Месть Паладина

— Ты — гость го Хлонаайн? — спросил один из них.
— Да, — я оттянул золотой жетон, показывая его стриго.
— Мы проводим тебя к ней.
И вампир начал раздеваться, отдавая оружие напарнику. А потом началась та самая трансформация, к которой я так и не привык. Минута — и передо мной уже воплощение кошмаров Голливуда и Рипли. Уж очень здорово в этой морфе они походили на тех самых Чужих.
— Зза мной! — прошипело-прорычало это создание, и вступило на дорогу.
Я невозмутимо полез в фургон, не обращая внимания ни на поднявшуюся дыбом шерсть Друга, ни на легкую бледность Сида. Ну да, зрелище было явно не из приятных.
Тенистая аллея-тоннель смыкалась вокруг дороги вверху, не позволяя солнечному свету падать вниз. Ну правильно, стриго же не любят солнышка, книги врут лишь отчасти. А судя по тому, что дорога чистая ей регулярно пользовались. Интересно, куда направлена их экспансия? Сильно надеюсь, что не на Гравию.
Чудовище легкой рысцой бежало впереди, а я вдавил акселератор в пол. Неизвестно, в каком состоянии эта дорога, но судя по тому, что стриго не сбавлял ход, за нее можно было не опасаться. Мы ехали почти что в полной тишине, ее нарушало лишь тонкое пение магомотора и клацанье здоровенных когтей по бетону. Вот, наконец, проехали и ту речушку, которую тогда переходили Ярсгар с Орианом. Только вброд уже не надо — через нее был переброшен вполне себе основательный мост, и довольно старый. Точно некромантов извели, иначе бы замучались от толп мертвяков, прущих к лакомой цели со всеми удобствами. Земля Изгоев постепенно обустраивалась.
Минут через двадцать мы были на месте. Я ожидал увидеть полевую ставку гнезда Хлонаайн, как ее описал Ярсгар — пещера в скале, тоннели, свет факелов... Ага, как же. Нет, скала никуда не делась, точнее, она превратилась в замок. Неизвестный зодчий-стриго взял каменюку, отсек все лишнее по рецепту Микеланджело и превратил это в шедевр архитектуры. Шедевр-то он шедевр, но при взгляде на это прибежище стриго пробирала дрожь — непривычные человеческому взгляду изгибы и линии, похожие на клыки острия башен, лезвийная крепостная стена... В общем, даже сравнить было не с чем. Впечатление было восхитительно-пугающим. И чуждым. Так, наверное, выглядели замки на их родной планете. Больше всего это напоминало исполинский бутон какого-то цветка, только вместо лепестков у него были клыки башен.
Стриго, нимало не стесняясь таких же бледнокожих окружающих, обратился в человеческую морфу и распаковав тюк с одеждой переоделся.
— Прошу вас выйти из фургона!
Мы как бы и так собирались это сделать. Первым, как всегда, спрыгнул собакин.
— Вести себя прилично, понял? — строго сказал я ему. А то потянет на хулиганство, оросит какую-нибудь дверь — будет конфуз, но мне.
Собакин вздохнул по-человечески, и издевательски посмотрел на меня.
— Прошу за мной! — вампир повернулся и пошел к большой каменной лестнице, вырубленной в той же самой скале.
Мы последовали за ним. Ну прямо дежа вю — подобная каменная лестница вела на вершину пирамиды, в которой была гробница Ардани. Или они тоже были построены по образу и подобию их городов? Хотя вряд ли, по тяжеловесности таких построек приложили руку люди или гномы. Да, пришлось подняться на сотню высоких ступеней ко входу в сам замок.
Удивительно, но внутри он больше похож был на обычный человеческий, каких много в Пограничье. Если бы не отличия в интерьере, я бы принял его за один из наших, только слегка ободранный. Видимо, у стриго не было привычки к украшательству, замок выглядел аскетично без шпалер, картин и расставленных бюстов.
— Господа гости к Великой Матери го Хлонаайн, — преувеличенно серьезно по-лундийски сказал подошедшему дворецкому наш провожатый.
Я поднял брови от удивления. Когда это Илени успела стать матриархом своего гнезда? По возрасту если не ее бабка, то ее мать еще живы, а пока это так, ей не занять этот пост.
— Великая Мать занята, но я провожу вас к ней. Она примет вас, когда освободится, — сказал дворецкий, не удостоив нас поклоном. — Идемте за мной.
Мы проследовали за важно вышагивающим дворецким по каменному полированному полу. Мать моя, сколько здесь стриго? Ни в одном другом месте я не видел столько вампиров разом. И при виде нас у всех горел в глазах голодный огонек, видимо мы были лакомым кусочком для каждого из них. Огонек гас, сменяясь разочарованием при виде золотого жетона — эти гости несъедобны. Ну или пока несъедобны.
Зато развлекался Друг. Вампиры, как и многие другие разумные не любили собак — кто по религиозным мотивам, кто по практическим. Особо заинтересовавшимися нами хозяевами замка Друг делал тонкий намек, проникновенно заглядывая в глаза и посылая ментальную волну смеси агрессии и голода, пару раз даже облизнувшись. Отчего встречные резко меняли направление, и обходили по большой дуге нашу процессию.
— Ждите здесь! — сказал дворецкий, приведя нас в небольшую залу с дверью на противоположной стороне.
Я аж вздрогнул. Из-за двери раздалось рычание, потом женский визг, вскоре оборвавшийся и чавканье. Ну и порядочки тут у них... Или так наказывают нерадивых работников?
Дворецкий выждал минуту, потом аккуратно постучал в дверь.
— Чего тебе? — в залу выскочила Илени.
Ее занятие за дверями представить было нетрудно — милые губки, да и весь подбородок заляпан кровью, в глазах горит красный огонь.
— К вам гости, Великая Мать! — прогнулся дворецкий почти до пола. Нет, все-таки у них очень гибкий позаоночник, любой йог позавидует.
Илени провела по залу ошалелым взглядом, потом остановила его на мне.
— Человечек! Ты немного не вовремя и без приглашения.
— Я знаю, о Великая Мать, — подпустил я немного иронии в голос. — Развлекаешься?
— Устанавливаю новые порядки, — она вытерла рукавом рубашки кровь с подбородка. — А ты мне мешаешь. Надо бы тебя за это сожрать, но потом от Равновесия изжога будет. Заходите. А ты — свободен!
Она сделала знак дворецкому, отчего тот мгновенно испарился.
Мы аккуратно зашли за ней в ее кабинет — на покои эта комнатка явно не тянула. По-спартански обставленное помещение, стол, два стула... И тело разумного, сломанной куклой валявшейся в углу в луже крови. Точнее разумной, это была женщина-стриго. С вырванной гортанью.
— Что случилось? — спросил я. — Не поделили расческу?
— Нет, я точно тебя сожру, — покачала головой Илени. — Проблемы передела власти.
— Да я уже понял, — усмехнулся я. — Великая Мать?
— У нас, видишь ли, бунт, — сказала она. — Кое-кто решил оспаривать право гнезда го Хлонаайн на власть. Ну и, соответственно, немного просчитались. Хотя перед этим успели уничтожить мою мать и бабку.
— Соболезную, — сказал я.
— Пустое. У нас нет ваших обычаев. У нас они другие, — она с огнем в глазах посмотрела на лежащее тело. — И горе побежденным.