Виридитерра: начало пути
Здесь было очень жарко, так что Ноа успел пожалеть, что утром натянул на себя теплую водолазку. Но снимать ее у него не было никакого желания. Рядом с остальными парнями он стеснялся своей худобы и щуплости, из-за которых над ним в лицее в Афинах подшучивали даже девочки.
Вскоре Осо отделилась от компании и подошла к Ноа. В отличие от Никки, на которой было что-то похожее на открытый купальник, Осо была в еще одной своей бесформенной футболке, которая от воды липла к коже и очерчивала пухлую фигуру девушки. Она села на корточки у воды и провела по ней рукой.
– Вааау, она такая теплая, потрогай, – предложила она, но вместо этого Ноа задал вопрос, который вертелся у него на языке последние пару дней:
– Почему ты не бросила меня?
Осо непонимающе уставилась на парня:
– В смысле?
– Ну, я могу понять, почему ты была дружелюбна со мной, пока мы ехали в карте, или до испытания Абсолютом. Но почему теперь? – парень выдохнул, обдумывая следующие слова. – Ты же здесь со всеми подружилась, так зачем тебе я?
Девушка молчала. Она внимательно смотрела на Ноа и подбирала слова. Было видно, что эти вопросы выбили ее из колеи. Осо провела рукой по песку, а затем, шумно выдохнув, ответила:
– Ты был таким одиноким и грустным, – девушка замолчала, раздумывая продолжать ей или нет, – и я когда-то была такой же. У меня был только дедушка. Кстати, это он выбрал для меня имя. Он единственный, кто у меня остался. – Она уставилась на песок, выводя пальцами на нем какие-то фигуры. – Одиночество губит людей, Ноа, и я не хочу, чтобы оно сгубило тебя.
Ноа странно дернулся, глядя на Осо, но она как ни в чем не бывало водила рукой по песку. А Ноа готов был поклястся, что уже слышал ее слова.
Некоторое время они просто сидели и смотрели на спокойное озеро. Ноа на минуту показалось, что в этот момент он был почти счастлив. Даже горе, которое все еще съедало его душу, как ненасытный монстр, немного притупилось, отошло на второй план.
– Фух, жарковато тут, – произнес Махаон, появившись рядом с ними.
На мгновение повисло неловкое молчание. Краем глаза Ноа заметил, как зарделись щеки Осо, и девушка стыдливо опустила глаза.
– Чего вы здесь торчите одни? Присоединяйтесь к нам, – продолжил парень и махнул в сторону компании. – Вода в озере просто огонь.
– Да нам и здесь хорошо. Только солнце припекает, – неуверенно ответила Осо, все также не отрывая взгляда от песка.
– Понятно, – произнес Махаон задумчиво, а потом с видом человека, который испытывает особое удовольствие, когда удается похвастаться своими знаниями. – Вы же совсем не знаете, наверное, что это за место, я прав? – Он заметил озадаченные взгляды Осо и Ноа и продолжил, явно довольный тем, что с кем-то можно поделиться информацией: – Это озеро – Сихирл-Ису. Его используют только во время занятий по Магическим и боевым искусствам на воде. Самое удивительное, что в нем невозможно утонуть. Его воды глубоки, но они никогда не причинят вред живому существу, зато могут излечить почти любую рану. Раньше, задолго до того, как я поступил в Хэксенштадт, Сихирл-Ису было открыто для всех – это я прочитал в хронике школы, – Махаон помолчал, и Ноа еще раз убедился в том, что сейчас он явно был горд собой как никогда. – Но с тех пор, как Магические и боевые искусства на воде стал преподавать сир Рюген – злой и хромой дядька – здесь нельзя находиться не во время занятия и уж тем более без наставника. Правда, за этим сильно не следят. Поэтому хоть мы и нарушаем одно из правил Хэксенштадта, нам все равно за это ничего не будет, потому что никто не узнает.
А Ноа уже успел забыть об утреннем разговоре близнецов, и даже чувствовал себя у озера он очень спокойно. Но рассказ Махаона заставил его вновь напрячься.
– А знаете почему здесь так тепло? – вновь продолжил Махаон после недолгого молчания, и не дождавшись ответа заговорил: – Это потому что мы сейчас находимся под еще одним куполом. Маги часто такими трюками пользуются. Например, этот купол контролирует погоду. У озера всегда тепло и не идут дожди.
Ноа вдруг ощутил новую волну неприязни к Махаону, который вроде бы ничего особенного даже не сделал, а просто помог им с Осо найти то, чего им недоставало на Виридитерре: знаний. Но он чувствовал, как у него волосы встают дыбом просто оттого, что Махаон стоит рядом, такой высокий, умный и горделивый. А еще парень только сейчас понял, что его что-то в Махаоне напрягает. Вот только что? Может этот вечный слегка оценивающий взгляд или редкая улыбка, которая появлялась как знак снисхождения? А может то, что парень ходячая энциклопедия? И как это обычно бывает – такие всезнайки никогда не упустят повода похвастать своими знаниями.
Но сильнее всего Ноа раздражало поведение Осо рядом с Махаоном – девушка будто ужималась, всегда краснела и смотрела в пол. Даже в ее голосе отдавались какие-то смущенные нотки, и их нельзя было не услышать в том, как она тараторила, выдавливала из себя короткий смешок. Тут бы и дурак понял, что Махаон ей нравится, а Ноа дураком не был.
Осо и Махаон вели оживленную беседу, хоть она все еще смущенно отводила взгляд. Ноа же к ней не прислушивался, он просто сидел и наблюдал за водной гладью. Близнецов и Шенга, похоже, совсем не смущало то, что компания разделилась: они продолжали веселиться в воде, иногда объединяясь в «водные» альянсы. Чаще всего Никки и Рикки объединялись против Шенга и играли не совсем честно, а Шенг только и кричал, что это не по правилам. Близнецы весело хохотали, окуная Шенга в воду, а тот выныривал – с притворной злобой, и полный решимости нанести ответный удар – и снова бросался в бой.
– Опять эти двое затеяли свои грязные игры, – поморщился вдруг Махаон, отвлекшись от беседы с Осо. – Знают же, что Шенг не сможет ответить на их боевую магию.
Ноа бросил на него взгляд, и ему на секунду показалось, что вместо глаз у Махаона две блестящие льдинки, которые ничего не выражали. Он снова показался Ноа холодным и отстраненным.
– Почему? – вдруг спросила Осо, и Ноа был ей благодарен за ее любознательность, потому что самому ему не хотелось ни о чем спрашивать Махаона.
– Шенг не может использовать боевую магию, потому что он из восточной Империи Рё, – объяснил Махаон. – Рё издавна поддерживали дружественные отношения со всеми эльфийскими кланами, которые огибали Драконий хребет ради торговли с империей. Рё подарили эльфам многие изобретения, а эльфы, чтобы выказать благодарность, научили рёсцев своей магии. Империя Рё никогда не воевала с другими государствами, будучи защищенной Драконьми хребтами, а потому надобность в боевой магии отпала. Империя Рё – нация целителей и врачевателей.
– Но что тогда Шенг делает здесь? – задала вполне очевидный вопрос Осо.
Махаон все также смотрел на водную гладь, и сложно было понять, о чем он думает, но Ноа запомнил, что это был единственный вопрос, на который не ответил этот всезнайка.
Осо и Махаон снова принялись болтать – точнее, Осо продолжила засыпать Махаона вопросами, а тот сдержанно отвечал, блистая своими знаниями. Ноа же вновь погрузился в свои мысли. Он пытался вспомнить прошлую жизнь – до Виридитерры и Хэксенштадта – но почти с ужасом заметил, что вся она кажется ему выдумкой. Парень старательно пытался не думать о маме, потому что любая мысль о ней доставляла боль. И Ноа боялся, что погрязнет в страданиях и позабудет главную цель – отомстить Ройвану.