Ведающая Водой
Сая поклонилась и, быстро поцеловав морщинистую руку, выбежала из комнаты.
Арамил проводил ее прищуренным взглядом.
– Когда-то ты мечтал о светлом будущем для нее, – грустно напомнил Нармаил.
– Тебе-то что до будущего? Ты все равно не жилец, – высокомерно бросил наставник и, подойдя к кровати, вновь приложил руку к виску старика.
На этот раз ему никто не помешал.
Глава 10
Ягвану повезло: он напоролся всего на одного стражника; будь их больше, он бы не выстоял. Решив привлечь внимание к себе, северянин издал шумный свит и отступил к домам прочь от Розария. Полночи он петлял по темным проулкам, прячась от караулов. За брошенных спутников он не волновался: его приятель всегда выходил из передряг без единой царапины.
Перед рассветом Ягван закопал талисманы под приметной акацией с двойным стволом и стал дожидаться, когда улицы Старого города заполнит пестрая толпа простолюдинов.
К полудню Ягван начал беспокоиться. Отец и сын так и не появились около условленного фонтана перед башней Магистратуры. Солнце вошло в зенит; начались испытания на арене. Опасаясь привлечь ненужное внимание, северянин покинул площадь. Он обошел крупные улицы, покрутился у храмовых ворот и на Форуме, но знакомых лиц так и не увидел.
Праздник был в самом разгаре. Издалека доносился восторженный вой толпы на трибунах арены.
«Возможно, мы разминулись, и они уже внутри» – рассудил северянин и, мрачно насупив брови – еще бы, полдня потрачено напрасно! – направился к арене.
Около ворот ему наперерез бросилась знакомая фигура.
– Ну наконец-то! – облегченно вздохнул Ягван.
Сантар схватил северянина за руку, свернул в переулок и, обойдя арену, нашел маленькую свободную беседку. Здесь он рухнул на скамейку и закрыл глаза. Ладони у него были содранные, губы потрескались. Когда Ягван положил ему руку на плечо, Сантар вздрогнул, словно от удара.
– Почему не пошел к условному месту? – строго спросил северянин.
– Мне о них никто не рассказал, – тихо сказал Сантар. – Но я знал, что вы придете к арене.
– У отца бы спросил, – проворчал Ягван.
Сантар промолчал.
– Что, разминулись? – понимающе покивал северянин. – И ты полдня проторчал на солнцепеке, надеясь, что он сюда придет?
– Он не придет, – прошептал Сантар.
– Наверное, ждет нас у стены! – согласно кивнул северянин. – Пошли…
– Не ждет.
Только сейчас Ягван заметил, какие красные у него глаза.
– Ты о чем это, малец? – строго спросил он.
– Я теперь вроде как сирота, – ответил Сантар.
– Ты это… брось шутить-то. Эй! – прикрикнул Ягван, хватая его за плечи и встряхивая.
Покрасневшие глаза Сантара были пустыми, словно стеклянными.
– Как это произошло? А? – прошептал северянин.
Сантар сглотнул ком в горле. Как же он сразу не понял, почему отец предложил разделиться! Ни одна магическая штука не могла выследить Сантара, и отец воспользовался этим, уведя погоню за собой… Но как это объяснить Ягвану?
А между тем нужно было что-то сказать, и Сантар начал. По его рассказу выходило, что отец задержал стражу, дав тем самым сыну возможность сбежать. Вышло практически без обмана. По мере того, как он говорил, лицо Ягвана менялось; на мгновение его губы презрительно скривились. Сантар терпел. Если узнают, что его спасла девчонка-маг, позора будет еще больше.
– Не вини себя, – взял себя в руки между тем Ягван. – Родители с готовностью умирают за детей. Если хочешь, чтобы жертва отца была ненапрасной, живи так, чтобы ему не было стыдно за тебя в мире мертвых!
Сантару было стыдно за самого себя в мире живых.
– У него не будет даже могилы, – пробормотал он.
– Ты это брось… Парень! Память не могила, она – в сердце. Нет тут нашей вины, что он погиб… Это – их вина! – с ненавистью поглядел Ягван на Храмовую башню; глаза его заблестели.
Сантар смотрел, как плачет этот взрослый, тучный, видавший виды мужчина. Он тоже хотел плакать, но слезы не шли, а придавили тяжелым камнем грудь, застряли комом в горле, не желая пролиться.
– Нужно возвращаться, – Ягван поднялся на ноги. – Пожитки оставим…
– Я спрятал лук в роще. Без него мы не уйдем, – тихо, но твердо сказал Сантар.
Ягван не стал спорить.
– Выберемся ночью, а утром сядем на первый же корабль. Пойдем отсюда, – северянин с ненавистью покосился на Храм. – Тебе надо поесть.
– Потом, – перебил его Сантар. – Прошло уже больше половины испытаний, так что надо спешить.
– Ты хочешь на трибуны? – не поверил своим ушам Ягван.
– Хочу понять, на что способен мой враг, – ответил Сантар.
***
Сайарадил стояла перед выходом на арену, слушая шум заполненных трибун. Сенаторы, торговцы, крестьяне – все они станут свидетелями либо ее триумфа, либо провала… Сая ощутила, что от страха у нее дрожат руки, и разозлилась на себя. Она провела за тренировками немало времени, каждое ее движение отточено до совершенства! Если не верить в себя, ящеры почувствую это, и она, Сая, из охотника превратиться в добычу.
Пройдя по длинному коридору, Сайарадил оказалась перед двустворчатыми воротами. Лязгнул механизм – створки стали медленно открываться. Поправив маску, Сая твердо, но неспешно вышла на арену. Трибун взревели, приветствуя очередного адепта. «Да помогут мне предки, – подумала Сая, ощущая внезапный азарт. – И да помогут предки всем, кто не верит в мою победу!»
Она остановилась перед жреческой ложей. На самых дальних места вверху примостились послушники. Жрецы сидели ниже, строго делясь по иерархии; в нижней части ложи, облаченные в белые с золотом одежды, расположились наставники Храмовой школы. Справа в отдельной ложе сидел сам Верховный жрец; его место было плотно занавешено, но это наверняка не мешало ему следить за происходящим на арене.
Церемонно раскинув руки, Сая поклонилась – сначала жречеству, в пояс; потом наставникам – встав на колени и возведя руки над головой; затем – закрытой ложе, три раза ударив лбом в пыльный песок арены. Поднявшись на ноги, Сая быстро огляделась. Огороженных лож было не так уж и много… Где же они? Да вон же! Рыжая шевелюра отца ярким пятном выделялась на фоне белых тог. Мама сидела рядом с ним. А это… Сая не верила своим глазам. Неужели эта высокая девица с копной золотых волос – ее малютка-сестра? Она выглядела куда старше своих одиннадцати лет! Отец наверняка уже подыскал ей выгодную партию… Интересно, а за кого он когда-то планировал отдать ее, Саю?
Трибуны заворчали, ожидая хоть какого-то действия. Сайарадил встрепенулась. О чем она только думает? Пора было начинать! Выйдя в центр арены, Сая на ходу скинула капюшон – сплетенные волосы скользнули по спине, опустившись ниже талии. Плащ сковывал движения; сняв и его, Сая осталась в короткой тунике и высоких сандалиях, шнурки которых крепко обвивали ее узкие щиколотки.