…
В этот самый момент мама зашла в комнату и поставила на подоконник возле нас чашки с кофе.
– Благодарю, мисс Блэк, – сказала Моника, сразу взяв одну и отхлебнув. Ее глаза тут же в удивлении расширились.
– Капелька вишневого ликера Эмброуза еще никому не причиняла вред, – подмигнула нам мама, выходя из комнаты.
Я с улыбкой закивала головой и, взяв чашку, принялась греть ею свои ладони.
Моника продолжала еще некоторое время смотреть на дверь, за которую вышла моя мама, потом неуверенно спросила:
– Может, она просто переживает, чтобы у тебя не сложилось так, как у нее? Мисс Блэк замечательная, независимая ни от кого женщина, но ведь поначалу ей наверняка пришлось несладко…