Колледж волшебства. Пробуждение крови

    
ГЛАВА 5. Первый знак отличия
Самые горькие слезы мы проливаем из-за слов,
которые так и не были сказаны.
И из-за поступков, которые так и не были сделаны...
 
– Кира, не важно, что ты слышала, – он покосился на лестницу и тяжело вздохнул, – важно лишь то, что это должно остаться в тайне.
– Все, что вы скажете, останется между нами. Даю слово ведьмы.
В это же мгновение я почувствовала, как вокруг шеи обвивается тело магического духа, на котором теперь лежала ответственность за сохранность чужой тайны. Слово Ведьмы – это своеобразная клятва, нарушение которой карается очень жестоко. Магические оковы заклеймили на обет молчания… И я буду молчать.
– Я рад, что ты осознаешь всю серьезность ситуации. Это началось год назад. На учебные заведения с военно-магическим уклоном совершались нападения. Были жертвы. Каждый раз погибали одаренные ученики и учителя. И что самое странное – силовые барьеры всегда оставались нетронутыми, словно враг был внутри.
– Но почему об этом не писали и не говорили?
– Это вызвало бы панику среди населения. Поэтому все эти случаи были замяты, а все следы – стерты. Пару месяцев все было спокойно, но неделю назад опять произошло нападение. Наш колледж не попадает в зону риска, но преподаватели все равно хотят оградить студентов от опасности.
– Убирают магов определенного направления?
– Им нужны только стихийники.
От этого откровения мороз прошелся по коже. Значит, я – потенциальная мишень для… Кстати, а для кого?
– У Следаков есть хоть какие-то зацепки?
– Об этом мне не известно. Министерство не разглашает результаты расследования.
– Джон, а что за люди здесь были? Мне показалось, что я знаю их.
– Седовласый мужчина, господин Эннонс – председатель совета по магической защите.
– Точно! Я видела его снимок в газете.
– Молодой человек в мантии – Джереми, – сын господина Эннонса, магистр высшей магии и один из министров по делам с общественностью. Второго юношу ты вряд ли знаешь.
– И все же?
– Любопытство до добра не доводит, – усмехнулся профессор, но все же ответил. – Это Ксандр Блекблуд, наследник двух древних династий: двуликих и вампиров.
– Но разве такое возможно? Между ними ведь вражда.
– Он единственный в своем роде и сильнейший из обоих миров. Давняя история, я уже и не помню всех подробностей. Парень работает на правительство, проводя различные спецоперации и охраняя высокопоставленных лиц. Можно сказать, что он наемник, причем, один из лучших.
– Спасибо за честность, Джон. Надеюсь, Мерхолл не заинтересует нападающих.
– И я, – вздохнул преподаватель. – Ладно, уже поздно. Ты пойдешь или посидишь с Хвостиком?
– Я побуду с драконом. Спокойной ночи, профессор.
– Доброй ночи, любопытная девочка.
Когда я вернулась, комната была убрана, а Анна лежала на кровати и читала книгу.
– Как прошел вечер? – поинтересовалась невзначай, стягивая кофту.
– Чудесно! Спасибо, что дала нам побыть вместе. Я у тебя в долгу. А теперь рассказывай, как прошло твое свидание!
 
***
Ночное небо освещало огненное зарево. Жадные лепестки пожирали город у подножья горы. Я стояла у обрыва и смотрела на бегущих прочь существ, заранее зная, что у них нет ни единого шанса на спасение. Вокруг меня летали демоны и жуткие твари, название которых я даже не знала. Но странным было то, что я чувствовала себя здесь своей. Лютая ненависть и злоба, угнездившиеся в груди, застилали глаза кровавой пеленой, выжигая из сердца все светлые чувства. Я слышала крики людей, и это доставляло удовольствие. Все было поглощено тьмой...
Тихий голос на задворках сознания, почти шепот, привлек мое внимание, заставляя обернуться. Среди толпы теней и призраков стоял он – Ксандр Блекблуд.
– Ты не одна из них, – шептал он мне. – Пойдем со мной, твое время еще не пришло.
Я приняла протянутую руку, и все темные чувства исчезли разом. Он прижал моё дрожащее тело к теплой груди и стал продвигаться вперед, отбиваясь от призраков, пытающихся вырвать меня из его объятий.
– Сила – это свет. Не дай тьме овладеть тобой.
Мы шли все быстрее и быстрее, пока не оказались на большой зеленой поляне, залитой солнечным светом. Я отпустила его и огляделась. Все было таким прекрасным, что даже захватывало дух. Сев на траву, я подставила лицо солнцу.
– Какая разница между светом и тьмой? – тихо спросила я. – Одно часть другого. Свет и тьма лишь две стороны одной медали.
– Вот только последствия от контакта с ними абсолютно разные, – парень грустно улыбнулся, а затем отступил на шаг. – Ты умная девочка. Сделай правильный выбор, когда придет время.
Миг, и он начал растворяться в потоках солнечного света.
 
Меня неожиданно затрясло. Нехотя открыв глаза, я посмотрела на нависшую надо мной Анну.
– Слава богам, ты проснулась! – облегченно выдохнула соседка.
– Что случилось?
– Ты плакала во сне. Я минут десять пыталась разбудить тебя!
– Прости. Дурной сон.
Весь день прошел, как один миг. Все говорили об игре, но я могла думать только о своем сне. Даже скорее о тех чувствах, что испытывала. Наслаждение чужой болью, радость от горящего города и ощущение свободы. Полной свободы от всего и всех.
– Кира, нам сегодня придется позаниматься раньше, иначе ты не успеешь подготовиться к ритуалу, – от мыслей меня отвлек появившийся рядом Сандр.
Странный парень, но очень хороший. Он всегда находил время выслушать меня и помогал во всем. За короткое время мы сдружились и меня не покидало чувство, что мы с ним знакомы целую вечность. Он был очень открытым и добрым человеком, компенсируя слабый дар знаниями.
– Идем, – я улыбнулась, и мы пошли в его комнату.
– Так, сегодня попробуем создать огненный кокон, – начал Сандр. – Ты должна сосредоточиться и представить, что огонь – это покрывало, в которое ты закутываешься. Думай о тепле, которое защищает тебя, обволакивая с ног до головы.
Я прикрыла глаза и стала слушать его советы. В моем воображении яркое пламя плясало на дровах в камине, принося с собой тепло. Воспоминания о фокусах, которыми развлекала мама, наполнили сердце щемящей нежностью и ностальгией по прошедшим временам. С каждой минутой сила внутри меня росла, обволакивая тело теплом. Оно поднималось от ступней, расползаясь все выше и выше, постепенно превращаясь в жар. Все мое тело горело, но это была не агония, а истинное пламя силы, дарящее невероятные ощущения. Это было пугающе-восхитительно.