Рабыня драконьей крови. Часть 2

– Это принадлежит мне, – ответила эта мерзавка невозмутимо. – А у тебя есть какие-то сомнения?
– Что?.. – ахнула я от такой наглости. – Это мои серьги! И на мне их видела половина Чертога Огня! Что ты на это скажешь?
О том, чтобы называть гадину на “вы”, я наконец забыла. Больше это выносить было невозможно.
Я взглянула на Валиру, чьи брови сдвинулись. Она, несомненно, помнила, как я носила это украшение в первые дни своего появления в Чертоге. И теперь в ее молчаливом внимании тоже читался вопрос.
– Скажу, что ты лгунья и воровка, – пожав острыми плечами, выглядывающими из платья с низким декольте, проговорила Ильнарион. – Откуда у человеческой оборванки могут быть серьги из черного золота? Металла, который стоит баснословно дорого? К тому же это еще и зачарованный артефакт. А такие украшения и вовсе доступны лишь избранным. В чье число ты, простая аара, само собой, не входишь. Если ты и носила эти серьги… то только потому, что украла их у меня.
– Что?.. – второй раз выдохнула я, белея от ярости.
Никогда прежде я не испытывала таких острых чувств. Все, что было со мной в прошлой жизни, в прошлом мире, словно подернулось пеленой нереальности и теперь трещало, готовое расколоться на осколки. Я всегда была спокойным и тихим человеком, не слишком-то умеющим злиться, ревновать или испытывать испепеляющую страсть. У меня была простая и незамысловатая жизнь, в которой я не конфликтовала с коллегами и предпочитала заканчивать любой спор полюбовно, даже если чувствовала внутри протест.
Но в этом мире с первого дня попадания со мной начали происходить такие тревожные и опасные события, что с каждым днем сердце начинало все сильнее дрожать от новых, слишком сильных чувств.
Я не понимала, как с ними жить. Не умела контролировать и не знала, как их проявлять.
Когда каждый шаг будто на лезвии кинжала, окружающий мир становится ослепляюще ярким… И иногда мне казалось, что я уже не вижу ничего вокруг.
Теперь Валира смотрела на меня с не меньшим удивлением, чем на даркессу. А я чувствовала, что еще немного – и случится что-то непоправимое.
– Это мои серьги. И ты прекрасно знаешь это, Искра. Знаешь, потому что сегодня утром твоя служанка пришла в мои покои, принесла мне отравленный завтрак и забрала их. Так что это ты лгунья и воровка. А я расскажу об этом на весь Чертог Огня. Поверь мне. Доказать это будет несложно. Особенно когда очнется Айден и скажет тебе, что эти серьги были на мне в день нашей первой встречи.
Не знаю, что больше разозлило Ильнарион – моя угроза разоблачить ее или то, что я назвала Седьмого принца коротким именем. Скорее всего, второй вариант. Но в следующий миг все напускное безразличие и пренебрежение моей скромной особой слетело с лица даркессы, обнажив ее истинные чувства. Светлая кожа покрылась алыми пятнами ярости, еще более заметными в обрамлении снежных, сверкающих как корона волос. Губы искривились, и женщина зашипела:
– Ах ты, грязная, мерзкая человеческая подстилка, как ты смеешь угрожать мне? Ильнарион Ночной Искре?
С этими словами она шагнула вперед, и я ощутила, как воздух вокруг нее начал накаляться. Не то чтобы я была сильна в магии, но инстинкты тут же взвились, словно змеи, которым наступили на хвост. Я чувствовала, что даркесса может начать колдовать.
В то же время моя собственная сила все сильнее накалялась от злости и непонимания, от обиды, что все случилось так, а не иначе. От несправедливости слов Ильнарион.
– Подстилка? – выдохнула я, старательно стискивая кулаки, чтобы попросту не засветить ими куда-нибудь промеж глаз даркессы. – Да у меня мужчина-то всего один был. А у тебя?
Вопрос не требовал ответа. Он просто был брошен в пылу ссоры, но Ильнарион мгновенно изменилась в лице. Она сперва побледнела, а затем как будто приняла какое-то решение, и вдруг возле нее вспыхнуло небольшое руно печати. Оно довольно быстро наполнилось силой, засветилось золотом. И тут же мой пояс опутала какая-то полупрозрачная веревка, другой конец которой оказался в руке даркессы.
– Пойдем-ка со мной, маленькая дрянь, – проговорила Ильнарион, потянув меня за собой.
Но у меня не было ни малейшего желания куда-то идти, а уж тем более в таком виде. А еще я уже едва дышала от бешенства.
– Прогуляешься в одиночестве, – бросила я сквозь зубы, обхватывая рукой странную веревку и просто дергая за нее.
Кисть начало жечь, словно я дотронулась до чего-то очень горячего. Но, как ни странно, полупрозрачные нити тут же развеялись как дым! Растаяли, как тонкий мягкий снег.
– Что? Какого дохлого… – Ильнарион не успела договорить, проглотив, очевидно, все рвущиеся изнутри ругательства. А затем просто схватила меня за запястье. – Я сказала, что ты пойдешь со мной!
– И не подумаю, – почти прорычала я в ответ, свободной рукой стиснув пальцы на ее предплечье, пытаясь отодрать от себя ее захват.
И в этот миг даркесса закричала. А я с изумлением заметила, как моя ладонь на ее руке начала гореть. Из-под пальцев полился жидкий огонь.
– Как ты смела напасть на меня, тварь? – заверещала женщина, совершенно перестав походить на саму себя. Красивое лицо превратилось в уродливую маску, светлые волосы словно разом потускнели. Ильнарион отскочила от меня на два шага, прижимая к себе раненую руку, на которой я с изумлением увидела ярко-красные пугающие ожоги. Кожа превращалась в волдыри буквально на глазах. – Это нападение на даркессу! Ты посмела угрожать моей жизни! – верещала женщина, и, честно говоря, глядя на обожженную руку, я была склонна согласиться с её абсурдным утверждением.
Похоже, я и впрямь напала на неё и едва не лишила предплечья.
Только как это у меня вышло?..
Под рёбрами всё еще клокотала ярость, свернувшись горячим клубком, однако с каждой пройденной секундой становилась всё глуше, словно я медленно осознавала, к чему она уже привела, и успокаивалась.
– Плохо, это очень плохо, – выдохнула рядом Валира, схватившись за голову. На неё было жалко смотреть. Она побледнела как мел.
А я всё никак не могла придумать, что делать дальше.
Гвенвин тем временем отошел от служанки, деловито нашипел на даркессу и встал у моих ног. Похоже, он не чувствовал больше никакой опасности от беловолосой драконицы. Видимо, решил, что я прекрасно справилась и сама.
Что ж, он был прав. В драке я оказалась хороша. Вот только как теперь быть с последствиями?..
Ильнарион же продолжала верещать, и события развивались гораздо быстрее, чем я могла за ними уследить, а тем более проконтролировать.
– Эрина, вызывай стражу! – прорычала женщина, распрямляя спину. В её глазах горел огонь ненависти, теперь уже совершенно ничем не прикрытый.
Служанка порывисто поклонилась, повернула на руке какой-то браслет и тут же исчезла в вихре бледненького слабенького пламени. Очевидно, у неё был артефакт, зачарованный на эксплозию дракона! Очень может быть, что сегодня утром она повторно проникла в мои покои, чтобы прибрать следы яда, именно с помощью него!