Двуликие. Ведьмино пламя

– Что, что?
Глядя на неё, Дориан ухмыльнулся.
– А дальше беднягу Аббата швыряло и так, и сяк, и наперекосяк. Под конец экзекуции он походил на яйцо всмятку. Твой отец и вовсе бы его прикончил, да только Аббата спас счастливый случай. Появился демон… Как там его? Лерой?.. И сообщил, что мы с тобой благополучно сбежали. Тогда барон позабыл про Аббата, вышел к вампирам и объявил за твою поимку нехилую награду. Неуязвимость от серебра. Конечно, поначалу ему никто не поверил… Но твой отец доказал, что не врёт, одарив неуязвимостью информатора-Финнигана. Вот ведь подфартило паршивцу…
Дайана почувствовала, как по новой, точно от холода, затряслись руки.
– Как же он хотел отыскать меня…
– Очень и очень хотел, – подчеркнул Дориан. – И после этого ты говоришь, что погони не будет?
У Дайаны заострились скулы. Она кивнула, хрипло подтвердила:
– Не будет. Ему нужна Сила. И теперь она у него есть.
– Я не…
– Он кое-что сделал со мной, – силясь улыбаться, выговорила Дайана. – Это было заклятье на крови, моё… моё раздвоение.
С лица Дориана сошли остатки улыбки. Он молча встал, обошёл костёр. И, сев рядом, положил на плечо Дайаны твёрдую, как ясеневая доска, ладонь.
– Ты можешь не говорить, если не хочешь.
Дайана яро мотнула головой.
– Нет. Я хочу! – ответила она и принялась говорить: – Отец рассказал мне, чего жаждет. Он хочет объединить части разных миров в один, совершенно особенный… Новый! И это мир будет построен на катастрофе… Но для начала ему нужно напитаться магией. А для этого – открыть в стране под названием Эвалонния некую Дверь, что ведёт в мир Вечного мрака… отыскать и закалить перед этим шесть колдовских артефактов… Я отказалась делиться своей Силой, помогать ему… Тогда он и задумал раздвоение.
Дайана осеклась, содрогнувшись всем телом от воспоминаний. Продолжила:
– Отцу это удалось. Моя вторая, тёмная половина говорит и выглядит в точности, как я. Кроме глаз… Она зовёт себя моим вторым именем – Элейн… Ей перешла вся моя Сила… И, что самое худшее, она готова ей воспользоваться, – с горечью закончила Дайана.
Наступила тишина, только слегка потрескивал костёр.
– Значит, – немного выждав, начал Дориан, – сейчас передо мной хорошая половина Дайаны Элейн Ридделл?
Дайана невольно усмехнулась.
– Не такая уж и хорошая…
Дориан помолчал ещё. Потом сказал:
– Ты хотела бежать. Зачем? Что ты намеревалась делать?
Дайана поёрзала, уставилась в огонь, и взгляд её потускнел.
– Сначала я хотела выкрасть миропорт. Ну, ту штуку, с помощью которой я попала в твой мир – отец снова её нашёл…
– Ага. Продолжай, – кивнул Дориан, зачем-то глянув куда-то Дайане за спину.
– Но я никак не могла пробраться в его комнату. Была там однажды, но как дойти туда – хоть убей, не помню… Наверное, он наложил на меня специальный гейс. А Слуга отказался вести туда.
Дайана покривила губы.
– Я думала проникнуть в Эвалоннию, первой найти все шесть артефактов… Помешать отцу открыть Дверь… Но потом подумала… Поняла, что вряд ли смогу уничтожить их без магии. Да и миропорта у меня нет…
Дайана замолчала. Взяла веточку и потревожила ей костёр. Взметнулись сердитые искры.
– Я долго думала насчёт моей Силы… Как только она перестала составлять со мной единое существо… – Дайана покусала нижнюю губу, – …я как будто лишилась правой руки. Поняла… что многое потеряла. И теперь мне кажется, что будь я целой, я бы подчинила эту Силу. Обратила бы её в добро… Поэтому решила просто сбежать. И найти в этом мире тех, кто может противостоять отцу. Кто сможет… Вновь сделать меня целой.
– Знаешь, а первый план нравится мне куда больше, – неожиданно сказал Дориан. – В нём больше чёткости. Да и сама идея вполне себе ничего.
Дайана неприятно удивилась. Повернула к нему лицо.
– Шутишь?
– Да ничуть.
– Но у меня же нет миропорта!
– Главное – добыть его. И все дела, – без всякого смущения отозвался Дориан и небрежно добавил: – А пока, вместо того, чтобы терзать несчастную веточку, загляни в рюкзак. Кажется, там оставалось немного зефира. Можно поджарить.
Дайана с подозрением прищурилась. Однако рюкзачок сняла, запустила в него руку…
…И нащупала холодную гладь серебра.
– Это же… – задохнулась Дайана, вытаскивая на свет миропорт.
– Ага.
– Ты… ты стащил его!.. – глядя на Дориана со смесью ужаса и восторга, воскликнула Дайана.
– Да-да. Не стоит благодарностей, – вампир смахнул с рукава мнимую пылинку. – Очевидно, магия, что не позволяла найти ту комнату, была нацелена только на тебя. Чем я и воспользовался.
Пальцы Дайаны прошлись по крестам и звёздам. В чёрном стекле отразились её блестящие глаза.
– Теперь я могу…
– Но сначала… – перебил её Дориан, и Дайана, поняв, что он имеет в виду, сразу потухла.
– Элейн. Знаю, – без улыбки закончила она.
– Эй, и чего мы скуксились? – удивился Дориан.
– А разве ты знаешь, как повернуть раздвоение вспять? Мне нужна Сила. Без неё в Эвалоннии делать нечего…
– Ты права. Я не знаю, – просто сказал Дориан и, вытащив из кармана брегет, принялся подкидывать его на ладони.
– Вот-вот…
– Но зато я знаю того, кто точно в курсе.
Дайана повернулась к Дориану всем лицом. Во взгляде её вспыхнула надежда.
– Кто же?
– Помнишь тот фокус в замке? – вопросом на вопрос ответил Дориан, хитро улыбаясь. – Ну, с чёрным дымом из шарика?
Дайана с готовностью кивнула.
– Это так называемый «Глаз Тьмы». Ответ вампиров на «Солнечное Око». Точнее, ответ одного вампира, – Дориан подкинул брегет последний раз и сжал в ладони. – Его звали Фабиус, и долгое время после обращения я был его учеником. Алхимик, сумасшедший учёный, Фабиус обучил меня многим полезным штучкам… Он же рассказал мне про одного типа – настолько старого, что не помнит своё имя. Все кличут его просто Барахольщиком.
– Барахольщиком?
– Да. Так его называют. И есть за что. Дело в том, что Барахольщик точно не из этого мира. А продаёт много чего интересного. Фабиус чем только у него не затаривался: и ядовитой пыльцой, и заговорёнными мечами… Даже четырёхлистный клевер как-то покупал… Но он предупреждал, что Барахольщик – тип хитрый, изворотливый. А уж скрытный – жуть! Никогда по своей воле не появится в городе. Исключительно лесной житель. И исключительно – каледонский.
Дайана задержала дыхание.