Начало
Правда, слово «халява» на данный момент в Сибири имеет несколько иное значение, старожилы из деревни Ходока так называют нечистоплотных женщин. Когда я об этом узнал, долго ржал. Уж не здесь ли таятся корни смысла, появившегося у этого слова в будущем? А что, ссыльные и каторжники много сибирских выражений в Россию принесли. Тут прослеживается забавная трансформация. Нечистоплотной женщиной сейчас считается не только та, которая плохо моется, а ещё и легкодоступная для мужчин. Получается цепочка: нечистоплотная — легкодоступная — зачастую бесплатная. Ну просто халява для ссыльных!
Вот и обед. Ура-а, наконец-то настало время мясных блюд и подарков! Портновское семейство от сделанных мною презентов впало в ступор. Вместе с Софой они минуты две стояли в обалдении и разглядывали выложенные на бархатные подушечки украшения. Ох, бальзам на мою израненную долгом душу. Дамам подарил одинаковые наборы из брошки, кольца и серёжек, но выполнил их в разных стилях, заметно отличающихся друг от друга. Причём знахаркин набор, по-моему, смотрится чуточку изящнее и богаче.
Валерию Яковлевичу я вручил шикарный перстень с вензелем «В» и ажурный золотой значок с изображением ножниц, лежащих на подушечке с иголками, а к украшениям добавил рабочий набор: стальной напёрсток, портняжные ножницы и распарыватель с ручкой из моржовой кости. Вдобавок отполировал инструменты и довёл их до идеального состояния.
Машулю тоже не забыл: осчастливил миниатюрным золотым колечком с небольшой жемчужиной и нательным крестиком. Мать на хуторе рассказывала, что при выдворении нас из Санкт-Петербурга родственнички отца отобрали у нас золотые крестики с цепочками, взамен выдав медные на шнурках. Выходит, теперь справедливость как бы восторжествовала. Скоро ещё машинку для накрутки цепочек сделаю, и будет вообще кайф. Эх, люблю я красивые вещи дарить!
Попытки соседей мямлить о дороговизне пресёк на корню: а нефиг, сами согласились принять от меня любое подношение. Порадовала физиономия нашей старшей: во взгляде такая гордость за «ридно дитятко» нарисовалась, прям не передать словами.
Ох, и наелись мы за празднички, и напелись. В первый день с утра, как обычно, к нам ближайшие соседи зашли, а после гости чуть ли не со всего Красноярска валом повалили. Все отметились: и кого знаем, и кого не знаем. На следующий день мы по соседям прогулялись, ну а вечером опять у нас тёплой компанией сидели. Кузнец наведался, выпил с портным и ювелиром пару графинчиков наливки. На третий день мы к нему нагрянули. А на четвёртый начался бедлам, похожий на прошлогодний деревенский: настало время молодёжи отрываться.
Что тут только ни творилось! Девушки наряжались кто в старуху, кто парнем, некоторые одевались в старинные платья. Мужская половина от них не отставала, рядились и стариками, и старухами, и даже девушками. Кто-то напялил овчинный тулуп, вывернутый наизнанку, и ходил в нём, изображая медведя.
Народ сбивался в небольшие компании, обязательно с балалайками и гармонями, а потом отправлялся в турне по городу. И таких компашек бродило множество, кое-кто даже на санях разъезжал. Один раз я видел караван из семи саней, с музыкой и песнями пролетающий мимо. В каждой усадьбе радостные хозяева угощали всех пришедших: знакомых, незнакомых — без разницы. А где угощение, там, соответственно, и танцы с хороводами, и игры с пением. Чем-то местные гуляния напомнили мне новогодние застолья моего детства.
Нас с сестрёнкой не минула чаша сия, с подачи горничной мы быстро втянулись в праздничный круговорот. Многие удивлялись Машке, ей по малолетству ещё рано в таких гульбищах участвовать, но, когда она начинала петь, все сразу понимали: явился человек, для развлекалова очень подходящий. Особенно забавно звучала песенка «Ой, снег-снежок» в её исполнении. Ребёнок, а о любви поёт так задорно, что у людей улыбки до ушей растягиваются. Конечно, певуний среди веселящихся хватает, и голоса попадаются замечательные, но вот с новыми песнями у населения, похоже, сильный напряг.
В одном дворе встретил двух пацанов из мастерской. Узнав меня, они удивились. Здесь дворяне редко с простым народом за одним столом гуляют, каждое сословие предпочитает в своей компании тусоваться. Завязался разговор. Ребята выглядели уже малость подвыпившими, поэтому осмелели довольно быстро и стали расспрашивать про мои подвиги в «борьбе с бандитизмом». Ну не было печали! Мало того, эти чудики и другим растрепали, кто пожаловал, в результате пришлось какое-то время отшучиваться и отбрыкиваться от любопытствующих.
Под конец один из пацанов робко спросил, не могу ли я научить их драться. Тут я задумался. Спарринг-партнёры мне, вообще-то, потребуются. Бой с тенью — упражнение, безусловно, хорошее, но поединка с реальным противником оно не заменит: соперника нужно чувствовать, лишь тогда твои действия станут эффективными. Кстати, Сашок, а не пора ли сколачивать свою команду? Ребята, считай, из твоей же кузни подойдут лучше всего.
Услышав фамилию одного из них, к своему стыду, долго соображал, кого она мне напоминает. Суриков… Суриков? О, да это ж известный художник, родом из Красноярска! Только когда он жил, я представляю плохо. Где-то в конце девятнадцатого века. Случайно, не этот ли паренёк? Как назло, имя знаменитости из головы вылетело. Постарался осторожненько расспросить пацанов на данную тему. Не-е… не он. Но его дальний родственник три недели назад отправился поступать в Академию художеств.
Ух ты! Получается, рядом великий художник обитал, а я и не знал. Хотя до величия ему ещё учиться и учиться. Э-э-э, Сашок, спустись на землю. Тебе здесь с великими часто придётся и встречаться, и общаться, и, возможно, работать, не стоит от этого в столбняк впадать. Весьма вероятно, и «дедушку» Ленина живым увидишь, вполне может нормальным человеком оказаться.
Ладно, берём ребят в оборот. Но… нельзя, чтоб зачисление в команду им лёгким показалось, надо задание придумать. Они из семей расформированных казаков, наверняка знают, кто в городе хорошо саблей владеет и способен помочь её освоить. Вот пусть и устроят встречу с нужным человеком. Настало время всерьёз заняться фехтованием, в девятнадцатом веке без умения пользоваться саблей и шпагой трудно ощущать себя настоящим мужчиной.
К сожалению, опыт фехтования у меня практически никакой. В школе год шпагой занимался, но что там за год усвоишь, да и забыл почти всё. На шестом десятке пытался освоить технику владения японским мечом (уж больно сенсей классный рядом проживал), так опять же, всего год удалось катаной помахать. А тренировки с палками, даже двумя короткими, — это не совсем то, что требуется. Думал, сначала шпагу освою, и только потом за саблю возьмусь, но можно ведь и наоборот.
Ребята предложили немедля зайти к соседу, он известный на всю округу рубака. Староват, правда, но саблей машет до сих пор. Да-а, заманчиво. Наказал малой никуда со двора не отлучаться и пошёл с парнями проведать местного «гуру».
Кандидат в учителя, бодрый седой старик, сидел с приятелями дома за столом и вовсю квасил. Ох, как же мне этот мальчишничек покинутые времена напомнил. Сразу после приветствий нам налили по стопарю беленькой и принялись наблюдать за нашими действиями. Ребята не растерялись и мигом махнули «за здоровье хозяев и честной компании». Ёк-макарёк, и что делать? Пока удавалось от возлияний увиливать, за столом лишь слегка губы мочил, а здесь не отвертишься: все внимательно смотрят, окажешь ты уважение хозяину или нет. Чёрт, рановато бой с зелёным змием начинать, организм, боюсь, ещё не готов. А-а-а, была не была!