Одержимость романами

Затем он убрал руку и сказал что-то насчет билета на автобус, который надо купить прямо сейчас, чтобы вернуться домой. В Бостон.
– Ты можешь остаться со мной, – услышала я собственный голос. – Уже так поздно.
Я тут же вспомнила о бабушкином доме, расположенном всего в трех кварталах отсюда. Ключ от квартиры на четвертом этаже я всегда носила с собой; бабушка совсем недавно вручила его мне в конверте. «Второму владельцу кабинета для писателей», – гласила записка внутри. Она словно бы передала мне эстафетную палочку. С каждым годом бабушка использовала помещение все реже и реже – в здании не было лифта, и ее восьмидесятитрехлетнее тело уже не могло выдержать подъемов по трем крутым лестничным пролетам.
Помню, как Адам рассмеялся:
– Ты разве не с семьей живешь?
Я старалась выглядеть и вести себя старше, но, очевидно, для него я все еще была подростком под родительским крылом. Нахмурившись, я сказала:
– Сегодня я ночую не дома.
И Адам последовал за мной. Мы шли бок о бок, наши руки периодически соприкасались; все мое тело было наэлектризовано. «Переночую у Рейчел», – написала я маме из ванной после нашего прихода.
– А тут неплохо, – заметил Адам, стоя посреди кабинета. Здесь не было кровати, только диван, письменный стол и прочный деревянный стул. Второй комнатой была просторная кухня, которой бабушка пользовалась только для того, чтобы приготовить чай и тосты. – Что это за место? Кто здесь живет?
– Это просто… офис. Для меня и моей бабушки. Чтобы писать.
На самом деле я ни разу не пользовалась ключом, потому что боялась, что не напишу ни строчки, когда приеду. Я бы не смогла простить себе, что проехала на метро до самого центра только затем, чтобы сидеть и пялиться в стену.
– Везет. – Адам указал на диван, а затем подвел меня к нему за локоть. – Наклонись.
Я покачнулась.
– Что?
– Что слышала. Перегнись через подлокотник. Попой вверх. Я говорил, что отшлепаю тебя, если ты будешь плохо себя вести, а ты вела себя очень плохо. Ты наговорила много, – он стянул мою юбку вниз, – дерзостей.
Мой нос, рот и подбородок оказались вдавлены в затхлую диванную подушку. Я почти не могла дышать и дрожала то ли от страха, то ли от возбуждения.
Я услышала, как он расстегнул ремень. У нас будет секс? Хочу ли я…
Сначала я почувствовала прикосновение пряжки к заднице. Он с силой надавил, как будто пытаясь поставить клеймо, а затем просунул палец, играя с клитором. Я, извиваясь, застонала в подушку, и он убрал палец.
– Ты была очень, очень непослушной, – отчеканил Адам. – Я остановлюсь, когда ты усвоишь урок. Просто скажи мне, когда.
Я не могла поверить, что это был тот же самый человек, с которым я месяцами говорила по телефону об отелях на деревьях, музыке и книгах, о наших семьях и нашем будущем. Я не знала, какие роли мы должны играть. Я хотела этого или чего-то подобного, но с каких пор Адам решил, что он тоже этого хочет?
Шлепок ремня по заднице, затем ладонь, затем опять ремень. Он чередовал удары пять-шесть раз, и кожа начала ныть и пульсировать, но я не просила его остановиться, я испытывала нас обоих.
После десятого удара я сказала, что усвоила урок. Задыхаясь, прижалась спиной к его груди, а Адам снова положил руку между моих ног и с улыбкой произнес:
– Хорошая, хорошая девочка.
Думаю, мне это понравилось. Когда он отшлепал меня вот так. Когда я услышала, как Адам произносит мое имя своим глубоким голосом. Ты заслужила это, Наоми, ты знаешь, что заслужила. Я была мокрой, как никогда раньше, как никогда позднее. Заслужила ли я это? Я заманила его, я привела его сюда, я манипулировала им. Я думала, что власть в моих руках.
И тогда Адам сказал:
– Здесь не хватит места для меня, для нас, в смысле, для сна, мы не поместимся на диване. Мне правда пора, я еще успею на автобус в два тридцать.
И он ушел, а я спала на диване одна, и, когда проснулась в кабинете моей бабушки, святая святых, где она творила, я все еще была шестнадцатилетней девственницей, которую никогда не целовали.
В тот вечер, вернувшись в свою спальню в Верхнем Вест-Сайде, я зашла в мессенджер.

ЗовитеМеняФруФру: Было неплохо :)

РедРиверРевел: Согласен. Сидеть не больно?

ЗовитеМеняФруФру: Больно

РедРиверРевел: Вот и хорошо

ЗовитеМеняФруФру: Но в следующий раз мы переспим

РедРиверРевел: Удача улыбается тем, кто умеет ждать :)

В чем-то он оказался прав.
Через пару дней он попросил прислать обнаженную фотку. Я использовала веб-камеру компьютера, чтобы снять себя – на четвереньках, задница кверху, грудь покачивается, я оглядываюсь в камеру, лицо прикрыто волосами.

РедРиверРевел: Очень сексуально. Я все думаю о том, как покраснела твоя попка, когда я преподал тебе урок. И ты вся текла

ЗовитеМеняФруФру: Жду не дождусь, когда ты перегнешь меня и оттрахаешь

РедРиверРевел: Да, детка, я тоже

Продолжались и наши звонки. Разговоры были безобидными, даже целомудренными, но меня это не смущало: я видела в этом знак, что я ему небезразлична, что он заботится обо мне. А потом мне исполнилось семнадцать, официальный возраст согласия, и я подумала: «Он ждал этого, ждал меня, скоро у нас наконец-то будет секс, мы будем вместе, в реальной жизни». Вот-вот, вот-вот…
И вот, на последней неделе учебы в десятом классе:

РедРиверРевел: На следующей неделе у меня концерт в Нью-Йорке, можно переночевать с тобой в том «офисе»?

ЗовитеМеняФруФру: Да!!! ;)

«Ночую у Рейчел, – предупредила родителей. – Готовим проект по английскому и успеем закончить, только если всю ночь просидим».
Адам попросил меня помочь ему с параллельной парковкой, так что я стояла на тротуаре, периодически выкрикивая что-то в стиле «слишком далеко от бордюра!». Затем мы поднялись в квартиру, вместе. Была среда. Я до сих пор не сделала домашнее задание, но надеялась к четвергу расстаться с девственностью.
– Я вернусь в начале первого, – сказал он после того, как двадцать минут переодевался. – Прости, но в то место не пускают несовершеннолетних.
Ему было двадцать восемь, мне семнадцать. Так что я помахала ему рукой, пожелала удачи и занялась домашкой; я не спала до половины третьего, когда Адам наконец вернулся, и от него несло алкоголем. Он выпил залпом три стакана воды, а я спросила:
– Так ты поцелуешь меня?
Адам посмотрел на меня.
– О. Точно. – Обхватив мое лицо руками, он чмокнул меня в губы так быстро и нежно, что я осознала произошедшее – мой первый поцелуй! – когда уже все закончилось. – Я привез надувной матрас, можешь спать со мной или на диване, как хочешь…