Холодные рассветы
В шесть утра раздался телефонный звонок. Лена повернулась на бок, сползла с постели на пол и, не найдя в себе сил и желание открыть глаза, начала наощупь искать сотовый аппарат.
– Аллё, – голосом болотной кикиморы из советских фильмов для детей ответила она.
* Так и знал, что проспишь, – бодро произнес Влад, услышав этот сонный стон.
– Какой догадливый, – в том же мистическом духе продолжила Ермолаева.
* На время посмотри, – посоветовал Никольский, спустившись на снисходительный тон.
– Мне лень, – возразила девушка, ложась на пол.
* У тебя через два с половиной часа начинается зачет. У тебя есть десять минут на то, чтобы умыться, ещё пятнадцать на одевание, потом собери сумку, я уверен, что вчера вечером ты не сделала ровным счетом ничего из подготовки, потом у тебя останется полчаса на завтрак, а оставшееся время ты проведешь в пути, – давал указания он.
– А теперь давай я тебе расскажу свой план, – предложила она, с трудом открыв глаза и увидев предрассветную темноту за окном. – Я сейчас сниму с себя вчерашнюю одежду, надену пижамку и вернусь в кроватку. Потом встану часов в двенадцать, позавтракаю, ну или пообедаю, как тебе больше нравится, а потом позвоню старосте, спрошу, когда можно будет проставить уже имеющуюся оценку. Сразу скажу, мой вариант мне нравится больше твоего.
* Нет, уж, – не согласился Влад, – давай, собирайся и поезжай в институт.
– Неть, – снова капризничала она.
* Лен, ну я серьезно!
– Ну ладно, – протянула она, садясь ровно на полу. – Так уж и быть… Если ты просишь…
* Вот, молодец!
– Ещё пять минуточек и поеду.
* Никаких «пять минуточек»! Время поджимает!
– Ой, ты ведь не отстанешь?
* Не отстану.
– Ладно, – она отключила телефон, бросила его на кровать, поднялась на ноги и отправилась в ванную комнату, где умывшись, бросила вчерашнюю одежду в стиральную машину и вернулась в комнату.
Через два часа она вошла в центральные двери своего университета, за двадцать минут до начала зачёта.
– Ну, – Ника нервно стояла возле неё, пока Лена возилась в раздевалке.
– Что «ну»? – уточнила Ермолаева.
– Не писала мне, не звонила. Я уж думала ехать на твои похороны.
– Если бы я на самом деле умерла, то первым делом позвала бы тебя на это торжественное траурное мероприятие, – усмехнулась девушка.
– Ой, брось, – махнула рукой её подруга. – Я соскучилась, – она крепко обняла её.
– Я тоже, – призналась Лена.
– Как новый год отметила?
– Не так весело, как ты… Видела твои истории в Инстаграме…
– Да… Это я со своим рассталась, вот и выкладывала, чтобы он видел. У тебя-то как дела?
– Нормально, провела две недели у родителей, отдохнула, почувствовала себя овощем на грядке, но радует то, что учеба начнется нескоро.
– А на личном как? Ты же общалась с этим, как его… Никольским… Ну, хозяином студии, на которой наш «великий музыкант» Георгиссимо записывался, – засмеялась Ника.
– Ой, да забей, ничего путного… Так, дружим периодически.
– Ммм, – девушка схватила Лену за руку, – какое колечко… Кто же его подарил?
– Не утруждай себя фантазиями, родители вручили на новый год.
– А выглядит, как обручальное, – не унималась одногруппница.
– В отличие от тебя, моя дорогая, я не знаю, как выглядят обручальные кольца. Пойдем. Родина – мать зовет.
– Не смешно, – фыркнула собеседница в ответ на последние слова.
Пока в аудитории студенты, не сдавшие экзамен ещё в декабре, писали работу, Лена вышла в коридор, жадно вцепившись пальцами в свой телефон. Она оперлась на подоконник возле большого окна, набрала номер Никольского, ухватив минутку собственного одиночества, сбежав от пристального контроля Ники.
– Привет, – произнесла она, когда гудки оборвались неловким молчанием.
* Привет, ты как? Успела?
– Да, успела, не переживай. Я… Хотела извиниться за вчерашнее. Вела себя ужасно. Прости.
* Ничего страшного. Это моя вина. Не рассчитал твою дозу алкоголя.
– Откуда ты мог знать?
* Теперь я в курсе, что тебе мало нужно, чтобы лишиться рассудка.
– Звучит…двусмысленно.
* Вполне, – согласился он.
– Что у нас завтра? Всё в силе?
* Ты передумала?
– Нет, просто уточняю.
* Я позвонил сегодня в ЗАГС, уточнил время работы ещё кое-какие детали… В девять утра нам надо быть там.
Лена повернулась спиной к окну и увидела свою подругу, которая приближалась к ней довольно быстро.
– Ладно, мам, – включила своё актерское мастерство Ермолаева, – сегодня вечером у меня ещё ученик придет, а там потом созвонимся.
* Кто-то рядом? – догадался он.
– Да, – подтвердила девушка.
* Может я вечером приеду, чтобы утром вместе поехать, а не бегать, искать друг друга в метро?
– Ну, в принципе, можно, – продолжала свою конспирацию Лена.
* Тогда в семь жди, – ответил он.
– Хорошо, пока, мамуль, – улыбнулась она.
* Я сейчас должен тебя доченькой назвать? – засмеялся он.
– Это необязательно.
* Пока, солнышко, – с безграничным теплом произнес он напоследок.
Ермолаева отключила телефон, спрятав экран от подруги, чтобы та не увидела номер вызываемого абонента.
– Чего мама говорит? – поинтересовалась Ника.
– Да ничего особенного, спрашивает, как у меня дела, – соврала её подруга.
– А, ну пошли в аудиторию. Наша дражайшая Екатерина Николаевна соизволила поставить зачёты тем, кто уже все сдал, а не ждать, пока двоечники напишут свои экзамены.
Они вернулись в кабинет, приготовили зачетки, а через час уже были свободны.
– Ты домой? – выйдя из института, уточнила Лена.
– Нет уж, я сегодня на тусовку, – отозвалась одногруппница.
– Не нагулялась за праздники?
– Ой, не смеши меня.
– Кстати, неплохо вышло, что большинство сдает экзамены только сейчас, а мы уже отмучались.
– Конечно, потому что преподы сказали, что к январю мы всё забудем, да и им сейчас не очень хочется возиться с целым потоком, а только с теми, кто «завалил» декабрь. Ну… В принципе, я с ними согласна. Ладно, давай, – Ника поцеловала собеседницу в щеку и побежала в направлении противоположном тому, куда собиралась отправиться Ермолаева.