Странник четвертого круга
— Я же не обязана была это видеть, — решительно ответила Динара. — Это же просто короткий всплеск Силы. Я могла не заметить.
— А если кто-то из старших его заметит, и копать начнет? — задумчиво сказал Николай.
— Тогда нам плохо будет. Давай этого гостя сами прихватим, — заявила Динара. — Как только всплеск почую, бросаем все и едем на сигнал. Рисковать нельзя. Если это и, правда, старый пень расшалился, то мы должны успеть туда первыми.
***
Пятьдесят гектаров на Рублево-Успенском шоссе стоили немыслимых денег, но жить как-то иначе глава Клана Красной Луны позволить себе не мог. Его же просто уважать перестанут. Всего Великих Кланов было десять, по цветам палитры. Белый, черный, серый и цвета радуги. Так повелось издревле. Есть, конечно, всякие выскочки, которые образовались за последние триста лет и тоже называют себя кланами, но разве их можно принимать всерьез? Так, мелочь всякая. Сиреневые, алые, бирюзовые, нет им числа. Они лавируют между старыми Кланами, играют на их противоречиях и выстраивают свои союзы, чтобы выжить. Впрочем, Глава поморщился, раздавить их оказалось не так-то просто. Они набрали силу и заявляют о своих правах, наглецы. Некоторые из них эти права отстояли в войнах, и на этом основании претендуют на место в Совете. Не бывать тому.
Пока Глава думал, старший из Слушающих стоял перед ним, не смея начать разговор.
— Что у тебя? — спросил, наконец, Глава, который в миру был известен как один из олигархов-металлургов. Так было легче объяснить свой уровень жизни, охрану и прочие атрибуты власти. Власти человеческие не возражали, и это стало одним из пунктов договора, который был заключен, когда капитализм начал свое победное шествие по планете. Люди перестали жечь колдунов на кострах, а те в ответ остановили эпидемии чумы и черной оспы, которыми терзали человечество почти без остановки. Как ни странно, от наступившего мира выиграли все.
— Великий, — почтительно сказал Слушающий. — Мы ощутили непонятные дуновения эфира, и я решил доложить об этом.
— Что случилось? — поднял бровь Глава.
— Кто-то очень сильный появился, и нам незнаком этот волшебник. По стилю — это Странник, но для новичка слишком силен. Все Странники наперечет, и его среди них нет.
— Может, это один из изгоев, или кто-то из мелких кланов? — спросил Глава.
— Скорее всего, это так и есть, Великий, но нам этот волшебник не знаком.
— Вот как? — Глава задумался и начал барабанить пальцами по столу. Он не любил сюрпризы и незваных гостей. — Где был всплеск?
— На юге, в районе МКАДа.
— Кто у нас там работает?
— Николай со своей Ищейкой, Великий, — почтительно сказал Слушающий.
— Плохая, значит, Ищейка, — усмехнулся Глава, — слепая и глухая.
— Напротив, очень хваткая девочка, — возразил Слушающий. — Всплеск очень короткий был, могла не почуять.
— Ну, так передай ей, что если еще раз не почует, то пойдет в полицию работать. В кинологическую службу, немецкой овчаркой. Я лично ей это обеспечу.
— Передам, Великий, — склонился Слушающий. Глава, которого Сила одарила высочайшим мастерством Повелителя Плоти, никогда не шутил подобными вещами.
***
Берлогу старого колдуна было не узнать. Кирилл драил ее неделю, выбросив в ледяную пропасть весь хлам. Склянки, банки и неведомые ему приборы он поставил на полки в одну из комнат, что раньше были просто завалены мусором. Кирилл даже мотнулся в Челябинск, чтобы в строительном гипермаркете прикупить разборных стеллажей. А еще, он нанял такси, и ездил по городу, исколесив его вдоль и поперек. Ему нужны были места для перехода, и примерочные кабинки в торговых центрах подходили для этого как нельзя лучше. Там и зеркала были в полный рост, и что немаловажно, на фудкортах можно было закупиться едой. Оттуда он махнул в Благовещенск, потратив на дорогу уйму времени. Но оно того стоило.
Его новый дом сверкал чистотой и порядком, и зеркала висели в каждом помещении, потому что Кирилл постепенно начал становиться параноиком. Он понимал, что это не психическая патология, а весьма полезное для выживания состояние. Товарищ Сталин в собственной постели умер, а ведь полмира врагов имел. Его новый дом одобрительно отнесся к переменам, Кирилл ощущал это почти физически. Он дарил ему покой, прекрасный сон и бодрость. Не хватало телевизора и интернета, но нельзя же хотеть всего и сразу.
Кирилл начал разбор библиотеки, выбрасывая в утиль то, что было безнадежно уничтожено огненным шаром. К его удивлению, осталось немало целых и почти целых книг, фолиантов, тетрадей и того, что будило в нем слабо знакомое понятие «инкунабула». Впрочем, хватало и рукописных книг с многочисленными рисунками и пометками на полях. Все это богатство имело один единственный недостаток. Прочитать его было решительно невозможно. Впрочем, у Кирилла начали появляться мысли на эту тему. Мало лингвистов ищет подработку, что ли? Да он может и на постоянную работу специалиста нанять, деньги пока позволяют. А для этого ему нужно бывать в городах, там, где есть интернет и прочие радости цивилизации. Невозможно прожить в горах всю жизнь, стоило ли ради этого обретать Силу. Да и сама Сила не одобрит этого, Кирилл это чувствовал. Она не позволит жить, как пескарь под камушком, она отберет свои дары. Все верно! — прозвучало в голове. Сила не любит слабаков и нытиков. Она покидает того, кто ее не достоин. А потому нужно бороться и расти. Иного пути нет.
В тот день он взял пару тетрадей и переместился к себе домой. Он сканировал страницу за страницей, сохраняя материал в облаке и так увлекся, что не услышал, как открылась входная дверь. Он метнулся в коридор, где увидел улыбающегося во весь рот Николая.
— Ой, извини! — сказал он, разбивая локтем зеркало в коридоре. — Поговорим по-хорошему?
— Да пошел ты! — выплюнул Кирилл. Запускать огненный шар в собственной квартире ему не хотелось. Прав был дед, так себе умение.
— Значит, не хочешь по-хорошему, — вздохнул Николай. — Жаль!
Он сделал короткий взмах рукой, и Кирилла сковал холод. Ноги и руки обхватила ледяная корка, и этого хватило для того, чтобы Николай неуловимым размытым движением приблизился к нему и коротким ударом в челюсть погрузил в темноту.
Очнулся Кирилл от того, что кто-то от души хлестал его по щекам. Он сидел на стуле, связанный, а напротив расположились Охотник и Ищейка, которые смотрели на него немигающим взглядом.
— Я же сказал, поговорить надо. Предлагал по-хорошему, — продолжил Николай.
— А то что? Снова продашь двинутому на всю голову колдуну?
— Нет, просто убью, — не меняясь в лице, сказал Охотник.
— Моему хозяину это не понравится, — в тон ему ответил Кирилл. Он уже наметил для себя линию защиты.
— Вот как? — удивились оба. — Ты раб Готфрида? У тебя поэтому так аура изменилась?
— Не понимаю, о чем вы говорите, — пожал плечами Кирилл. — Я служу хозяину. Убьете, будете иметь дело с ним.