Колонист

— Теперь ты — раба Вакинана. И принадлежишь мне.
— Никог... ой! — она схватилась за грудь.
Ага, татуировка-то не простая, а волшебная. Связанная с плетениями подчинения, наложенными ранее. Обратная связь, попробует бунтовать — получит болевой сигнал.
— Ты смеешь спорить с богом? Поняла, ничтожная?
Орчанка смолчала, лишь черты лица исказились.
— Что будете с ней делать, Ваша Божественность? Прикажите разделать ее на жертвеннике или в ваш гарем отдать? — ухмыльнулся Бенидан.
Вот же скотина, еще и глумиться изволит! Дождешься, что самого в гарем отдам на руководящую должность, подумал я. Но терять реноме перед зрителями нельзя.
— Отвезите ее на пару лиг и там отпустите, — повелительным тоном сказал я. — Дайте ей еды столько, сколько хватит добраться до дома. Пусть идет, и помнит, что дух ее принадлежит мне. И передаст всем, что земля Истэка и Гудэхи принадлежит мне и находится под моим покровительством. И каждый посягнувший на нее будет наказан смертью!
Я отступил в сторону, и воины Истэка подхватили орчанку под руки и потащили ее к трофейным орочьим лошадям.
— Ну и зачем ты ее отпустил? — спросил Бенидан, когда орчанку отвели подальше. — Не проще было бы ее кончить?
— А какой смысл? — пожал плечами я. — Что так, что так она бесполезна. А за гарем я тебе еще отомщу.
— Зато складно получилось, — хихикнул Бенидан. — Ваша Божественность...
— За это тоже, — пообещал я. — А смысл — простой. Земли Гудэхи надо подгребать под себя. Столько плодородной земли пропадает! А земля — это все.
— Я думаю, будут терки с индейцами. Их союз племен может не потерпеть такой самодеятельности.
— Они сами сделали эти земли выморочными из-за каких-то суеверий. Если с землей что-то не так, я это увижу. А как вернемся в Осген, я поговорю с Амитолой. Я думаю, смогу ему объяснить, что надо брать эту землю. Пусть поговорит со старым Пэйта, все равно рано или поздно вождем будет он.
— Как хочешь... Ваша Божественность!
— Ах ты...
Бенидан хихикнул и отскочил от меня.
 
Глава 5
Наступивший день был до предела сумбурным и хлопотным. Для начала мы стащили тела всех орков в одну огромную яму — я выбился из сил, копая такую братскую могилу. Положено было конечно их сжечь, но, во-первых, это была честь, а не просто утилизация, которой банда орков не заслуживала. А во-вторых, леса тут поблизости не было, и на кремацию такой оравы его бы пришлось пилить дофига и потом еще везти. Как я пожалел, что у меня нет под рукой пыли Древних, которой пользовались в таких случаях! Все осталось в том самом фургоне, который я закопал перед поступлением в Легион. Ничего, сами по себе разложатся, удобрение хорошее будет.
А потом... Потом мы поделили то, что осталось из запасов, увезенных орками из Аспена. Аж двенадцать огромных возов, доверху забитых провизией. По согласованию с Осием, половина отходила Истэка, чему я был, кстати, рад. Хорошие отношения с союзниками — залог здоровья на будущее, чтобы случайно не отравиться железом, попавшим в организм в твердой и острой форме. Тем более, Амитола был мне нужен не меньше, чем я ему. Хотя после устроенного файр-шоу индейцы смотрели на меня по-другому. Ну да, они знали, что я боевой маг, но вот продемонстрировать это в действии, да еще и представить в форме, доступной для детей природы? Совсем другое дело.
— Ну и что мы будем дальше делать? — спросил у меня Бенидан.
— Не знаю, — сделал я неопределенное выражение лица. — Аспена больше нет, но в будущем, когда это будет наша земля, надо поставить почтовую станцию. Не как «Салун» у Тарсо, просто небольшое укрепление и конюшню со сменными лошадями. Кони у нас есть, вон сколько.
Я повернулся на табун, который достался нам по результатам раздела.
— Как вернемся в Осген, сразу отряжу туда бригаду с охраной, — пообещал Бенидан. — Пусть соорудят что-то вроде заведения Тарсо, только поменьше.
— Именно. И без питейного зала. Пусть заправляются в «Салуне», заодно и стимул будет ехать дальше.
Про казино и прочие радости жизни, устраиваемые в моем мире на индейских территориях, я упоминать не стал. Пусть даже не подозревают про существование таких возможностей. И Тарсо надо предупредить, что за азартные игры в салуне участникам полагается веревка. Я помнил, что творилось на Диком Западе с его игорными традициями. Не хватало мне еще наплыва сомнительных личностей и поножовщины на улицах, непременно сопровождающих салуны Дикого Запада. Хоть это и гарантировало доход, но проблемы, которые связаны с получением этого дохода, его явно перевешивали.
— Нно! — я пришпорил лошадь и мы, оставив наше союзное войско разбираться с трофеями, поскакали осматривать Аспен.
По времени туда уже должна была прибыть дюжина легионеров как похоронная команда. Собирать трупы тоже кому-то надо, пусть и чужие. Антисанитария могла погубить и не такие города, а эпидемия совсем не нужна.
Да, в Аспене сейчас шла скорбная работа, сюда приехала и Иль, как маг Жизни. Только вот ей работы по профилю тут не было. А вот прибывшему с ней Арию — была. Кто еще как не Искореняющий-расстрига мог соблюсти все обряды, положенные при погребении?
— Я смотрю, у вас тут полный хаос, — вместо приветствия сказал Арий.
— Спасибо за то, что открыл мне глаза, — ухмыльнулся я, подавив желание упомянуть про «капитана Очевидность». Брат не понял бы, а пояснять мем не хотелось.
— Ну я так понял, что вы разобрались с теми орками?
— Конечно, а как иначе? — я взял коня под узцы.
— С поселком надо что-то делать, — сказал он.
— А что с ним делать? — обвел я глазами картину разрушений. — Проще все снести и построить заново. Только не на этом месте. Аура плохая. Хотя бы в полумиле отсюда.
— Я думаю о том же. Только нам сейчас второй не потянуть. У нас у самих еще дела есть.
— Вот, слушай, что мы с Бениданом придумали, — и я вкратце изложил ему идею.
— Да, пожалуй, так пойдет, — кивнул он. — Только вот закончим с этими скорбными мероприятиями, и все обсудим.
— Обсуждайте, — я дернул плечом. — У вас голова большая, я имею в виду вашу начальственную шайку.
— Но-но, не дерзи тут мне! — шутливо задрал нос Арий. — И вообще, иди копай.
Я тяжело вздохнул. Опять двадцать пять, точнее, идти копать. Блин, превращаюсь в могильщика. Дело, конечно, прибыльное, но не в этом мире и месте.
— Ладно, показывай, раз так.
— Да вон там, за околицей. Самое место для деревенского кладбища.
— Могли бы и прямо здесь. Все равно место теперь плохое.
— Нет уж, лучше подальше. И мне работы меньше — связь ушедших с их домами мешать не будет.