Грани уязвимости

– Что ты будешь на завтрак? – Вмешивается Картер.
– Я сейчас сама возьму то, что нужно. – Отвечаю я.
– Не обсуждается, я могу взять на свой вкус. – Настаивает он и сверлит меня взглядом. Я сдаюсь.
– Двойной эспрессо, пожалуйста. – Произношу я. Он уходит делать заказ. А я обращаюсь к Чаку. – Чарльз, я хотела бы еще раз извиниться за то, что опоздала. Спасибо Картеру, который довез меня, иначе я пришла бы еще позже.
– Карт довез тебя? – Удивляется он.
– Да, ждал меня возле общежития. А что? – Тут мой взгляд подает на книгу в его сумке. Сонеты Шекспира, те самые, которые я читала вчера.
Чак замечает мой взгляд и улыбается.
– Да, хотел прочесть твою любимую книгу. – Поясняет он. – Прошу тебя, называй меня Чак, Чарльз слишком официально.
– Хорошо. На самом деле у меня много любимых книг. Сэлинджер, например. Я перечитываю его каждый год с четырнадцати лет. – Я чувствую себя так легко и просто в обществе Чака, что даже забываю, что мы здесь не одни.
– Твой кофе и вафли, Оливия. – Картер ставит передо мной тарелку с черничными вафлями, которые я не просила.
– Спасибо, но я не заказывала.
– Приятного аппетита. – Перебивает меня он.
Родители учили меня не показывать неприязнь, если тебя угощают, то не прилично отказываться, поэтому я начинаю есть вафли.
– А я очень люблю Стивена Кинга. – Продолжает рассуждать на тему книг Чарльз. – «Кэрри» мое любимое произведение. Ну и «Сияние», естественно.
– Не читала. – Отвечаю я.
– Давай пока я читаю твои Сонеты, ты прочтешь «Кэрри»? – Предлагает Чак.
Я соглашаюсь. Самый большой книжный червь в семье я, поэтому зачастую мне не с кем обсудить прочитанную книгу. Я постоянно расстраиваюсь по этому поводу, а теперь есть возможность обсудить произведение с Чаком. Пусть даже то, которое я не хочу читать.
– Конечно. Сегодня же возьму книгу в библиотеке. – С улыбкой говорю я.
 
Глава 5
Картер
Эти двое сидят и обсуждают совсем не интересные мне книжки. Я бы ушел, но видя взгляд брата, пожирающий Оливию, хочу остаться. Этот раунд будет за мной. Надо повстречаться с ней недельку другую, чтобы отбить все желание у Чака. Буду делать так с каждой, понравившейся ему девушкой, до тех пор, пока он не извинится за то, что натворил в Калифорнии. Сколько проблем он доставил мне тогда. Думаю об этом и начинаю закипать. Надо избавляться от его присутствия.
Он так мил и учтив с Оливией, да и со мной тоже, словно ничего страшного не случилось. А может из-за чувства вины, не знаю. Хотя это не про брата. Я уверен, что он не считает себя виноватым ни в чем.
– Чаки, ты опаздываешь на первую пару. – Говорю я, намекая на то, что ему надо валить отсюда и оставить нас наедине.
– Я тоже, спасибо, что напомнил. – Вмешивается Оливия и начинает собирать вещи.
Чак помрачнел, посмотрел на меня, а потом сказал:
– В машине я забыл вещи, пойду, возьму. Дай мне ключи, пожалуйста.
Я бросаю ему ключи через стол, и младший брат выходит из кофейни.
Пиджак, конечно же, он у меня не забыл, а вот кое-какие предметы своего гардероба да, я заботливо привез их ему, чтобы в моей квартире не было ничего, принадлежащего ему.
– До скольки ты сегодня учишься? – Спрашиваю я.
– До двух. А что?
– Ну, я же забрал тебя из общежития, я должен и привезти обратно, Оливия. – Отвечаю я, и встаю из-за стола. – Пойдем, а то и правда опоздаешь.
Она встает, я пропускаю ее вперед, чтобы еще раз полюбоваться на ее фигуру, мы выходим из кофейни, брата нигде нет. Ключи торчат в замке зажигания. Не мог положить их под сиденье, идиот? Но я рад, что он правильно понял намек.
Оливия
Мы прощаемся с Картером, и я ухожу в сторону корпуса, где будет моя пара. За все четыре года, в Йельском университете нужно пройти тридцать шесть курсов, а это значит девять курсов в год. Первые два года ты можешь выбирать любые курсы, чтобы университет дал тебе более разностороннее образование, а потом начинаются профильные. Я выбрала самый популярный курс «Психология и хорошая жизнь», который сегодня первой парой.
Захожу в аудиторию, и первый кто бросается мне в глаза – Чак, сидящий во втором ряду и читающий Шекспира.
– Не против? – Уточняю я, можно ли сесть рядом.
– Лив? Ты тоже тут? Конечно же, садись. – Улыбается он.
Я плохо схожусь с незнакомыми людьми, но Чак очень располагает к себе, да и иметь рядом хоть одного знакомого человека облегчает задачу.
– Читаешь? – Интересуюсь я, кивая на книгу.
– Дошел до тринадцатого.
– Не изменяйся, будь самим собой.
Ты можешь быть собой, пока живешь.
Когда же смерть разрушит образ твой,
Пусть будет кто-то на тебя похож. 2 – Цитирую я.
– Ты знаешь все наизусть? – Чак смотрит на меня удивленными глазами.
– Нет, только самые любимые. Это происходит непроизвольно, я читаю их много раз и запоминаю. – Признаюсь я.
– Может, пообедаем после учебы? – Спрашивает Чак.
– Я с удовольствием, но Картер сказал, что будет ждать меня, чтобы отвезти в общежитие. Как насчет ужина? В столовой моего общежития? – Нахожу идеальный выход из ситуации я.
– Это похоже на брата. Будь осторожнее, пожалуйста. – Вздыхает мой собеседник. – Давай в моей? У нас там есть скелет моржа.
– Скелет моржа? – Удивляюсь я.
– Да, по слухам, его принесли из музея, чтобы украсить столовую к Хэллоуину, но он так круто там смотрелся, что было решено оставить его навсегда.
– Почему я должна быть осторожнее, Чак? – Спрашиваю я.
– Просто мой старший брат любит держать все под контролем, Лив. – Нехотя отвечает он.
– Мы знакомы второй день. Посторонних людей сложно держать под контролем. – Оправдываюсь я.
– Это уже не важно. Если он обратил на тебя внимание.
Тут в аудиторию заходит преподаватель и начинает рассказывать нам заблуждения о счастье, и я так внимательно слушаю, что забываю обо всем вокруг.
Звенит звонок, а я все еще нахожусь под впечатлением. Теперь я понимаю, почему этот курс так высоко ценят. Я собираю тетради, оборачиваюсь к Чарльзу и говорю:
– Тогда до вечера?
– Жду тебя в 6 возле входа. – С улыбкой говорит он и выходит.
Следующая пара пролетает незаметно, а после нее ко мне подбегает Макс.