Ведающая Водой
– А откуда ты… – начал было Сантар.
– Это долгий разговор, – в голосе отца послышался лед. – Нам надо двигаться дальше.
Вместо того, что свернуть к стене, отец продолжил идти вперед, то и дело оглядываясь.
– Погоня? – Сантар оборачивался, но не видел никого.
– Они знают, что нас было трое, и теперь движутся следом.
Из темноты впереди проступили очертания высокой башни.
– Храмовая школа, – прошептал отец, останавливаясь и кладя Сантару руку за плечо: – Послушай, сын. Ты должен идти к тому месту у стены. Если Ягван не вернется до рассвета, выбирайся из города и первым же кораблем…
Сантар резко сбросил его руку с плеча.
– Я не брошу тебя! – отрезал он.
Отец глянул строго:
– Ты должен подчиняться.
– Мне все равно!
– Бывали переделки и похуже…
– Значит, и на этот раз выберемся. Вместе!
Отец улыбнулся и хотел сказать что-то, как вдруг резко толкнул Сантара в сторону.
– Пригнись! – приказал он, выхватывая длинную стрелу.
Сантар пригнулся; над его головой просвистело, послышался удар, чей-то булькающий всхлип, а после – шепот отца:
– Бежим!
Они мчались вдвоем, уже не прячась в тени. Время от времени отец пускал назад одну-две стрелы и бормотал:
– Не отстают, – хотя Сантар не видел и не слышал ничего, похожего на погоню.
Впереди показалась густая стена деревьев.
– Буковая роща, – выдохнул отец. – Там есть шанс оторваться!
Они свернули с дорожки, петляя между деревьями и прислушиваясь: вокруг было по-прежнему тихо. Вдруг сзади раздался треск, словно кто-то продирался напрямик через кустарник. Слева зашуршала трава, справа плеснула вода в пруду – погоня давала о себе знать, вынуждая бежать только вперед.
– Загоняют, словно диких животных, – побормотал Сантар.
– Похоже на то, – отец кивнул на промелькнувшую среди деревьев высокую стену. – Впереди Храм… Разделимся и обогнем его с разных сторон, чтобы запутать их!
Сантар нахмурился: он не верил, что эта идея сработает.
Они уперлись в каменную кладку. Шорохи за спиной стали громче. Отец улыбнулся в густую бороду:
– Встретимся на той стороне, – и, потрепав сына по щеке, словно маленького, свернул направо.
***
Сайарадил осторожно выглянула из-за края крыши. В свете полной луны задний двор был виден, как на ладони. У наружной стены стоял мужчина – огромный, широкоплечий, заросший бородой великан, крепко державший лук, который наверняка был выше роста Сайарадил. Он пятился назад до тех пор, пока не уперся спиной в стену. С противоположной стороны двора на него наступало трое. Сая сразу узнала в них храмовую стражу. Никто не знал, как происходит отбор в стражники; одно было ясно наверняка – они больше, чем просто люди.
Один из стражников выбросил руки из-под плаща – два метательных ножа с тихим свистом полетели вперед. Сайарадил еле сдержала вскрик. С ловкостью, необычной для человека его комплекции, великан перекатился за пустые повозки, в которых перевозили животных для испытаний. Метательные ножи ударились о каменную стену и упали на землю.
Из своего укрытия Сайарадил наблюдала, как серые стражники подбираются к повозкам, окружая их кольцом. В голове у нее крутился отрывок из Устава: «…Служители культа, будь то жрецы, адепты или те, кто во искупление своих пороков несут послушание, дают обед об отказе от насилия». Серая стража служила лишь целям защиты; им запрещалось даже носить при себе оружие – но сейчас они осыпали повозки градом метательных ножей! Великан не высовывался наружу и не отвечал им – у раскрытых ворот валялся колчан со стрелами, который он, видимо, обронил.
«Может, это тренировка? – лихорадочно соображала Сая. – Или этот человек – преступник?»
Дождавшись, пока двое из стражников сунутся ближе, великан столкнул на них пустую клетку, а сам метнулся вправо, к воротам, но не успел – третий стражник двигалась с ужасающей скоростью. Великан вступил с ним в бой. Могучие удары обрушились на хрупкого с виду стражника, но тот ловко уклонялся от огромных кулаков. Но тут к дерущимся подоспели еще двое – Сая лишь охнула, увидев, как они откинули тяжелую клетку. От мельканий трех пар рук зарябило в глазах. Сначала великан пропустил удар ножом в ногу, затем – в живот. Он продолжал отбиваться, но было ясно, что это конец. Еще два удара достали его – один в грудь, другой – в правый бок. Великан качнулся, сделал два шага назад и вновь поднял кулаки, но тут один из стражников вогнал ему нож прямо в сердце. Захрипев, великан рухнул на колени и повалился ничком на землю.
Сайарадил зажала рот руками. На ее глазах серая стража, давшая обед ненасилия, хладнокровно убила человека! Казалось, у них даже не сбилось дыхание. Один из стражников подобрал ножи, валявшиеся у повозок. Двое других приподняли великана за руки и ноги, но тут же бросили, вновь схватившись за ножи. В воротах показался человек. Он шагнул на свет, и Сая увидела, что это парень примерно ее лет. Его появление застало стражу врасплох. Даже Сайарадил была сбита с толку; она должна была почувствовать приближение еще одного человека, но странное дело – из всех ее чувств лишь глаза говорили о том, что он стоит в воротах.
Парень между тем не медлил. Подхватив колчан со стрелами, он метнулся к луку, который валялся у стены. Стражники, выйдя из ступора, кинулась ему наперерез. Парень схватил лук, но не успел им воспользоваться – серые подоспели, когда он прикладывал стелу к тетиве, и выбили лук из его рук. Парень пригнулся и, швырнув стражникам в глаза горсть песка, резво отпрыгнул назад. Стража выхватила ножи…
– Прекратите! – закричала Сая и спрыгнула на землю.
Стражники, как один, обернулись. В лунном свете их безликие лица выглядели особенно пугающе. «Они не причинят мне вреда» – напомнила себе Сая и, стараясь придать голосу твердости, спросила:
– Что здесь происходит?
Маски переглянулись. Они не были обязаны отвечать непосвященному адепту, но проигнорировать ее сейчас тоже не могли. Один из них мотнул головой, изображая поклон.
– Мы выполняем приказ Верховного жреца, – сказал он ровным тоном. – Прошу вас, вернитесь в свою комнату. Здесь небезопасно.
– Что за приказ? – не отступала Сая.
– Госпожа, позвольте напомнить, что Устав запрещает ученикам покидать пределы Храмовой башни ночью под угрозой наказания, – вежливый голос стражника похолодел.
– Позвольте напомнить, – в тон ему ответила Сая, – что по Уставу вы давали обет ненасилия – и наказание за его нарушение куда строже, чем за побег из комнаты!
– Для храмовой стражи превыше всего приказ Верховного жреца, – ответил стражник; кажется, он ухмыльнулся под маской.