Трогать запрещено (СИ)

Тряпка, Данилова!
Решительно возвращаюсь к кровати и беру в руки свой гаджет. Влезаю в мессенджер и смотрю на дату, когда Титов был в сети последний раз. Час назад. Сердечко снова сбивается с ритма.
Снова смотрю на себя в зеркало. У него красивая невеста модельной внешности. Ухоженная и опытная во всех смыслах женщина. Я? Я просто Юля и гораздо моложе. В чем мое преимущество? Нет его. Тем более, как ни крути, между нами есть огромная стена – дружба с папой называется. Так кого я обманываю? Есть грезы, а есть суровая реальность. И в моем случае они, увы, не пересекутся.
Все, хватит этих глупых мыслей. Сейчас перекушу и за станок. Он обычно помогает привести голову в порядок. Закрываю мессенджер и спускаюсь на кухню. Людмила колдует у плиты. По дому разносятся сумасшедшие запахи. Я, честно, уже отвыкла от таких ароматов. А тут рай гурмана. Но я ограничиваюсь геркулесовой кашей с фруктами и орехами.
– Ты сегодня разоспалась, – отрывается от готовки женщина и подходит ко мне, целует в макушку. Она для меня уже как родная.
– Видимо, массаж в СПА меня так расслабил, – улыбнулась. На самом деле весь эффект от массажа сломало столкновение с Титовым.
– Когда займешься гостиной?
– После тренировки.
– Отдохни, а? – смотрит на меня, прекрасно понимая, что ни о каком отдыхе не может идти и речи. – Глупость сказала, – махнув рукой, улыбнулась.
– Отдохну. Обязательно. На пенсии, теть Люд.
Выпиваю стакан воды, и я готова к работе.
Проходя гостиную, зависаю на мгновение у сложенных пакетов и коробок. Обещаю себе, что после тренировки обязательно займусь украшением дома. А сейчас бегом в спортзал. Сегодня я и так дала себе слишком много послаблений.
Разогрев мышц – это первое и самое обязательное правило перед любой физической нагрузкой. Обычно на него у меня уходит четверть, часа и только потом я принимаюсь за остальные упражнения. Сначала с ковриком и гантелями, а потом с любимым “снарядом” любой балерины – станком. Тренировка у которого занимает львиную долю всего времени: от растяжки и отжиманий до плие и релеве. Моя любимая, кстати, часть.
Ближе к финалу занятия я повторяю прыжки из первой позиции и из второй, прохожусь по движениям из известных постановок, и все это под классическую музыку, с максимально пустой головой. На тренировку уходит около трех часов, спустя которые нервы мои приходят в норму, а каждая клеточка в теле поет. Так-то лучше!
Возвращаясь в спальню, наскоро принимаю душ и переодеваюсь в домашний комбез с футболкой. Нацепив на ноги теплые носки, которые с трудом откопала под ворохом другой одежды, спускаюсь в гостиную.
– Слышу шуршание пакетами, – вплывает Людмила. – Иду помогать, Юлек!
– Как насчет музыки, теть Люд?
– Что-нибудь новогоднее?
– А как же! – смеюсь, включая на стереоустановке в гостиной праздничную музыкальную подборку. С “Jingle Bells” дела явно идут веселее, и мы вдвоем принимаемся разворачивать и распаковывать покупки.
Пока Люда распутывает гирлянды, я разбираюсь с искусственной елкой. Вернее, с ее частями, которых, ну, очень много! Высотой будущая красавица будет в два с половиной метра и с “повышенной пушистостью”. Без стремянки здесь не обойтись.
Устанавливаю первую часть на подставку и расправляю ветки, на кончиках которых имитация инея и шишечки. За первой вторую. Пошло-поехало. По итогу елочка получилась – загляденье.
Достаю упаковки с шарами – накупили мы их столько, что можно украсить половину поселка! В этом году актуальны красный, фиолетовый и синий – это я по радио услышала в интервью одного модного дизайнера. Я остановила свой выбор на фиолетовых и серебристых шариках, добавляя между ними цветастые бантики. В завершение водрузила звезду на макушку и обмотала нашу лесную красавицу длинной гирляндой.
– Готово!
– Ох, Юляш, глаз не оторвать.
– Как думаешь, папе понравится?
– Разумеется! Такое чудо не может не понравиться.
– Надеюсь.
Следом беремся украшать гостиную и кухню. Под наш “удар” попадают перила лестницы и даже над камином появляются декоративные елочные веточки.
 
Пока я думаю, что еще и куда нацепить, Людмила, охнув, убегает на кухню. Готовить ужин. Оказывается, уже почти семь часов вечера. Я совсем не заметила, как стремительно промчался день.
Наведя порядок и убрав мусор после нашей бурной деятельности, я с довольным видом выполнившего свое дело человека уселась на диван в гостиной. Критическим взглядом разглядывая получившееся, понимаю, что не хватает праздничных фигурок. Надо бы прошерстить онлайн-магазины и срочно заказать.
Хлопаю себя по карманам – телефона нет. Забыла в спальне? Поднимаюсь в комнату и нахожу его на кровати, куда закинула после тренировки. Хватаю, а, разблокировав, сразу попадаю в мессенджер. Сердце тут же улетает в пятки, а потом возвращается, набирая разбег.
Черт! Только забыла и вот снова…
Падаю на постель и закрываю глаза. Вздыхаю. А потом и вовсе переворачиваюсь на живот и, уткнувшись лицом в подушку, громко постанываю от бессилия. Нет! Так дело не пойдет. Надо уже либо написать, либо удалить номер Титова и больше не искушать себя.
Давай, Юля, не будь трусихой! Если уж замахнулась на такого мужика, то нужно ему соответствовать. Сомневаюсь, что его может заинтересовать блеющая овца, не умеющая связать и пары слов. А я разве похожа на “овцу”? Нет. Как говорила мама? Ты боец, Юляш, а бойцы не сдаются.
Сажусь резко и беру телефон в руки. По крайней мере, я попробую. А дальше: будь, что будет. Итак….
Открываю чат с контактом Богдана. Предварительно удалив со своего профиля аватарку и заменив Юля на «Юла». Почему “Юла” – не спрашивайте! Все, на что в состоянии стресса хватило моей фантазии.
Нажимаю на аватарку Титова и разглядываю. Его фото в профиль. Серьезный такой и бородатый. И вот этому “бородатому” я собираюсь написать… Вот только что?
“Привет…” – набираю и зависаю.
Глупо. Удаляю.
“Как дела? Угадай, кто я…”.
Ерунда. Удаляю. Его это вряд ли заинтересует. И мой номер унесется в бан, причем в максимально скоростном режиме.
Ломаю голову. Давай, Юль, ты сможешь подобрать слова…
Поднимаюсь на ноги, мельтеша по комнате. На глаза попадается женский журнал, который я без особого энтузиазма листала в самолете…
Бинго!
Аж сердечко заходится, пока пальцы настукивают вопрос, на который меня натолкнула любопытная статейка:
“Если бы тебя спросили, что в жизни важнее: любить или быть любимым – что бы ты выбрал?”– наконец набираю и, еще раз зыркнув на время, когда он был в сети последний раз, нажимаю на отправку.
Пялюсь на сообщение и думаю, что надо бы удалить. Такую чушь написать… я мастер пикапа, блин! Но к моему изумлению, галочки окрашиваются в синий, оповещая о том, что сообщения не то что доставлены, они уже прочитаны.
Твою бабулю!
Убираю телефон на тумбу и прячу голову под подушку. Боже, какая же я трусиха! Сейчас он прочитает, подумает, что это кто-то сумасшедший, и заблокирует номер. С другой стороны – хорошо. Больше не будет повода для переживания… Правда же?
Глава 9
Богдан
– В общем, когда Эля умерла, руки опустились, – затягивается сигареткой Данилов, выпуская в небо сизый дым. – Сначала был в трауре, потом накатила апатия. Почти полгода не появлялся в офисе. А когда взял себя в руки, понял, что дела совсем плохи. Полтора года уже пытаюсь вытянуть нас из ямы, – качает головой, – не получается.
Мы стоим на крыльце у ресторана, где весь последний час я пытался вразумить друга, предлагая свою помощь. И бескорыстно, и в долг – ничего не прокатило. Степан с детства такой. Если чего решил, то на своем стоять будет до победного.
– Плохо мне без нее, Титов.
– Два года, Степыч. Уже прошло два года, пора дальше жить.
– Тяжело, но пытаюсь.
– Юля знает, что с фирмой дела плохи?