Холодные рассветы

– Нет, что Вы! Я и думать об этом не мог! Всего лишь хотел снова Вас увидеть.
– С какой целью? – Лене приходилось несколько повышать громкость своего голоса, чтобы перекричать шум машин, проносившихся мимо по широкому проспекту.
– Мне было с Вами очень хорошо. Надеюсь, Вас тоже устроило наше общение. Почему бы не продолжить его? Я рассчитываю исключительно на нашу дружбу. Большего я не заслужил, да и Вы вряд ли согласитесь. Это было бы чересчур.
– Разве у Вас нет друзей, с которыми так легко можно общаться?
– Есть. Но это двое довольно зрелых мужчин. Нашей дружбе уже около тридцати лет. Мы изучили друг друга настолько, что знаем все мельчайшие детали быта каждого из нас. В моей жизни нужен новый человек, я бы даже сказал, свежая кровь. Не поймите неправильно! Я всего лишь нашёл в Вас ту, что имеет своё мнение и не стесняется его высказывать. Я люблю и уважаю честных людей.
– И Вы сейчас предлагаете сесть к Вам в машину и поехать в неизвестном направлении?
– Вы уже однажды сделали так. Всё закончилось как нельзя лучшим образом. Почему бы не повторить?
Она смущённо улыбнулась, заметив любопытный взгляд нескольких своих одногруппниц во главе с Никой.
– Последний вопрос! Можно?
– Задавайте!
– Как Вы меня нашли?
– Вы говорили, что Ваш друг учится вместе с Вами и записывается на моей студии. Просто посмотрел журнал посетителей, нашел его номер телефона, уточнил Ваше расписание, приехал…
– Заговор? – усмехнулась она.
– Вроде того, – согласился он с её шуткой.
– Ладно, что ж теперь с Вами делать? – сдалась девушка.
Он проводил её до машины, посадил в салон, захлопнул дверцу, сам сел с другой стороны, и водитель повёз их вдоль шумной улицы.
– И что это было? – удивлённо и несколько ошарашенно спросила одна из зрительниц этой сцены.
– Пока не знаю. Но Ленка же со мной обязательно поделится… – предположила Ника. – Ладно, расходимся. Спектакль закончен! – бойко разогнала она толпу соратниц, а сама направилась в сторону метро.
– Я надеюсь, у Вас найдется несколько часов свободного времени? – уточнил Владислав у своей спутницы.
– Для чего? – удивилась она.
– Для экскурсии по Третьяковской галереи.
– Ох, я не была там лет с восьми…
– Значит, я угадал с местом сегодняшней прогулки?
– Более чем, – с нескрываемым восторгом ответила она, но потом опустила взгляд на свой наряд. – Только… Одета я далеко не соответствующе.
– Ничего страшного. В наши дни никто уже не обращает внимания на такие мелочи, – улыбнулся он.
Машина подъехала к причудливому зданию в Лаврушинском переулке, остановилась возле центрального входа.
– У Вас, вероятно, тяжёлый рюкзак, – предположил хозяин музыкальной студии. – Вы можете оставить его здесь, Виктор потом привезёт его.
– Если Вы настаиваете, – согласилась она, вытащив из сумки лишь телефон, наушники, билет на проезд в метро и банковскую карточку.
Владислав провёл её внутрь, купил билет, пока она осматривалась в холле.
– Пойдёмте? – он помог снять ей куртку, и вместе со своим пальто отдал гардеробщику.
Мужчина провёл её вперёд, затем остановился и взглянул на девушку.
– Хотите взять экскурсовода или же предпочтете меня в качестве путеводителя? – уточнил он.
– Лекцию работника я могу почитать и в интернете, а вот Ваше мнение и Ваше восприятие всего окружающего мне не скачать в Ютубе, – улыбнулась она.
– Благодарю за доверие, – кивнул он головой, наигранно изобразив некоего гусара.
Одет он был в строгий офисный костюм, но, войдя в первый зал, снял пиджак, оставшись в белоснежной рубашке, сквозь которую с трудом можно было различить витой узор татуировки на его теле.
– Экспозиция содержит произведения, написанные, начиная с одиннадцатого века и заканчивая нашим временем. Такая потрясающая связь эпох… – начал рассказывать он. – Сначала это был домашний музей Третьяковых, но из-за неукротимой страсти главы семейства, коллекция росла с неимоверной скоростью.
Он долго водил её по залам знаменитой русской галереи, она задумчиво останавливалась возле великих произведений искусства, впитывая в себя незабываемые ощущения могущества кисти и красок, а после послушно следовала за своим личным экскурсоводом.
– А вот эта картина, – он подвёл её к полотну средних размеров, – художника Василия Пукирёва…
– Неравный брак, – подхватила она несколько печально.
– Да, именно, – с такой же мимолётной грустью подтвердил он. – В этой картине слишком много тайн, чтобы разгадать их за одно посещение музея…
Лена внимательно изучала произведение, а после, не совладав со своими чувствами, покинула зал. Владислав пошёл следом за ней.
Она выбежала на улицу в одной футболке, села на скамью возле входа, стараясь взять себя в руки. Ничего не получалось. В голове пульсировало изображение, заставлявшее её остановиться на границе истерики. На секунду она представила себя на месте той невесты, а своего спутника в роли жениха. Это было невыносимо! Несомненно, Владислав был ей симпатичен, интересен, но… Представить с ним, и без того мерзкую в её понимании, семейную жизнь было отвратительным шагом для неё.
– С Вами всё в порядке? – он набросил ей на плечи её куртку, а сам опустился перед ней, чтобы видеть её эмоции на лице.
– Да, – она зачесала пальцами чёлку назад, чтобы открыть свои глаза для него.
– Почему Вы ушли? – искренне желал он разобраться в её чувствах.
– Я не знаю. Просто эта картина… Она… Нагнала на меня ужасную тоску, которая выворачивала меня наружу.
– Если Вам будет лучше, мы можем прогуляться по… Какому-нибудь парку…
– Да, пожалуй…
Она встала со скамьи, натянула рукава куртки, расправила воротник. Он как следует надел своё пальто, и они вместе пошли в сторону метро.
В парке имени Горького было много молодежи, несмотря на пасмурную и унылую погоду.
Лена потянула своего спутника к прокату самокатов, где они взяли два транспортных средства, а после девушка помчалась по аллеям меж желтеющих деревьев, а её знакомый спокойно ехал следом за ней.
Сделав пару кругов вокруг него, она спрыгнула с площадки.
– Мне за Вами не угнаться, – улыбнулся он.
– Признайтесь, когда Вы в последний раз по-детски дурачились? – поравнявшись с ним, смеялась она.
– Хм, давно, – заключил он.
Теперь они ехали мимо большого фонтана, расположенного недалеко от набережной Москвы реки.
Он сошел с самоката, проследовал по наклонной доске к небольшому садику, а она, переоценив свои возможности, решила съехать прямо на двухколёсном аппарате вниз, но, не справившись со своим железным конём, полетела вперёд, упав прямо в объятия Владислава.