Как приручить тёмное божество. Пособие для чайников

— А ты что тут делаешь? — прищурила глаза, так же разглядывая мужчину.
— Бегаю.
— Куда? — спрятав руки за спиной, нахмурилась. Что мужчина мог делать в саду ночью?
— Скорее за кем.
— За кем?
— Раз я догнал, разве это имеет значение? — ядовитая улыбка на мужских устах и трепет моего сердца. Что он творит со мной.
— Могу я поинтересоваться? — взволнованно сделала шаг вперёд, — Вы… ты уже начал что-то делать, чтобы я не… чтобы я могла снять перчатки?
— Возможно, — таинственно сверкнули сиреневые глаза, хитро прищурившись.
— То есть это ты? — улыбнулась, склонив голову на бок.
— Может я, а может и нет. — загадочно улыбнулся Эрихард, делая шаг мне навстречу.
— Не ты? — нахмурилась, не понимая ничего.
— Прогуляемся?
— Не ответишь, да? — тяжело вздохнула, оглядываясь. Есть такой тип людей, на них, как только не наседаешь с вопросами, они всё изворачиваются. Мне этот тип знаком не понаслышке, я и есть этот тип.
— Мы в заброшенной части сада. — Пояснил мужчина, заметив, как я пытаясь понять, как далеко ушла со знакомой тропинки. Воу… увлеклась настолько, что не заметила, как зашла так далеко…
— Сегодня такая замечательная ночь, — подняв глаза к луне, пробормотала завороженно.
— И правда, замечательная, — повернувшись к мужчине, поймала его взгляд на себе. Смутившись, вновь себя оглядела. Полы ночной рубахи поднимал лёгкий ветерок, то и дело обнажая домашние тапочки на каблуке.
— Предупреждаю на всякий случай, — прохрипела, — Вам не надо брать ответственность за то, что видели меня в одежде для сна. Жениться на мне из-за этого глупо. Честь моя непоколебима, а одежда всё что нужно прикрывает. — неловко кашлянула.
Вздрогнув от громкого мужского смеха, дёргала пальчики на перчатке. Несмело улыбнувшись, смотрела на прикрывающего рот мужчину.
— Вот как? — сквозь смех, фыркнул он, протирая глаза, — А я уж подумал, что ты таким коварным способом решила затащить меня под венец.
— Если ты не заметил, это то, чего я собираюсь избегать ещё лет пять. — растянула губы в ухмылке, сложив руки на груди и перенеся вес на одну ногу.
— Потанцуем? — с широкой зубастой улыбкой предложил жених, подавая мне руку, а глаза так и говорили: «не окольцованной ты отсюда не выберешься».
Растерявшись, неверующе смотрела на большую мужскую ладонь, не решаясь протянуть свою.
— Молчание — знак согласия, — тихо смеясь, Эрихард поймал мою руку, потянув меня к себе.
Впечатавшись в мужскую грудь, потёрла нос. Он что? Каменный? Поймав взгляд фиалковых глаз, неуверенно кивнула, решив всё же дать разрешение.
— Без музыки? — прошептала, боясь отвести взгляд. Сердце не могло успокоиться, лицо горело, а внутри всё трепетало от предвкушения чего-то.
— А разве ты её не слышишь? — страстным шёпотом спросил Эрихард, склонившись над моим лицом. — Песнь ночи. Редкое пение не спящих птиц, стрекотание сверчков, да кузнечиков. Шелест деревьев и травы. Разве это не музыка?
Стоило только прислушаться, и я услышала всё. Ту самую мелодию ночи. Кивнув, улыбнулась:
— Слышу…
Мужчина, прижал меня к себе ближе, держа одной рукой за талию, другой за руку. Мне сложно отдать в танце полный контроль мужчине, но сейчас я расслабившись и слушая ночные звуки, я позволила жениху вести меня в танце и очень надеялась, что не отберу контроль в середине.
Кружа меня меж цветов, под лунным светом и светящимися светлячками, мужчина не сводил глаз с моего лица. А я смотрела на его губы. Смотрела и хотела коснуться. Хотела, но боялась. А что если и сейчас…
Остановившись, мужчина больше не улыбался. Он с серьёзным лицом смотрел мне в глаза, стараясь в них что-то отыскать. Взволнованно смотря в фиалковые глаза, я не могла понять столь резкой перемены.
Только что мы дурачились и веселились, а теперь он выглядит так, будто сидит на серьёзном совещании.
— Пообещай, что не совершишь глупостей и не будешь злиться. — хрипло прошептал мужчина, заправляя мне за ухо прядь растрепавшихся волос.
— Что…
— Пообещай…
— Я… Хорошо. Я не часто совершаю глупости…
— Запомни свои слова, — пробормотал мужчина, склоняясь над моим лицом.
Я так и не могла понять о чём он говорил.
Лицо Эрихарда приблизилось настолько, что мы могли сражаться носами, как шпагами. Он делал это слишком часто, когда хотел сказать что-то язвительное, поэтому я усмехнулась, готовая к любой шутке.
Шутки не было. Замерев, не знала, что делать. Сжав меня в объятиях, мужчина осторожно раскрывал мои губы своими. Не давая мне опомниться, мужчина углубил поцелуй, задыхаясь.
    
Глава 23. А лисички взяли спички...
— Доброго утра, девушки. — обаятельная улыбка на лице мужчины в полном расцвете сил, — Отныне, я новый распорядитель.
— А куда делся старый? — удивлённо зашептались девушки, даже не подозревая, что за нами сейчас наблюдает их самый страшный кошмар, — Что случилось? Почему его сменили?
— Лорд Ренель Аниликос Иорас допустил грубейшую ошибку. А его высочество герцог второго шанса не даёт никому. — всё с той же улыбкой и медовым голосом говорил новый распорядитель.
Нервно бросив взгляд себе за спину, тут же отвернулась, поймав ядовитую улыбку того, кого не хотела бы видеть хотя бы день. Я запуталась. Я очень запуталась…
Память услужливо подкидывала события прошлой ночи, а лицо всё горело и горела. Зная свою особенность, со стороны могло казаться, что я спокойна, разве здоровая краснота щёк, но незаметная. Но то, что я чувствовала… Вся шея и всё лицо были точно в огне.
Сама не знаю почему, но на Эрихарда я реагировала… никак я не реагировала, точнее не так как привыкла. Нет того отвращения, что я обычно чувствовала от прикосновений других. Зато есть трепет и благоговение.
И вчера… Вчера… Он поцеловал меня. Он поцеловал, а я не почувствовала желания его оттолкнуть и проблеваться за деревом. А это именно то, что я чувствовала, когда уже пыталась целоваться с парнем, что был мне интересен.
Я… я даже ответила ему…
Все эти чувства были мне в новинку. Я… Ещё вчера, я смотрела на Эрихарда как на единственного мужчину в мире, и сейчас это меня пугало. Я не понимаю… почему я всё ещё с отвращением трогаю ту же траву или канделябр в библиотеке, но стоит жениху коснуться меня, внутри просыпается доселе мне неизвестные чувства и ощущения, которые я хочу проживать снова и снова.
Я не явилась на завтрак, потому что просто не знала, как смотреть ему в глаза. Он не отвечает, его ли это рук дело или опять с моей головой не всё в порядке.