Выпускница боевой академии. Неприятности в наследство

Котичка даже не вышел, и когда  я ловила его печальный взгляд из холла, сердце сжималось.
– Итак, – выдал один из проверяющих, испив чаю и отсев от настойчивых женщин, которые пытались скормить  коврижку с таким энтузиазмом, будто сами ее пекли. – Вы молодые люди, убеждаете нас, что нашли артефакт, который не мог найти никто до вас?
– Мы убеждаем? – хмыкнул Лайон. – Нет. Мы не убеждаем. Более того, мы уверены, что с артефактом вышла досадная ошибка.
– Да полно, Лайон, – фыркнул Клинт. – Просто ты не хочешь лишиться своего магического питомца, вот и пытаешься доказать, что артефакта нет.
– Ну, почему же нет? – спросила я, пытаясь держаться как можно естественнее.– Какой-то артефакт мы нашли, но ты ошибаешься, он и вполовину не так ценен, как могло показаться сначала. Ты же ведь сам его не видел…
– А потому что это все твои мерзкие твари… – начал парень, но его перебил один из проверяющих.
– Так есть артефакт или нет?
– Есть, но не тот, о котором думает Клинт, – ответила я и честно посмотрела в лица магам. Это было сложно, тяжелый ментальный дар пытался пробить щиты, но звание лучшей выпускницы не дают просто так. Я справилась.
– Ты говорила совсем другое раньше! – ощенился Клинт. Наш спор вызывал интерес, и парень злился.
– Не пытаетесь ли вы от нас что-то скрыть? – подозрительно поинтересовался другой проверяющий.
– Так пойдемте, посмотрим, – предложила молчавшая до этого Челси, а Клинт побледнел.
Кажется, он начал что-то подозревать, но отступать было некуда, и мы выдвинулись к конюшне. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Я боялась. Нас сопровождали сильные маги, и они были настроены найти артефакт, я надеялась, что он, столько лет успешно скрывающийся от любопытных людей, не проявит себя сейчас. Потому что прятали мы его в спешке.
В конюшнях все было как в тот день, когда мы с Лайоном их нашли. Только вот колодец исчез. Он был завален.  Лайон достал  экранирующий магию дико дорогой материал, который использовался на верфях, и мы за день смогли завалить дыру сначала им, а потом всяким хламом. Теперь на ее месте возвышалась  весьма гармонично вписавшаяся в интерьер  груда камней, обломки стены, старый стул, дверца шифоньера и лежал массивный неправильной формы зеленый камень, за которым парню пришлось мотаться на материк.  Это был сильный боевой артефакт, но,  очевидно, что он не мог влиять на Валенсию.
Я закусила губу, ожидая вердикта.  Проверяющие крутились возле камня очень долго, принюхивались, присматривались и цокали языком, а я молилась, чтобы тот маг, который продал этот артефакт  Лайону, оказался не шарлатаном.
– Да, этот камень  действительно со времен войн, – наконец сказал главный проверяющий, и я выдохнула, чувствуя, как спадает напряжение. Первый этап пройден.
– Да, – отозвалась я, продолжая игру. – Поэтому мы  сначала приняли камень за тот самый артефакт. Хотелось верить, что мы можем найти то, что не удалось  настоящим профессионалам! Но, мы быстро поняли, что это не так.
– Но это и есть тот самый! –  отчаянно и горячо возразил Клинт, и на него обратились удивленные взгляды. Все же иногда лучшая тактика – это молчать.
– Клинт, ну, если бы ты учился прилежно… – я не смогла удержаться от колкости. –  То тогда бы понял, что это  боевой артефакт, который активировали, когда шли боевые действия, он фонит. Слабо, но фонит. В пылу азарта мы реально думали, что нашли что-то стоящее, но быстро признали ошибку…
– Но вы сказали…
– Конечно! – включился Лайон. –  Нам пришла отличная идея! Это ведь  такая интересная игра для постояльцев – найди таинственный артефакт в подвалах поместья! Хотели испытать на вас, мы же не думали, что ты так серьезно воспримешь шутку.
– Вы! – возмутился он. – Вы меня обманули!
– Мы? Ни в коем случае! Мы все просили тебя отменить вызов и не беспокоить людей!
– В общем, вызов ложный? – Магам надоело слушать наш спор. – Не зря тебя, парень, выгнали со службы, а вот вас бы девушка я хотел видеть в наших рядах, – обратился ко мне их главный.
Сердце скакнуло в груди, и я уставилась на проверяющего. Мечта сбылась, только вот сейчас… я хотела совсем другого.
– Спасибо, конечно, – ответила я. – Но ваша организация уже предпочла  взять Клинта, хотя как лучшего выпускника академия прислала меня.
– Это досадная несправедливость, которую нужно исправить. К тому же место вакантно.
– У меня есть поместье и есть работа, поэтому просто в  следующем году будьте умнее, и если вам пришлют не парня, а девушку, вспомните эту ситуацию.
– Какая же ты… – начала мама Клинта, но ее сестра удержала за руку.
– Мей…
– Тетя Мей, – ласково пропел Лайон. – Не говорите то, о чем потом пожалеете. Во всем случившемся нет вины Трисс ни тогда, ни сейчас. Клинт просто заигрался.
– Я думал, ты мне друг, – раздраженно выдал Клинт. Он сейчас до боли походил на обиженного ребенка.
– У нас разные понимания о дружбе. – Лайон пожал плечами.
Комиссия уехала, а Клинт зло спросил:
– Как вы его спрятали?
– Кого его? – удивленно дёрнул бровь Лайон.
– Куда вы спрятали артефакт?
– Не было никакого артефакта, брат, – хмыкнул Лайон и, постучав Клинта по плечу, пошел в сторону дома. Радостный Котичка, который прятался в кустах, потрусил за ним следом.
Меня немного потряхивало. Слишком много эмоций и волнений для одного  дня. Я все еще не верила, что с помощью друзей смогла отвоевать свое поместье и право жить так, как хочу. Я шла и смотрела на обретающий жизнь пансионат совсем по-другому. На расцветающие кусты, на  бзыкающих крысос. На ровные лужайки и работающий фонтан – мне нравилось тут абсолютно все, и абсолютно все я считала своим. Я помнила, как выглядел сад совсем недавно, когда мы с Челси только приехали, и была довольна изменениями, которые произошли здесь.
Теперь я только боялась, что когда-нибудь информация про артефакт всплывет, и его снова придут искать. Только искать будут лучше. Но я понимала: это случится не сейчас, а значит, я успею подготовиться. Мы придумаем, как спрятать сердце Валенсии так, чтобы никто ему не помешал биться.
Клинт был зол, обижен, и поэтому решил уехать. К моему великому облегчению. Я не хотела тратить свои силы еще на то, чтобы выставить бывшего с чемоданами и самомнением на улицу. Отлично, что он сам принял единственно верное решение. Правда, Клинт, похоже, рассчитывал, что мы попросим его остаться и извинимся, и был крайне  растерян, когда его поддержала только собственная мать. И то, мне кажется, она предпочла бы остаться в Валенсии с сестрой и мужем, но родительский долг велел ей уехать с сыном. Поэтому на море тетя Мей смотрела с тоской и надеждой.
– Прости меня, Трисс, – сказала она,  когда спускалась с чемоданом по лестнице. – Желая своему сыну такую жену, а себе такую невестку, я как-то не подумала о тебе. И о том, нужен ли тебе такой муж, как Клинт. Понимаешь, мы идеализируем своих детей, для меня он всегда будет лучшим.