Мортарион: Бледный Король

Света оказалось достаточно, чтобы узреть возвращение богов.
Боги принесли с собой ещё больше генераторов, и благодаря усилению света появилась возможность путешествовать по целым участкам улья Протаркос. Мануфакторумы вновь заработали над производством еды, хотя химические процессы были отключены.
Свет исходил и снаружи, оттуда, где крыши и стены города были разрушены божественным гневом. Эти районы были слишком сильно пропитаны ядом, но Копалка задерживала дыхание и несколько раз подходила к ним достаточно близко, чтобы увидеть проблеск столь редкого света, что тот казался мифическим.
Боги прошли через Протаркос, собирая остатки Ордена. Они объявили о том, что улей захвачен, и провели бывших владык города по залам, приведя их в огромную пещеру, созданную кораблём захватчиков. Копалка и Скребок ковырялись в мусоре, когда увидели проходящую мимо процессию. Копалка знала, кем были заключённые. Перед ней вели верховных контролеров. Среди них был даже сам лорд-контролер, закованный в цепи. Каждый день, сколько Копалка себя помнила, она видела их лица на пропагандистских экранах в мануфакторумах. Черты лица лорда Стиванга были подлинным воплощением Галаспара. Он правил этим миром, и такому положению вещей предстояло оставаться всегда. Его облик в качестве пленника поразил Копалку — всё в её жизни теперь изменилось.
В компании Скребка женщина последовала за процессией и присоединилась к огромной толпе собравшихся в пещере рабочих.
Воздух внутри был неважным. Он просачивался снаружи и причинял боль её лёгким, хотя окружавшие корабль обломки действовали как достаточно неплохой герметик, чтобы воздух оставался пригодным для дыхания.
Вокруг собрались десятки тысяч рабочих, расположившиеся на каждой свободной поверхности в пещере, их внимание было сосредоточено на передней части корабля. Смерть — Мрачный Жнец собственной персоной — расположился именно там, на полпути к рампе. Под ним, перед основанием пандуса, шеренга его воинов стояла на страже пленённых господ.
Опустив головы, прежние хозяева города стояли на коленях перед рабочими.
— Они стоят на коленях перед нами, — с благоговением прошептал Скребок. — Они преклоняют перед нами колени!
Копалка энергично кивнула.
Жнец начал говорить, и его голос заполнил всю пещеру целиком. Копалка слышала его эхо в залах, и она знала, что каждый из жителей Протаркоса тоже слышит его. Звучал ли он и в других городах тоже? Должно быть, так и есть. Жнец говорил со всем Галаспаром. Она была уверена в этом.
Копалка взглянула на фигуру Жнеца, его ужасающая неподвижность и величие наполнили её естество торжественным ужасом. Он был больше, чем Мрачным Жнецом, больше, чем самой Смертью. Перед нею стоял истинный властитель Галаспара. Смерть и господин в одном лице. Бледный Король.
— Вы свободны, — провозгласил Бледный Король. — Ордена больше не существует. Он никогда не сможет вернуться. Эта мразь перед вами — последние из правителей этого улья. Теперь вы узрите их конец.
Воины Жнеца подняли свои косы и обрушили их на свергнутых господ. Рубящие удары были произведены в идеальной синхронности, и головы владык Галаспара покатились по земле. Тела рухнули наземь, из рассечённых шей хлынула кровь.
Копалка выдохнула. Она пребывала во власти страха, её душу переполняли испуг и взволнованность. Рабочая не могла отвести взгляда от головы лорда Стиванга, на лице которого запечатлелось выражение предсмертного ужаса.
Одного из верховных контролеров пощадили. Им оказался владыка мануфакторумов Реставан, человек, чьё лицо в прежние времена созерцало с экранов нищету трудившихся рабочих.
— Во всех остальных ульях Галаспара, — продолжал Бледный Король, — члены Ордена встретили ту же судьбу. Ни один из ваших былых хозяев не останется в живых, — Жнец сделал паузу. — Наша работа заканчивается здесь, — изрёк он.
В пещере стояла полная тишина, если не считать слабого шипения выходящих из его дыхательного аппарата газов.
— И здесь же начинается ваша работа, — закончил Жнец и кивнул.
Воин, удерживавший Реставана, освободил его. Контролер пустился бежать от своих поработителей с искажённым в отчаянии лицом. Боги позволили ему бежать, и он бежал, не разбирая дороги. Просто бежал, подпрыгивая и спотыкаясь о щебень. Избранный Реставаном путь вёл его прямо к Копалке.
«Это подарок. Дар от Бледного Короля».
Внутренняя сила новообращённого фанатика захлестнула её обгоревшее тело. Действуя уцелевшей рукой, женщина схватила кусок скалобетона и встала на пути Реставана. Перепуганный контролер резко остановился. Копалка замахнулась своим импровизированным оружием и с размаху обрушила его острый конец на череп угнетателя. Кровь брызнула ей в лицо, и Реставан рухнул на колени. Скребок прыгнул на него, за ним последовали и остальные рабочие.
Верховного контролера разорвали на части.
Всё ещё продолжая удерживать камень, стоя во весь рост, Копалка полным благоговения взором созерцала Бледного Короля.
— Следом за нами прибудут другие, — объявил он. — Они приведут вас к полному Согласию с Империумом Человечества. Я же, в свою очередь, отдам вам последний приказ. Подсчитайте мертвецов Ордена. В своё время они пронумеровали вас. Теперь настал ваш черёд. Найдите каждого из их покойников. Сосчитайте их всех. Узнайте меру своего порабощения. Познайте меру своей свободы.
Затем он развернулся и взошёл на борт своего корабля. Воины Жнеца последовали за ним, оставив мёртвых владык Ордена лежать там же, где они рухнули.
Позади них поднялся пандус, и громадные врата на борт корабля захлопнулись, соединившись с сотрясшим всю пещеру лязгом завершённости. С оглушительным воем взревели клаксоны, и Копалка побежала прочь вместе с остальными рабочими единицами. Она покинула пещеру одной из последних. Прямо на бегу она оглянулась в коридор и узрела первые языки пламени, что вырвались из двигателей корабля. Затем сила вибрации обрушила крышу пещеры, и Копалка захромала прочь посреди мрака и пыли.
Боги ушли.
Позднее, когда они сидели у стены, размышляя об увиденном, Скребок спросил:
— Он покинул нас?
— Это не имеет значения, — отозвалась Копалка. — Он знает, чем мы занимаемся. Ему ведомо всё. Бледный Король будет наблюдать за нами.
Женщину била дрожь, и всё, о чём она могла думать — это о начале подсчёта.
    
Глава 12
Примархи перебрались на крышу бункера командной башни, чья поверхность утратила былую ровность — впрочем, в настоящий момент слегка покосился весь улей целиком. Примархов овевали порывы сильного ветра, ядовитый туман клочьями клубился вокруг каждого из трёх братьев и стекал в дыру, которую Гарро пробил в крыше. Приближался вечер, и свет менял оттенок с коричневого на тёмно-серый. Картина разрушений посреди равнин не смягчилась с приходом полумрака. С этой высоты остовы разбитой бронетехники сливались воедино, формируя в ассоциациях образ кладбища.